Эстер Модлинг - Лекарство от одиночества

— Скажите, часто этот трюк срабатывает?

Эми заморгала, не понимая.

— Какой трюк?

— Не притворяйтесь, вы прекрасно знаете, что я имею в виду. — Он отошел от нее и сунул руки в карманы халата. — Знаете, ваш спектакль почти сработал, но со слезами вы перебрали, это уж слишком.

Теперь в ярость пришла Эми. Представление?! Трюк?! Да как он смеет! Кем он себя вообразил?!

— Вот как? — Она наклонилась за шлемом, который лежал на полу.

Роберт цинично пояснил:

— Женщины всегда прибегают к актерству, когда ничто другое не помогает.

Глаза Эми сверкнули яростным огнем.

— В таком случае, не смею более докучать вам своим актерством!

— Вы мне не докучаете, Эмбер, — заверил он, — более того, был момент, когда ваше представление меня увлекло.

Эми не желала знать, какой именно момент он имеет в виду.

— Тем не менее мне пора. Надеюсь, вы хорошо проведете время на острове, мистер Харгривс, — добавила она неискренне.

Круто развернувшись, Эми вышла за дверь и зашагала к мотоциклу.

Несносный тип, надменный, высокомерный!

Она-то, дурочка, примчалась, чтобы предупредить его о возможных последствиях воскресного вечера! Что ж, пусть теперь сам о себе позаботится. Что-что, а уж это он умеет!

7

Эми не могла успокоиться, злясь на Роберта. Его грубость не была ей в новинку, в первый день он вел себя не лучше, разница заключалась в том, что на этот раз он преднамеренно старался ранить ее чувства.

Почему? Это оставалось для нее загадкой.

Чтобы не портить настроение родителям своим мрачным видом, Эми решила покататься. Скорость, свежий ветер в лицо помогали ей отвлечься от мрачных мыслей. В середине дня Эми перекусила в одном из кафе на побережье, позже, оставив мотоцикл на стоянке, прошлась по пляжу и только под вечер двинулась в обратный путь.

Когда Эми вернулась домой, отца не было, мать отдыхала в своей комнате, телефон был отключен. Вернувшись с поля, Тед пояснил, что специально выключил телефон, чтобы непрестанные звонки не беспокоили Магду.

— Между прочим, днем звонил Роберт, он просил тебя перезвонить, — сообщил Тед, как-то странно глядя на дочь. — Он сказал, что должен перед тобой извиниться.

По укоризненному взгляду отца Эми поняла, что ей предстоит выслушать лекцию о доброте и прощении. Как и много лет назад, ей хватило одного только укоризненного взгляда.

Эми вздохнула.

— Папа, если бы ты слышал, как он разговаривал со мной сегодня утром…

— Думаю, на его месте я тоже рассердился бы, — мягко перебил дочь Тед. — Эми, взгляни на вещи трезво. Имея знаменитых на весь мир родственников, бедняга и так, наверное, до смерти устал от вмешательства в его частную жизнь, поэтому, когда то же самое повторилось здесь, он сорвался.

Умом Эми понимала, что отец прав, но…

— Дочка, он всего лишь хотел извиниться. — Тед улыбнулся. — Почему-то у меня такое впечатление, что этот мужчина нечасто просит прощения.

После недолгого колебания Эми сдалась.

— Ладно, папа, наверное, ты прав.

— Так ты ему позвонишь?

— Я подумаю.

Эми все еще не была уверена, что хочет выслушивать формальные извинения Роберта, а в том, что это будет лишь формальность, она почти не сомневалась: вероятно, Роберт просто не хочет портить отношения с соседями сестры.

— Узнаю мою девочку! — Тед нежно взъерошил волосы дочери. — Твоя мать прилегла перед чаем, а мне нужно сходить проверить цыплят.

Иными словами, в распоряжении Эми осталось примерно десять минут, когда она может перезвонить Роберту. Ей совершенно не хотелось звонить, выслушивать его неискренние извинения и так же неискренне заверять, что они приняты. Эми несколько раз прошлась по кухне, явственно ощущая, что драгоценные минуты уходят. Ладно, решила она наконец, лучше покончить с неприятным делом побыстрее, тогда все, включая моих родителей, будут довольны.

— Роберт Харгривс, — произнес неприветливый голос после третьего гудка.

Эми невольно крепче сжала трубку и представилась своим сценическим именем.

— Это Эмбер Андерс.

— Эми. — Голос Роберта смягчился. — Вам передали, что я звонил?

— Как видите.

— Иначе вы не перезвонили бы? — уточнил Роберт.

— Нет.

Он хмыкнул.

— Вы все еще на меня злитесь.

— Да.

— И не без оснований. — Роберт вздохнул. — Я действительно должен перед вами извиниться.

— Ваши извинения приняты, — холодно сообщила Эми. — Это все?

— Нет, черт возьми, не все! — сердито возразил Роберт. — Я хотел пригласить вас на ужин.

Эми от изумления потеряла дар речи. Роберт Харгривс… ее… на ужин?

— В ресторан? — ошеломленно спросила она, когда снова смогла говорить.

— Нет, не в ресторан. После воскресной прогулки мне кажется, что это было бы неразумно. Я подумал, может, вы согласитесь приехать на ужин сюда?..

Эми снова замолчала. Она понимала, что ведет себя как неуклюжая школьница, которую самый красивый мальчик в классе пригласил на свидание.

— А вы не забыли, что нами заинтересовалась пресса?

Теду уже пришлось иметь дело с несколькими настырными репортерами, с территории фермы он их прогнал, но журналисты устроили засаду в начале длинной подъездной дороги.

— Нет, не забыл. — Голос Роберта снова помрачнел. — Но мне почему-то кажется, что вы умеете справляться с такими ситуациями.

Роберт не ошибся, в прошлом Эми не раз приходилось ускользать от назойливых репортеров, и она приобрела некоторый опыт в этом деле. Вот только Эми сомневалась, стоит ли идти на ухищрения ради ужина с Робертом Харгривсом.

— Назовите мне хотя бы одну причину, по которой мне следует принять ваше приглашение.

Роберт не растерялся.

— Может, потому что я очень хорошо попросил?

Верно, попросил он хорошо, извинился за свое поведение… И все же мотивы Роберта вызывали у Эми сомнения.

— А готовить вы умеете? — с сомнением спросила она. — Или вы пытаетесь заманить к себе в гости кухарку?

В трубке послышался низкий грудной смех.

— Почему бы вам не прийти и не проверить это самой?

Да потому, что я не уверена, хочу ли провести с тобой вечер! — могла ответить Эми. Ты не только меня оскорбил, ты еще меня и поцеловал, и я, пусть это длилось всего несколько секунд, ответила на поцелуй!

Эми покривила бы душой, если бы сказала, что не находит Роберта привлекательным. Но это влечение ни к чему не приведет. Хватит того, что она потратила несколько лет жизни и уйму нервных клеток на Виктора, влюбиться в Роберта было бы куда опаснее!