Обратная сторона измены - Александра Багирова

Возвращаюсь к столу, присаживаюсь на свое место и милым голосом обращаюсь к Дену:

— Там твоей любимой плохо, она очень нуждается в тебе.

— Да, — рассеянно бормочет.

— Ты же обещал быть с ней постоянно, — режу его взглядом.

— Правильно, Викуся говорит, сходи к Олюне, — мама делает глоток воды. — Что-то я переживаю за нашу девочку. За ней глаз да глаз нужен.

— Не думаю, что мне место в дамской комнате, — Ден поджимает губы.

— Всегда есть исключения, — ухмыляется отец.

Счастливый муж нехотя поднимается и идет к своей супруге. Я отворачиваюсь.

— Какая у нас Викуся заботливая сестренка, — отец прикасается к моему плечу и меня словно кипятком обдает.

— Пап, ты о чем-то хотел со мной поговорить? — спрашиваю, из последних сил сдерживая ярость.

— Любопытная ты моя. Не терпится? — звонко смеется. — Идем, — помогает подняться мне.

В полном молчании проходим вдоль озера. Монстр останавливается на противоположном берегу и указывает мне на беседку:

— Прошу, дочурка.

— Что тебе еще надо? — цежу со злостью, когда мы садимся друг напротив друга.

Глава 18

— Фу, — морщит нос, — Как грубо.

— Это еще мягко, — смотрю ему в глаза, я постараюсь не показать страх.

— Не так я тебя воспитывал, дочь, — цокает языком.

— Хватит этой комедии, выкладывай, зачем я тут. И отстань от Кости! — кладу руки на стол и сцепляю их в замок.

— Вполне логично, что ты тут. Там где и должна быть любящая дочь — рядом со своей семьей, — он вальяжно развалился на скамье.

— Нормальной семьи у меня нет. В этом именно твоя заслуга. Так что сбрасывай свою лживую маску, — я сейчас как оголенный провод, одно неловкое движение и заискрит.

— Ты снова брыкаешься как нерадивая кобыла, — смотрит на меня исподлобья. — А поговорить с отцом, прежде чем принимать важные решения?

— Тебя не касается моя жизнь. Все что ты требовал, я сделала.

— Ты останешься, Виктория, — слова звучат как удары молотка, которые прибивают меня гвоздями к земле.

— Нет! — крик отчаяния вырывается из горла.

— Ты сейчас нужна своей сестре, — продолжает притворно мягко. — Ты нужна мне. У меня сейчас намечается большой скачек в карьере, и мне необходима поддержка семьи.

— Не неси чушь! Какая еще поддержка, — едва сдерживаюсь, чтобы не плюнуть ему в рожу.

— Обычная, Вик, — пожимает плечами. — Мне нужна дужная семья. Чтобы партнеры видели, как дочери ладят, как переживают за отца.

— Дружная семья?! Серьезно?! Это та, где родного сына под следствие?! — делаю несколько глубоких вдохов.

— В семье не без урода, — ухмыляется.

— Я тут вижу только одного урода! — выкрикиваю.

— Тшш… — прикладывает палец к губам, — Ты же не хочешь опозорить своего папочку.

— Если ты не отпустишь нас с Костей, я еще и не так опозорю! — ненависть зашкаливает, едва получается усидеть на месте.

Дали бы мне в руки что-то тяжелое, я бы не задумываясь огрела его.

— Если ты будешь умничкой, то и Константин встанет на путь исправления, — хитро щурится.

— Ты уже искалечил его жизнь! Тебе мало?!

— Во всех его бедах, твой брат виноват сам. Я пытался ему помочь, — в свете фонарей его глаза сверкают.

Все вокруг всегда говорили, что мы с ним похожи. Что глаза у нас одинаковые. Мне же подобное сходство, как ножом по сердцу.

— Сделав его бесплодным? Ведь это по твоей просьбе его избили!

— Это все последствия непослушания, Виктория, — притворно вздыхает.

— Отпусти нас. Отстань от Паулины! Хватит! — сжимаю руки в кулаки.

— Нет.

Одно четкое, ядовитое слово, как хлыстом по сердцу.

— Отпусти! — стою на своем.

— Насчет Паулины, я оберегаю своего сына. Зачем ему портить жизнь зечкой?

— Паулина убила такого же монстра как и ты! Смотри отец, как бы и тебя не постигла подобная участь, — слова сами срываются с губ.

Он загоняет в капкан, и я зверею. С трудом себя контролирую.

— Это угроза? — мерзко смеется.

— Воспринимай как знаешь.

— Виктория, ты остаешься. Поддерживаешь Ольгу. Выказываешь мне свое уважение. Константин вернется на службу. Зечка останется на месте. Точка, — он говорит с уверенностью, ни капли не сомневаясь, что именно так и будет.

— Зачем я тебе тут? — губы дрожат.

— Будешь до рождения моего внука или внучки. Потом я… ммм… возможно, дам свое разрешение на твой переезд. Это все будет зависеть от твоего поведения, — широко улыбается. — Так что не разочаруй меня дочь.

— Нет.

На этот раз мой голос звучит твердо.

Поднимаюсь и ухожу из беседки. Ощущаю спиной его ядовитый взгляд. Не оглядываюсь.

Я еще не знаю, как мы с Косей справимся. Что придумаем. Но я не могу, просто не имею права и дальше идти у него на поводу. Иначе это никогда не закончится.

Подхожу к столу. Забираю свои вещи. Прощаюсь со всеми. Еду домой.

Набираю брата. Но его номер вне зоны. Неспокойно.

Ночь проходит без сна. Раз за разом прокручиваю в голове разговор с отцом. И будто постоянно ощущаю удавку на своей шее, а поводок в руках у монстра, который по какому-то чудовищному капризу судьбы является моим отцом.

А на утро удавка на моей шее затягивается еще сильнее. На телефон мне приходит несколько фотографий с незнакомого номера. На них Костя лежит избитый на железной кровати в камере. Даже по фотографиям видно, насколько ему плохо. Ему нужна медицинская помощь, но никто не собирается ее оказывать. Еще там снимок какого-то жуткого вида мужика и подпись: «Он очень хочет познакомиться с Паулиной ближе. Перед ее переводом».

Глава 19

Утыкаюсь лбом в стену. Так и стою. Ощущаю себя загнанным зверьком в капкане, когда любое движение причиняет еще большую боль.

— Мамочка! Мам! Что случилось?! — Агата дергает меня за рубашку.