Мари Феррарелла - Впереди - самое лучшее

— Не такого уж и расползшегося, — возразил Грант. Он знал многих, чьи загородные дома были гораздо больше его собственного.

Когда самолет стал снижаться, она вновь посмотрела в иллюминатор.

— Есть королевства с меньшей площадью.

— Назовите хоть одно.

— Монако.

— Пристегните ремень, — распорядился он, улыбаясь.

Прячась от его улыбки, она опустила глаза и подчинилась приказу.

Майлз Тейлор стоял возле взлетной полосы, защищаясь от ветра громадным черным зонтом. Ветер неистовствовал с такой силой, что зонт мог быть порванным еще до того, как сядет самолет. Когда наконец крылатая машина коснулась земли и, пробежав по полю, остановилась, Майлз бросился к люку.

Сгорбившись от порывов ветра и дождя, Грант первым вышел из салона, подав Шайен руку. Она схватила ее. Другой рукой Шайен прижимала к груди фотоаппарат. Боясь намочить, она спрятала его под свою зеленую куртку. Следом из кабины вылезал Джек.

Грант кивнул головой Майлзу.

— Привет. Спасибо, что пришел.

Майлз наклонил зонт, чтобы защитить их от дождя:

— Вы выбрали ужасную ночь для визита, сэр.

— После празднеств мать-природа дает выход энергии. — Повернувшись, Грант представил спутницу: — Шайен Тарантино, Майлз Тейлор, смотритель. Майлз и его супруга Сара управляют хозяйством, когда меня нет.

Шайен едва успела поздороваться. Обняв ее за плечи и склонив голову под зонт, Грант побежал к машине.

Майлз отступил назад, чтобы они сели на заднее сиденье автомобиля, заметив при этом:

— Это больше наш дом, нежели ваш. Вы в нем никогда не бываете.

О’Хара плюхнулся рядом с Шайен. Его лицо блестело от дождя.

— Многие не стали бы жаловаться, что их работодатель отсутствует.

Сев за руль, Майлз пристроил капающий зонт между передними сиденьями и, ожидая, пока Джек пристегнет ремень, обернулся и принялся внимательно рассматривать Шайен.

Пристальный взгляд привел ее в чувство. Она провела ладонью по мокрым волосам.

— Должно быть, я похожа на мокрую кошку.

Не в силах противиться внезапному желанию, Грант коснулся ее вьющейся пряди.

— Лишь чуть-чуть. — Он многозначительно взглянул на управляющего. — Майлз не привык видеть здесь гостей, вот, кажется, и позабыл о манерах. Трогай, Майлз.

— Простите, — пробормотал тот. Его бородатое лицо расползлось в широкой ухмылке. — Обычно мистер О’Хара не появляется на острове с женщинами, мисс.

«Удивительно», — подумала Шайен, а вслух сказала:

— На мой вкус, остров этот — прекрасное место для идиллии по выходным. Когда, разумеется, тебя не сдувает ветром.

— В последнее время на мою долю выпало не так уж много безмятежных и праздных дней.

Затем Грант переменил тему разговора. Он не собирался обсуждать с нею свои мимолетные, канувшие в прошлое связи.

— Джек, похоже, ты застрял здесь на всю ночь.

Джек предполагал улететь сейчас на материк, а утром вернуться и забрать их. Однако погода становилась угрожающей. У Гранта не было желания потерять личного пилота… или свой самолет.

— Ты можешь устроиться в задней спальне.

Пилот пробурчал что-то в знак благодарности, очевидно понимая, что возражать бесполезно.

«Застрял — подходящее слово», — подумала Шайен.

Вспомнив о фотографиях, она спросила:

— У вас есть компьютер?

— И самый современный. Со всякими там прибамбасами, какие вам заблагорассудятся. А вы что, намерены потрудиться ночью?

Он подумал о чем-то ином, не о работе. Грант ведь видел, как ее глаза потеплели там, в зале для новобрачных, когда он поцеловал ее.

Шайен утвердительно кивнула:

— Хочу побыстрей взглянуть на снимки мужчин в переулке. — Ей хотелось убедиться, что фотографии получились отчетливыми.

Джек оперся рукой о спинку сиденья:

— Разве не надо сначала проявить пленку?

Она покачала головой.

— Я сняла их цифровым фотоаппаратом. Все, что мне надо, — это соответствующее программное обеспечение. — И тут она вспомнила: — О черт. Во всей этой суматохе я не сфотографировала вас.

Интересно, сумеет ли она впечатать лицо О’Хара на снимки, сделанные ею во время парада? Конечно, это подлог, но и само задание назвать обычным уж никак нельзя.

— Завтра будет день.

Грант заметил, как Майлз вопросительно взглянул на него в зеркало заднего обзора.

— Мисс Тарантино собирается написать эссе об одном дне из жизни Гранта О’Хара, сопроводив его снимками.

— О двух днях из жизни Гранта О’Хара, — поправила Шайен.

— Когда они заканчиваются? — со вздохом осведомился он. В некоторых отношениях эта женщина походила на питбультерьера.

Она мгновенно подсчитала:

— Послезавтра в шесть часов.

— Мы встретились в ресторане в два, — напомнил он.

— Где и договорились, что приступим к интервью в шесть, — возразила она, и удар грома поставил точку в ее фразе.

Неожиданно машина вильнула в сторону: Майлз попытался увернуться от падающего сука. Задержав дыхание, Шайен схватила Гранта за руку. Тут же его ладонь легла на ее пальчики.

Она смущенно покраснела и вновь откинулась назад.

— Вот мы и дома, — объявил Майлз, ставя машину на ручной тормоз.

Шайен, выбираясь из автомобиля следом за Грантом, скользнула по сиденью. Майлз наклонил зонт, чтобы дождь не попал на них.

— И куда мне идти? — пробормотала она, прижимая фотоаппарат к груди.

— Вы же хотели проследить каждый мой шаг, — напомнил ей Грант, пытаясь перекричать завывания ветра.

— Нет нужды напоминать мне.

Если бы не свет из окон, она бы в кромешной тьме и не приметила перед собой двух ступенек. Дождь хлестал со всех сторон — так мародеры нападают на беззащитных путников. Они промокли до нитки, хотя от машины до дома было несколько шагов.

— Мне необходимо переодеться… неважно во что, — промолвила она. Положив фотоаппарат на стол в передней, она стащила с себя мокрую куртку. Блузка прилипла к телу, словно была сшита из целлофана. Шайен встретилась взглядом с Грантом и тут же почувствовала, как ее бросило в жар.

— Снимите с себя это и оденьтесь во что-нибудь более приличное и удобное. — У Гранта хватило такта подавить улыбку. — Уверен, что мы найдем какое-нибудь платье, которое священник счел бы пристойным.

— Священник? — Майлз обменялся взглядом с Джеком. Вроде бы никого больше и не ждали.

— Преподобный Минг, — пояснил О’Хара, а потом покосился на Шайен. — Тот, кто обвенчал нас.

Женщина, вошедшая в переднюю, уронила чашку с подноса, который она несла. Чашка с грохотом упала на кафельный пол и вдребезги разбилась.