Виктория Шарп - Верь только мне

Александра в нерешительности посмотрела на графин с красным вином, оставленный для нее Элеонорой, и решила, что немного выпить для храбрости стоит. Налив вино в высокий хрустальный бокал, Александра поднесла его к губам и сделала несколько мелких глотков. И тут же почувствовала, как по телу разливается блаженное тепло.

Французский кагор пятидесятилетней выдержки, очень полезен для здоровья, если пить понемногу, вспомнились ей слова Элеоноры. Да уж, эти аристократы знают толк в удовольствиях. А Джордан… Джордан действительно очень щедр к ней, своей непрошеной гостье. Лучшая комната в доме, лучшая еда и вино… Что последует дальше?

От таких мыслей Александра почувствовала новый прилив раздражения и, преисполнившись отчаянной решимости, допила вино и бесшумно выскользнула в коридор. Заблудиться здесь было невозможно, так как длинный коридор даже ночью освещался электрическими светильниками, стилизованными под старину. Итак, комната Ванессы находится в дальнем конце коридора… Почему-то Александра была уверена, что безошибочно узнает эту комнату, как только окажется там. Ведь апартаменты жены хозяина наверняка сильно отличаются от остальных покоев замка.

Заглянув наугад в пару комнат, Александра сделала вывод, что они никак не могут принадлежать сестре Ральфа Уилсона. Но стоило ей включить свет в третьей комнате, как Александра сразу поняла, что она у цели. В отличие от других помещений замка обстановка здесь была вполне современной, а в целом комната сильно смахивала на гостиничный номер. В центре — огромная кровать в форме сердца, затянутая розовым стеганым покрывалом. Напротив — громоздкий телевизор с плоским экраном, видеомагнитофон и музыкальный центр. Во всех четырех углах комнаты, под самым потолком, были привешены серебристые музыкальные колонки и одна помещалась над изголовьем кровати. На огромном трюмо, украшенном разноцветными фонариками, разбросано множество дамских безделушек. И — ни одного цветка, хотя бы искусственного.

Закрыв за собой дверь, Александра внимательно огляделась, раздумывая, где могут находиться фотографии. Судя по рассказам и Джордана, и Ральфа, Ванесса очень любит себя и должна была бы украсить спальню своими портретами. Но, возможно, горничная просто убрала их с глаз подальше, чтобы не испытывать всякий раз раздражения при виде хозяйки? В этом случае фотографии могли находиться в ящиках трюмо или в прикроватной тумбочке.

Подойдя к трюмо, Александра опустилась на колени и осторожно приоткрыла бело-золотую дверцу. Так и есть! В глаза сразу бросились несколько сложенных стопкой пластиковых рамочек. С каким-то необъяснимым болезненным нетерпением Александра извлекала портреты из ящика и разложила на поверхности трюмо. На всех фотографиях была изображена одна и та же женщина. И эта женщина была убийственно, ослепительно хороша. Настоящая красавица, с которой ей, серой мышке Александре Лейн, не сравниться. Роскошные белокурые волосы, способные вызвать зависть у самой доброжелательной из женщин, томные с поволокой глаза, даже не голубого, а фиалкового цвета, правильные черты лица, ослепительная белозубая улыбка… Словом, леди Совершенство.

Не удержавшись от горестного вздоха, Александра медленно поднялась с колен и устало плюхнулась в кресло. Она чувствовала себя уничтоженной, у нее не было сил дотащиться до своей комнаты. Да, Ральф Уилсон не покривил душой, превознося достоинства своей сестры. Ванесса могла очаровать самого взыскательного мужчину. Это было так же очевидно, как и то, что у нее, Александры, не было ни малейшего шанса против такой соперницы. И было просто верхом наивности воображать, что она могла заинтересовать Джордана. Конечно же он просто…

— Бог мой, что я вижу?! Вы ли это, моя дорогая мисс Лейн? Ха! Ну и дела творятся в этом доме!

Александра поспешно вскочила, услышав язвительный голос Ральфа Уилсона. Она была так поглощена своими мыслями, что даже не заметила, как он вошел, и Александру охватила самая настоящая паника при мысли, что он мог уже давно наблюдать за ней и видел, как она искала фотографии Ванессы.

— Ральф, вы сошли с ума. Разве можно так пугать? — Александра принужденно рассмеялась, стараясь вести себя как можно естественнее. — Наверное, вам показалось странным, что я брожу по дому в такой час, словно привидение, но это легко объяснить. Дело в том, что я страдаю бессонницей, и мне необходимо немного прогуляться перед тем, как улечься в постель. А так как из-за моей травмы я не в состоянии спуститься по лестнице, то…

— То вы выбрали для прогулки несколько иной маршрут — комнату моей сестры, — насмешливо закончил Ральф. — Что ж, понимаю. Вам весь день не терпелось увидеть фотографию Ванессы, и вы с трудом смогли дождаться ночи, чтобы проникнуть в ее комнату. Но вот вопрос: понравится ли это нашему любезному графу? Насколько я знаю, он не любит, когда кто-то бесцеремонно хозяйничает в его доме.

— Вы собираетесь выдать меня ему?

Александра в упор взглянула на Ральфа, пытаясь не показать охватившей ее тревоги. Ей совсем не хотелось, чтобы Джордан узнал о том, что она тайком копалась в вещах его жены. Она не сомневалась, что он сразу догадается о мотивах ее поступка. К тому же она слишком хорошо помнила оказанный ей вчера прием.

— Выдать? — переспросил Ральф, чуть склонив голову набок и не сводя с Александры пристального взгляда. — Вообще-то мне следовало бы так поступить, чтобы наказать вас за надменность. Но ведь вы не хотите этого, не правда ли?

— Мне все равно!

— Не притворяйтесь, Александра, я прекрасно читаю ваши мысли по вашему лицу. Конечно же вы не хотите, чтобы Джордан узнал о том, что вы побывали в этой комнате. В таком случае, не сможем ли мы… уладить вопрос полюбовно?

— Что вы имеете в виду?

Ральф криво усмехнулся и на несколько шагов приблизился к Александре. От него не укрылось, что она машинально отступила назад, и на его смазливом лице появилось недовольство.

— Ради Бога, перестаньте разыгрывать из себя недотрогу, — проворчал он, слегка поморщившись. — В самом деле, вы же взрослая женщина и должны понимать, чего хочет от вас мужчина в тот или иной момент. Да и вы сами… — Он окинул ее дерзким взглядом и облизнул верхнюю губу. — Неужели вы совсем не хотите меня?

— Ральф, вы сошли с ума!

— Отчего же? — Он цинично усмехнулся. — Разве вы предпочитаете провести ночь в одиночестве? Или я для вас недостаточно хорош? А может, вы надеетесь, что в вашу дверь постучит Джордан?

— Прекратите! — Александра с отвращением оттолкнула его руку, которую он бесцеремонно положил ей на плечо. — Довольно, Ральф, я устала слушать ваши пошлости и хочу спать. Дайте мне пройти.