Жаклин Топаз - Любовное прозрение

После обильного ланча на киностудии она не была голодна, но теперь, почувствовав легкое нытье в желудке, позволила себе съесть пару артишоков. Эскалопы пока не стоит трогать. Она начнет их жарить в последнюю минуту.

Из прорези в дверях выпала газета. Иногда ей казалось, что почтальон не спит всю ночь, раздумывая, куда бы еще бросить свою корреспонденцию.

Поставив старую пластинку Джоан Баэз, Дженнифер опустилась на диван и начала просматривать колонки новостей.

Через полчаса она прочла газету и отложила ее в сторону. Уже почти семь. Ричард должен скоро вернуться. Дженнифер принялась разгадывать кроссворд.

В семь тридцать она поела немного салата и включила телевизор, чтобы посмотреть программу теленовостей.

Восемь. Ей уже сильно хотелось есть, и она поминутно выглядывала в окно. Она включила газ и приготовила приправу к эскалопам: оливковое масло, вишни, маринованный чеснок и мелко нарезанный зеленый лук.

К тому времени, как все было почти готово, часы показывали восемь тридцать. Тишина.

Мог бы хоть позвонить, что задерживается! — сердито подумала Дженнифер, начиная беспокоиться, не случилось ли аварии. Не обратиться ли в службу розыска без вести пропавших? Ах, что за глупость!

Несмотря на голодное урчание в животе, есть уже не хотелось. Тем не менее она поджарила эскалопы и съела свою половину с холодным рисом. Потом убрала со стола и сунула бокалы обратно в буфет.

Попытка читать потерпела неудачу. Тогда Дженнифер открыла служебный кейс и начала формулировать вопросы, которые собиралась задать Ричарду на допросе.

В десять часов она и это закончила. О Господи, куда же он провалился?

Невольно перед ней возник образ Фебы Биллингс, ее густые черные волосы, так соблазнительно распущенные по сравнению с собственными белокурыми локонами, собранными в деловой пучок на затылке. Карие глаза Фебы глядели на него с неприкрытым обожанием, а не с вызовом, как ее голубые.

Нет, он не мог так поступить. Ричард бы никогда... никогда? Но он был в течение семи лет предоставлен самому себе. И за это время, должно быть, имел кучу женщин.

Хватит! — приказала себе Дженнифер. Она переоделась в ночную рубашку и яростно расчесала волосы. В конце концов, какое ей дело до того, где он шляется! Они чужие друг другу люди!

Она еще не спала, когда он вернулся, и посмотрела на часы. Десять минут двенадцатого.

Она слышала, как он ходил по квартире: стук кейса, поставленного на пол в холле, шаги по линолеуму кухни, щелканье дверцы холодильника, позвякивание вилки о сковородку — видимо, он ел холодные эскалопы.

— Дженнифер!

Какой смысл притворяться спящей!

— Ну что?

Ричард прошел в спальню и сел на край кровати: темная фигура, очерченная светом из коридора.

— Ты приготовила обед?

— Тогда это выглядело хорошей идеей.

— Мне очень жаль! — Он коснулся пальцами ее волос. — Я как-то не подумал, что надо было позвонить.

— Ерунда! — сказала Дженнифер, пытаясь проглотить комок обиды в горле.

— Постой, постой! — Он схватил ее за запястья, притиснул их к подушке и наклонился, чтобы поцеловать. Дженнифер замотала головой, стараясь увернуться. — Ты сердита? Признавайся!

— Ладно! Я сердита! А теперь иди в постель!

— Это что, приглашение?

— Нет! Ты можешь залезть в постель к любой женщине, которую захочешь, но не ко мне! — Она надеялась, что в темноте Ричард не увидит ее слез.

— К любой?.. — Последовала пауза, затем Ричард радостно воскликнул: — Да ты ревнуешь! Здорово!

— Пошел вон!

— Признавайся! Ты ревнуешь!

Посмеиваясь, он продолжал сжимать ее запястья.

— Какое мне до тебя дело? Оставь меня в покое!

Его веселье растаяло.

— Ты плачешь? Дженнифер? — К ее унижению, его пальцы нащупали влагу у нее на щеках. — Ты плачешь, не правда ли? О милая, прости! — Он заключил ее в объятия. — Дорогая, я был с Монти. Он предложил пойти выпить кофе, и мы кончили обедом и долгой беседой. Мне и в голову не пришло... то есть мне бы следовало сообразить, что ты ждешь, но ведь меня уже семь лет никто не ждал домой!

Дженнифер перестала плакать. Он не был с Фебой. Она ведь и не думала, что он был с ней, не так ли? И его последние слова звучали так убедительно...

— Все в порядке, — сказала она. — Просто сегодня был трудный день, я устала.

Ричард еще немного подержал ее за руку, затем нежно поцеловал и натянул на нее одеяло.

— Ладно, давай спать, — прошептал он. — Завтра нам рано вставать!

И вышел из комнаты, прежде чем до нее дошел смысл его слов. Рано вставать, в субботу? Куда же он собирается ее повести и как обеспечит присутствие другого адвоката?

— Ричард! — позвала она. Но единственным ответом был шум воды в ванной. Ладно, что бы там ни было, он по крайней мере не отказывается от дачи показаний. Она вздохнула и вскоре уснула.

5

Что-то было явно не так. Дженнифер балансировала на грани сна и яви. Раздражающий свет бил в лицо...

— Доброе утро! — Ричард вторично потряс ее. — Шесть часов, соня! Пора в путь!

— Отвяжись! — пробормотала она и укрылась с головой теплым одеялом.

— Разве туристы так себя ведут? — Ричард сорвал с нее одеяло, и Дженнифер стало холодно. — Мы собираемся посетить Эллис-лагерь. Наша специальность — гонки на каноэ, плетение мокасин, наблюдение за птицами! Мы же не хотим упустить такой отличный шанс позабавиться, не так ли?

— Что тебе от меня надо? — Дженнифер предприняла отчаянную попытку выхватить край одеяла, но он держал его вне пределов досягаемости. Свирепо глядя на него, она закричала: — Какого черта ты здесь делаешь? Я же сплю!

— Ты спала, — возразил Ричард. — А теперь не спишь. Ты собираешься в дорогу.

— Куда? — осведомилась она, ошарашенно глядя на него.

— Цель путешествия в Эллис-лагерь никогда заранее не разглашается. — Ричард окончательно стянул с кровати одеяло. — Потому что это испортит удовольствие. Поднимайся! Кто последний встанет — тот хвостатый бабуин и будет есть на завтрак только бананы!

— Считай, что я последняя, — проворчала она, нехотя поднимаясь с постели и накидывая халат.

— Это точно! — сказал он и вышел из комнаты.

— Я начинаю вспоминать все твои мерзкие проделки! — закричала она ему вслед, тщетно пытаясь отыскать свои тапочки и, махнув рукой, прошлепала в ванную босиком. Там еще стоял пар, свидетельствующий, что Ричард только что сам принял душ.

Шесть утра! Даже в рабочие дни Дженнифер не вставала раньше семи.

Она высушила волосы феном и завила их щипцами, распустив по плечам. Однако не могла ведь она предстать перед восторженным Ричардом в домашнем халате. Что надеть? После минутного раздумья она выбрала джинсы и бирюзовый свитер, гармонировавший с цветом ее глаз.