Зена Валентайн - Меня зовут Бренда Джейн

– Она боится малознакомых людей.

Но девушка знала: обе девочки недолюбливают ее после той вспышки за столом.

– Останься со мной, Энни, – вмешалась она. Но девочка только теснее прижалась к экономке и обняла ее за ногу.

– Ну что ты, Энни, – уговаривала женщина. – Слушай, что я скажу: я оставлю тебя вот тут, у подвала, ты будешь сидеть на верхней ступеньке и ждать меня, а я быстро вернусь. Идет? – Девочка колебалась, глядя то на экономку, то на Бренду. – Это единственное, что я могу сделать.

– А дверь в кухню закроешь?

– Хорошо, закрою, если ты останешься на верхней ступеньке и не полезешь за мной.

Энни нехотя согласилась, и обе скрылись за дверью. Оставшись одна, Бренда прислушивалась к шагам миссис Би по лестнице; судя по всему, ступеньки старые, деревянные и далеко не безопасные. Да еще, видимо, слишком высокие. Придется каким-то образом привлечь к себе девочку и доказать, что я совсем не чудовище, подумала она. Но как?

Потом она услышала тяжелую поступь экономки и вскоре увидела ее, толкающую Энни бедром перед собой. Обе руки ее были заняты.

– Когда Эми возвращается из школы? – спросила Бренда, обращаясь к Энни, которая бодро взобралась на стул, сочтя, видимо, стол между ними хорошей преградой.

Энни смотрела на нее, словно глухая.

– Автобус остановится здесь в три сорок семь, – ответила экономка, отдирая от продуктов промерзший целлофан.

Бренде оставалось только направить свою коляску на крыльцо, чтобы встретить карету медпомощи. Моя первейшая задача сейчас, решила она, – подружиться с его дочерьми.

В тот же день, выскочив из автобуса, Эми страшно удивилась, увидев Би Джей, поджидающую ее в конце ведущей к дому дорожки.

– Хочешь, прокачу до дома? – улыбнулась Би Джей.

У Эми от удивления открылся рот, и округлились глаза.

– На чем? Вот на этом?

– Садись ко мне на колени, Эми, и мы славно прокатимся, – продолжала Би Джей, улыбаясь нерешительности девочки, которая, однако, быстро преодолела робость. Би Джей аккуратно устроила Эми у себя на коленях. – А теперь жми вот на эту кнопку, – показала она, кладя маленькую руку на пульт.

Эми была в восторге; она меняла скорость, то доводя ее до максимальной, то резко останавливаясь. Так они проехали в ворота и подкатили к трапу у черного хода. Бренда ждала, что здесь Эми сразу спрыгнет с ее колен, но та оставалась на месте. И когда они въехали в кухню, девочка сидела как статуэтка: нога на ногу, подбородок вздернут, руки скрещены на груди. Би Джей сразу заметила, что Энни застыла от изумления. Потом побежала было к ним, но в нескольких шагах остановилась.

– Энни, хочешь покататься? Это так здорово! – предложила Эми, спрыгивая на пол.

Девчушка колебалась.

– Энни, давай прокачу, – ласково сказала Бренда. В глазах девочки отражалась нерешительность; она кусала нижнюю губу, не двигаясь с места. – Знаешь что, Энни, – продолжала Бренда, – когда тебе захочется покататься, ты мне скажешь, ладно? Может, чуть попозже?

Малышка словно бы уже готова была согласиться, но вместо этого вприпрыжку убежала в столовую, увлекая за собой старшую сестру.

Чтобы подружиться, нужно время, поняла Бренда, но теперь она знала, что не отступит.

В седьмом часу явился пастор, ведя за собой чету Бенц. Медфорд был костлявый брюнет с усами; у подбородка виднелись порезы от недавнего бритья. В улыбке обнажались кривые зубы, и адамово яблоко ходило вверх-вниз. Но они прекрасно смотрелись вместе с женой, похожей на примерную девочку. Из разговора выяснилось, что Тэмми поет в церковном хоре, а с Медфордом познакомилась еще в старших классах школы.

– Значит, вы и есть Бренда, – сказал преподобный Медфорд Бенц, знакомясь. – Как интересно.

Бренде было неловко оттого, что все топчутся вокруг нее, пока она сидит в кресле, но она улыбалась, помня, что обещала Хэмишу не грубить гостям.

– Какая удача, что пастор Чандлер смог взять вас к себе, – заметил Бенц.

Хэмишу его реплика явно не понравилась, он даже слегка поморщился; Бренда бросила на него взгляд, давая понять, что если уж она дерзит, то откровенно, а этот попик прикрывается своим саном. Еще она хотела, чтобы Хэмиш заметил, как она вежлива.

– Бог услышал мои жаркие молитвы, – сказала она, – поэтому пастор Чандлер и приютил меня.

Губы Хэмиша дернулись, но тут же расплылись в обворожительной улыбке. Впрочем, улыбались все, но Хэмишу, казалось, было веселее остальных.

Все разместились за большим столом, и Бренда заметила на нем красивый фарфоровый сервиз. Правда, перед миссис Би и Хэмишем стояли тарелки со щербинками. Эми захотела сесть рядом с Брендой, и у девушки дух захватило от радости. Но она подавила желание протянуть руку и обнять девочку.

Из беседы за столом Бренда узнала, что Медфорд работает четыре раза в неделю священником в медицинском центре в городе Сент-Пол. В Колстеде он младший священник, в чьи обязанности входит вести воскресную службу в качестве помощника Хэмиша, а также замещать Хэмиша в его отсутствие. Есть у Медфорда и другие занятия, самое новейшее из них – составление молодежной программы вместе с Хэмишем. Необходимость, они оба считают, давно назрела. За столом оба священника обсуждали разные мероприятия и людей, которых они хотели бы привлечь к работе. Когда ужин закончился, миссис Би устроила обеих девочек в гостиной, а Хэмиш и Медфорд удалились в кабинет.

Тэмми, не долго думая, принялась собирать тарелки и мыть посуду, словно она своя в этом доме. Ясно, что она делала это много раз за те три года, что супружеская пара хорошо знакома с Хэмишем. Бренда не задавала вопросов: она не хотела знать, как здесь было поставлено дело при жизни Мэрилин.

Вместо этого она, устроившись поудобнее, слушала легкую болтовню Тэмми. Расставляя посуду в буфете, Тэмми сообщила, что работает младшей учительницей в начальной школе поблизости.

– Это отнимает у меня всего десять часов в неделю, – говорила она, – зато нам с мужем легче оплачивать разные счета. При церкви много интересных занятий, в которых мне хотелось бы участвовать, но просто никак не хватает времени, и сейчас у меня гораздо меньше сил, чем было раньше.

Зависть охватила Бренду, когда Медфорд, выйдя из кабинета, прямиком направился к жене. Прежде чем отодвинуть для нее стул, он легко обнял ее за плечи, а та в свою очередь пожала ему руку, лежащую на ее плече, после чего они обменялись улыбками. Казалось, никто, кроме Бренды, ничего не заметил.

Этот преподобный Бенц не стоит и мизинца Хэмиша, подумала Бренда, и все же ей грустно было смотреть на эту парочку, исполненную любви и уважения друг к другу.

Несколько позже, когда гости, собираясь уходить, прощались у двери, Тэмми вдруг слегка вздрогнула, а потом улыбнулась. Ее муж, молча, положил руку ей на живот. В этот миг никого другого для них не существовало. Потом Тэмми, взглянув на Хэмиша, сказала: