Лина Гилберт - Раздели со мной вечность

Данк закончил петь и толпа стала громко аплодировать. Я была рада, что согласилась спеть на сцене с Данкером. Мне никогда не было настолько комфортно на сцене, даже с Алексом. И это, пугает меня больше всего.

Песни:

The Pretty Reackless - Heaven Knows

The Pretty Reackless - Sweet Things

Группа:

Three Days Grace

Глава 12.

          - Вы скучали по мне?

          - Я...?

          - Да ладно, я знаю, что это так.

- Ты прекрасно выступила, - мужчина, который считался моим отцом, сидел напротив меня и наливал вино в бокал, - не думал, что увижу тебя в таком свете.

Я приподняла идеальную сестру Эрики, которой еще не придумала имя, насмехаясь над отцом.

- Я на сцене с шестнадцати лет. Про какой свет ты говоришь? – Брат, сидевший рядом со мной, положил руку мне на колено и чуть сжал его, явно не одобряя мои слова, - что?

У отца зазвонил телефон, извинившись он вышел на улицу.

- Ты можешь вести себя нормально? – Джон вытер губы салфеткой и уставился на меня. – Я знаю, что вы не в ладах с ним, но черт, он высылает тебе деньги, и надеется на нормальное отношение к нему. Признаю, он сильно накосячил, но ты многим ему обязана. Твой институт…

- Не надо, - я закрыла его рот рукой, - я поступила сама. Он только помог с бумагами. И если для тебя это так важно, ладно, я могу иногда не вести себя как стерва, рядом с ним, только если он не будет притворяться хорошим папочкой. Меня это бесит.

- Что я пропустил? – отец вернулся за наш столик.

- Ничего из того, что могло тебя заинтересовать, - я убрала руку от лица брата и пригубила бокал.

- Хорошо, - он вытащил несколько сотен и отдал их брату с просьбой, - мне нужно уехать по делам, заплати, пожалуйста.

- Давай я, - я выхватила деньги и отправилась к официантке.

Мы пришли в дорогой ресторан и незачем было нести деньги к бармену, так он пытался избавиться от Джона и поговорить со мной наедине. Что собственно мне не нужно.

Отдав деньги бармену и поблагодарив за прекрасное обслуживание, я поспешила попрощаться с братом. Слава Богу, что отец уже покинул ресторан.

Но счастье мое продлилось не долго, потому что на улице, меня схватили за руку и запихали в машину. Этим человеком оказался мой отец.

- Чего ты хочешь? – нервно спросила я, поправляя невидимые складки на блузке.

- Почему ты так со мной?

- Ты знаешь почему?

- Лорен, - он замолчал, качаю головой, - я люблю тебя, девочка моя. Я многое натворил, но это все в прошлом. У меня новая семья, ты обручишься с любимым человеком, Джон продолжит гулять, не думая о растратах, все счастливы…

- Но не она, - обрываю я его, - она стала такой из-за тебя! И ты это прекрасно знаешь! Она любила тебя! Она любила меня, черт возьми! – Ярость хлещет из меня, как из переполненного бокала, и вскоре она превращается в слезы. – А потом ты ушел! Ушел! И всю ее любовь стали заменять наркотики, она стала невыносимой! Из-за тебя, я потеряла самого дорогого мне человека. Сейчас, это не она! Моя мать умерла в тот вечер, когда ты собрал чемоданы и захлопнул за собой дверь. А после, ты бросил десятилетнего ребенка с матерью наркоманкой, которая готова была продать меня, чтоб получить новую дозу. Ты не представляешь, что я пережила!!!

Говоря эти слова, я мысленно возвращаюсь в свое прошлое. Где мать, которая так раньше меня любила, стала растением и страдала от нехватки доз. Где мать, которая каждое утро провожала меня в школу, забывала, что ее дочери всего пятнадцать, и заставляла пить с ней горькое пиво.

Мне не нравится чувствовать себя слабой, мне не хочется чтоб, мужчина, который оставил свою семью на растерзание судьбы, видел меня слабой. Я выбираюсь из машины и бегу, что есть силы, не обращая внимание на высокие каблуки туфель и дырочки в асфальте. Я продолжаю бежать, когда воспоминание возвращаются ко мне:

« - Мамочка! – я трясу ее за плечи и продолжаю тихо всхлипывать, - Пожалуйста, проснись!

Страшный дяденька ушел, и я сразу же вылезла из-под стола, где мне приказала сидеть мама, и упала рядом с ней на колени. Дяденька несколько раз стукнул ее головой о стенку, после чего бросил ее бесформенное тело на кафельный пол ванной. Мама не кричала. Она не хотела пугать меня. Она боялась, что он обнаружит меня и заберет у нее. Она меня любит. Как и я ее.

- Мамочка, ты должна проснуться, - шепчу я, и наклоняюсь, что бы поцеловать ее в лоб.

Я положила голову мамы себе на колени и стала протирать ее лицо мокрым полотенцем. Что-то теплое побежало по моим ногам.

- Щекотно, - я засмеялась, но тут же пришла в ужас, когда поняла, что это кровь. – Мама! Мама! Мамочка, пожалуйста! – У меня началась истерика, и в этот момент, дверь с грохотом открылась. Зашли два высоких мужчины в белых халатах. Врачи. – Вы же вылечите ее да? Как она будет меня любить, если больна? Пожалуйста, - умоляла я».

- Не плачь моя девочка, ш-ш-ш… все хорошо, - шепчет чей-то голос, и позже я осознаю, что сижу на обочине в объятиях Данка. – Все будет хорошо, - продолжает шептать парень, слегка покачиваясь в зад и вперед, поглаживая меня по волосам.

Данк.

Еще один человек, который увидел меня в новом свете. Но от чего-то мне не было стыдно. Я доверяла ему, рано или поздно это могло случиться.

Меня утягивает в новое воспоминание, но я не хочу вспоминать свое прошлое, и отчаянно цепляюсь за Данка, пытаясь найти в нем настоящее.

- Все хорошо малышка, - шепчет он мне в волосы, и позволяет мне еще крепче прижаться к его телу.

Я уткнулась носом в его шею и продолжаю сотрясаться от рыданий, от чего его футболка быстро становиться мокрой. Я вдыхаю его запах и улыбаюсь. От него всегда потрясающе пахнет; дождем, ванилью и Данком.

Я чуть отстраняюсь и заглядываю в его шоколадные, полные заботы глаза и снова улыбаюсь. Мне требуется несколько минут, чтоб сосредоточиться. Я оборачиваюсь, и понимаю, что мы в пустом переулке, справа и слева от нас высокие стены домов. Я поднимаю удивленный взгляд на Данка, и он отвечает:

- Я подумал, что тебе не захочется, чтоб тебя видели в таком состояние, и не нашел ничего лучше чем это место.

- Где мы пересеклись? – спрашиваю я, высвобождаясь из его объятий.