Юлия Алфёрова - Восход Луны

Возможность оценить её взаимоотношения с другими клиентами я получила во время групповых занятий – одних из самых тяжёлых, требующих максимального напряжения и сил тренировок в клубе. Иногда после них я выходила, как после бани – влажные волосы, капли пота, стекающие по лицу, и мокрая спортивная форма – хоть выжимай. Но несмотря это, а точнее благодаря этому, Вика была одним из самых высокооплачиваемых тренеров, время у неё было забито до отказа, и попасть к ней на тренировки в вечерние часы было довольно сложно, хотя народу в клубе занималось не так уж и много. Индивидуальные занятия проходили в большом (250 метров в квадрате) тренажёрном зале на первом этаже. Обычно там редко когда было больше пяти клиентов одновременно. Некоторые клиенты занимались сами по себе, другие, как я, с тренером.

В тот вторник нас в зале было четверо – Вика, я, дядечка, тягающий штангу и занимающийся с ним мальчик-инструктор. Я лежала на спине, отдыхая после одного очень тяжёлого подхода, а Вика, стоя рядом со мной на одной ноге, показывала мне приём растяжки, положив стопу одной ноги на колено другой, присев до образования прямого угла в колене и вытянув руки вперёд так, что они вместе со спиной образовали одну прямую линию, параллельную полу. В этот момент дядечка в другом конце зала, видимо, окончив подход, с силой швырнул штангу на пол, Вика покачнулась, и, не удержав положения равновесия, упала прямо на меня, довольно больно ударив меня локтём в область солнечного сплетения, а лицом задев мой подбородок.

– Вика, ты как? Всё нормально?

Она с трудом поднялась, села на коврик и помотала головой.

– Не пойму… Да вроде всё нормально… да ладно, со мной и не такое бывало… А ты-то как? Здорово я тебе заехала?

– Да мне-то что? У тебя ничего не болит?

Тут я увидела, что у неё слева рассечена нижняя губа.

– Подожди, Вика, у тебя кровь на губе, – я поднялась и села рядом с ней.

– Где? Здесь? – она облизнула губы, но с другой, с правой, стороны.

– Нет, не совсем… – я подвинулась к ней, и осторожно вытерла языком тонкую струйку крови. Её глаза оказались совсем рядом с моими, я заглянула в них и увидела, как расширились зрачки, сделав светло-карие глаза практически абсолютно чёрными. Я прикоснулась к её губам уже губами, и, закрыв глаза, улетела в их головокружительную сочную и глубокую мякоть. Когда, наверное, через вечность, я оторвалась, она спросила:

– Ты правда этого хочешь?

Голос пропал. Я смогла только кивнуть.

– Тогда пошли. Только учти – я привыкла всё делать сама.

Она взяла меня за руку и потянула за собой. Мы поднялись на третий этаж и остановились у предпоследней в конце коридора двери. Вика открыла дверь ключом и пропустила меня вперёд. Зайдя после меня, она заперла дверь изнутри и щёлкнула по выключателю. Я увидела вполне обычную комнату, метров двадцать квадратных, точно такую же, как те, в которых располагались массажные кабинеты, но совершенно пустую, если не считать наваленных в углу матов и стоящих у стены ковриков для аэробики. Кинув пару ковров на маты, Вика притянула меня к себе, повалила на маты, приникнув своими губами к моим. Теперь уже целовала она, а мне оставалось только отвечать на властное, жадное притяжение её рта. Её сильные руки подняли вверх мою маечку и мяли грудь, а уста продолжали вбирать в себя мои губы. Наконец она оторвалась и опустилась ниже. Со штанами и трусиками она расправилась довольно быстро – просто стянула их с меня и отпихнула в сторону, не забыв по пути также обойтись с кроссовками и носками. Затем она опустилась на колени, закинула мои ноги себе на плечи и наклонилась к заветной пещерке. Медленно-медленно языком она раздвинула половые губки и нежно, словно котёнок молоко, начала слизывать мёд, сочащийся из глубины моего тела… Потом её язык переместился немного выше и начал вылизывать чувствительный бугорок. Одновременно она вставила два пальца своей левой руки в мою пещерку и начала довольно жёстко трахать меня. Переход от предыдущих нежностей был настолько неожиданен, что первый раз я кончила практически сразу, а когда она вложила в меня сразу четыре пальца и начала медленно сжимать их, улетела во второй раз и даже ненадолго вырубилась… Когда я очнулась, Вика стояла и около меня и улыбалась. Сама она за всё время не сняла даже футболку. Одевшись, я спросила:

– Вик, сколько я тебе должна?

– 300 евро.

– Всего-то? Давай округлим сумму до 500. Только деньги у меня в раздевалке… я занесу тебе после окончания… тренировки…

Скоро наши встречи сделались постоянными. Естественно, больше мы не рисковали убегать прямо во время занятий, но у Вики всегда находилось окно, когда в десятом, когда в одиннадцатом часу вечера. Так что позанимавшись с ней в тренажёрном зале, я шла потом на групповые тренировки или плавала в бассейне, или, если хотелось расслабиться, могла пойти на массаж или в SPA… чтобы через несколько часов подняться на третий этаж к неприметной двери в конце коридора. Как мне объяснила Вика, в здании было ещё несколько таких комнат – клуб был открыт сравнительно недавно и не для всех помещений удалось сразу найти применение, да и, как я думаю, вряд ли когда-нибудь найдут. А пока они использовались под хранение спортинвентаря, ну и по совместительству для быстротечной, но жаркой любви некоторых сотрудников и клиентов. Ключи от всех помещений, естественно, хранили на ресепшен, но тренера могли взять ключ от любого зала, да и у Вики, как я поняла, был свой, сделала, видимо, когда-то давно для своих нужд, понятно, для каких.

Однажды она сказала:

– Ты не думай, я не шлюха. Я с мужиками вообще не сплю, не могу, просто мне деньги нужны…

– Я и не думаю. Ты взрослая женщина, и живёшь так, как считаешь нужным, и не обязана ни перед кем оправдываться, в том числе и передо мной.

Однажды я предложила заплатить ей в два раза больше, чтобы она разделась. Она устало ответила:

– Я могу и так раздеться, не надо мне больше платить, просто я вижу, что тебе это не нужно. Ты очень слабая внутри, хотя и пытаешься казаться сильной. На тренировках это особенно видно. Ты стараешься быть лучше всех, сделать как можно больше, и за счёт выносливости это у тебя иногда получается, а иногда нет, и ты делаешь не до конца. И вообще тебе не хватает активности, лёгкости, а в спорте это особенно важно, да и в отношениях тоже…

В начале марта она не пришла на работу. Администратор сообщила, что Вика заболела, и я забеспокоилась только тогда, когда она не появилась и спустя две недели. На свой вопрос получила равнодушное:

– А она уволилась.

– Как уволилась?

– Просто. Написала заявление и привет. На той неделе ещё.