Развод. Ты ее копия - Александра Багирова

мои проблемы на работе, это твоих рук дело?

— Это твоя бездарность как руководителя. Я тут при чем, — усмехается. — Не позорься, Макс, просто отпусти ее с миром. Тем более, ты в накладе не останешься, я слышал, Наталья вернулась.

Все. Предел. Резко вскакиваю и кулак летит ему в рожу. Еще раз. И еще.

Аким здоровый мужик, примерно моей комплекции, но он не отвечает. Принимает удары, а в глазах триумф.

— Что тебе остается, Макс, только руками махать, — вытирает кровь с губ.

— Я тебе не верю!

— Твое право. А я больше не буду тратить время на пустые разговоры, — поднимается и идет прочь.

Глава 23

Вроде бы все понятно, факты на лицо, но нет… я как упертый осел должен убедиться… Мне мало… Я хочу иметь все доказательства на руках и тогда уже задавать вопросы. Так, чтобы уже не отвертелась.

Но если все правда, то все, начиная с нашей первой встречи было враньем. Ее игрой…

Для чего? Какие цели?

Только мой бизнес? Или что-то большее?

Я не еду домой. Не смогу смотреть ей в глаза и промолчать. Пишу сообщение, что у меня срочная командировка.

«Поняла».

Читаю ответ.

А вот я ничего не понял. Вот совсем.

Ночь провожу у себя в офисе. А наутро бегаю по всем контактам, которые мне оставил Евгений. Записываю разговоры, и уши в трубочку сворачиваются от того, что я слышу.

В подробностях, кем была Анфиса, как она себя вела. Они описывают мне совсем другого человека, не мою добрую жену, которая всегда смотрела на мир широко распахнутыми, невинными глазами.

Еще я еду в детский дом Анфисы. Общаюсь с директрисой.

— Я вам скажу, она далеко пойдет, если не загремит в места не столько отдаленные, — постукивает, остро наточенным карандашом по столу. — Или она уже?

— Нет.

— Девушка была очень изобретательной, умела подстроиться под любую ситуацию. Так филигранно выставляла себя жертвой, все плохие, все ее обижают, а она такая все невинная, правильная. Я и преподаватели первое время велись, а потом просекли ее манипуляции, умение вывернуть все в свою пользу. Рассорить всех вокруг себя. Она очень изворотлива, этим и многого добивалась.

Потом еще были разговоры с одной воспитательницей. Услышал практически то же самое.

Получается, она такая хорошая актриса?

Больше нельзя откладывать надо все выяснить. Поговорить с Анфисой, во всем разобраться.

Но перед этим надо быть морально готовым. Немного остыть. Потому как в любом случае, она беременна, так что надо держать себя в руках, ни в коем случае не перегибать. Но мне хотя бы посмотреть в ее глаза. Услышать правду. Понять все для себя, а дальше решать…

Остаток рабочего дня тоже проходит на нервяке. Хотел успокоиться, а в итоге взвинчен до предела. Потому как за одной проблемой, тянется еще три. И конца этому не видно.

Решаю снова остаться в офисе. О чем сообщаю жене. Хочется ее успокоить, но не нахожу в себе моральных сил. Слишком зол, постоянно прокручиваю услышанное в голове.

Когда офис пустеет, заказываю себе доставку. Хоть что-то надо закинуть в желудок. Голод добавляет злости, а я и так на грани бешенства.

Откидываюсь на кресле. Закрываю глаза и полностью ухожу в свои мысли.

— Максюш, приветики, — раздается совсем рядом.

Резко распахиваю глаза, а передо мной лицо Наты. Она смотрит на меня, как в начале наших отношений, влюбленными глазами, полными желания и очень сладких обещаний.

Тогда у меня срывало крышу, а сейчас… и да, и нет. Многое изменилось, хоть она по-прежнему вызывает тонну противоречивых эмоций внутри.

— Как ты пробралась? — отъезжаю на кресле дальше от нее.

— Ради тебя я и не на такое способна, — медленно облизывает свои губы.

Но смотрит все же иначе, более кротко, нежно, нет этого вызова в глазах, с которым появилась спустя столько лет после нашего развода.

— Нат, не неси чепухи, ты на что-то способна только ради себя любимой.

— Знаешь, Максюш, у нас же ведь и не было времени нормально поговорить. Все на эмоциях. Я злилась, что ты женат. Вела себя неправильно. И не объяснила тебе главного, — делает шаг ко мне.

Смотрю на нее сверху вниз, обтягивающие джинсы, темно-синяя кофточка, расстегнутая на неприлично много пуговиц. И при этом виноватый взгляд.

— Что ты еще можешь мне сказать, — отвечаю небрежно.

Стараюсь не показывать, что во мне идет борьба тьмы и света. Что одна часть меня, жаждет выкинуть ее, придать ускорения, чтобы оказалась от меня на максимально дальнем расстоянии. А другая моя часть, сгорает в огне адского притяжения, посылая по телу болезненные судороги.

— Тот случай… за который ты в обиде на меня. Все произошло не так, как ты думаешь. Те люди, они были очень опасны, ты и сам видел, их главарь возжелал меня. И у меня был выбор, или я доказываю, что ты мне безразличен и остаюсь с ним. Или… или тебя больше не будет, и меня все равно силой заставят подчиниться, — веки судорожно дергаются, губы дрожат. — Макс, я всегда любила только тебя. Ты, конечно, мне не поверишь. Но у меня есть доказательства, каждое свое слово я могу подтвердить.

— Так чего ты мне тогда эти доказательства не показала?

— Ты бы вступил в борьбу с ними. А шансы были не равны. Они бы тебя… в общем, я выбрала твою жизнь, пусть и не со мной, — подходит вплотную к моему креслу, опускается на колени.

Вот от этого его действия у меня челюсть едва к полу не падает.

Ната и на коленях?

Раньше да никогда, ни перед кем… а тут…

Ничего не понимаю.

— Ты чего… — выдаю хрипло.

— Максюш, прости меня. Я во многом сглупила. Во многом могла иначе поступить. Но я не представляю своей жизни без тебя. Я люблю тебя, и чувствую, что и ты не забыл. Я это знаю, — кладет руки мне на колени, в глаза заглядывает. — Наши сердца тянутся друг к другу. Ты ведь это знаешь. И я тут, чтобы мы все преодолели. Теперь вместе мы сможем все!

— Какая трогательная картина! — мы с Натой синхронно поворачиваемся на голос Анфисы, которая стоит в дверях.

Глава 24

Анфиса

Он написал, что будет поздно, а потом