Сара Вуд - Домик на побережье

Адам замолчал, видимо ожидая ответа. Его не последовало. Чего он ждал? Что она запрыгает от радости? Эгоистичный дурак!

– Мы с Луизой много говорили, Триш.

Триш не обрадовало это сообщение, и она продолжала прилаживать планку к забору, не обращая на него ни малейшего внимания.

– Лучше помоги. Прижми кувалду с другой стороны, чтобы я могла забить гвоздь. Держи как следует! – Поставив гвоздь, она стукнула по нему молотком.

– Ну, хватит. – Адам сердито отшвырнул инструмент. – Ты меня выслушаешь, черт побери!

– Мне нет дела до Луизы! Если вы не можете жить друг без друга, что ж, прекрасно. А мне нужно чинить забор…

– К черту забор! Можешь подождать хотя бы несколько минут? Пойми, что это важно для меня! Для нас!

– Для нас! Я же тебе говорила: между нами ничего нет! – яростно завопила она.

– Почему ты так кричишь? – с неподдельным интересом осведомился Адам.

– Ничего я не кричу!

– Теперь ты наконец слушаешь? – мрачно спросил он.

– Да. – Она нервно сглотнула. – Давай. Но только побыстрее.

Улыбка тронула губы Адама, придав мягкость его лицу.

– Я пытался сохранить отношения с Луизой, – честно признался он. – Думал, это будет справедливо. Но почти сразу стало ясно, что все бесполезно. Десять дней назад мы с ней расстались. И разорвали помолвку.

Триш изумленно уставилась на него. Потом взглянула на его левую руку. Кольца не было.

– Но ведь, – удивленно начала она, – если она и вправду тебя любит, то должна была бы простить одну глупую ошибку?

– Конечно, – согласился он. – Но я ясно дал ей понять, что это вовсе не досадная случайность.

– Понимаю!

На ее лице читались разочарование и горечь. Так, значит, такое случалось с ним и раньше. Она не единственная! Что ж, вполне логично. Не может быть, чтобы его влекло к ней одной. Кругом столько женщин намного красивее, соблазнительнее и интереснее.

Сжав губы, Триш бросила на Адама ледяной взгляд.

– Да у тебя нет никакого понятия о порядочности!

– Не надо упрекать меня за то, что я смотрю правде в глаза, – спокойно возразил он. – Если бы я действительно любил ее, то даже не взглянул бы на другую женщину.

– Так, значит… все кончено?

– Да. И если честно, я никогда не верил, что из этого что-нибудь получится.

Зачем он все это говорит? – недоумевала Триш.

– Бедная Луиза! – с искренним сожалением проговорила она. – Как она восприняла ваш разрыв?

– Ты говоришь так, словно тебе это небезразлично, – удивился он.

– А как же иначе! – возмутилась Триш. – Ведь ужасно, когда тебя отвергают!

– Да. Это так. – Взгляд Адама помрачнел. Он умолк, словно собираясь с мыслями. – Для Луизы это был удар. Я этого не ожидал, поэтому так долго оставался с ней. Не мог уйти, не дождавшись, пока она смирится. Оказывается, она намного слабее, чем казалась.

– Нет, – тихо возразила Триш. – Это ты ее слабость. Я заметила это еще на вашей помолвке.

Адам нахмурился.

– Она казалась такой спокойной и уверенной.

– Все мы стремимся скрыть свои слабости, Адам.

Он ответил не сразу, словно старался преодолеть что-то в себе.

– Конечно. Ведь это единственный способ уцелеть.

Триш поняла, что Адам, сам того не замечая, размышлял вслух. Сердце ее тревожно забилось. Из-за чего он так боится своих чувств? Из-за смерти Кристин? А теперь еще и порвал с Луизой. Должно быть, ему тяжело сейчас.

– Плохо, что все так вышло, – искренне сказала она.

– Знаешь, раньше я думал, что поступаю правильно. Однако теперь… теперь мне ясно, что это с самого начала было ошибкой.

– Значит, ты абсолютно прав! – с горячностью воскликнула Триш. – Ты бы не принес ей ничего, кроме горя.

– Да, но объяснить это не так-то просто, – нахмурившись, ответил Адам. – Как сказать другому, что ты его больше не любишь?

– Сразу, как только поймешь, что это так, – сказала Триш, чувствуя угрызения совести из-за Тима. – Это гораздо лучше, чем позволять питать напрасные надежды.

– Мне кажется, Луиза не оценила моей прямоты. Я ясно объяснил, что она мне небезразлична, но я не чувствую ничего, кроме дружбы. Она умоляла меня не бросать ее. Я часами утешал ее, пытаясь убедить, что когда-нибудь и она встретит человека, который ее по-настоящему полюбит и будет готов ради нее на все. Я постарался доказать ей, что без меня ей будет лучше. Но она далеко не сразу сумела внять убеждениям.

– Когда человек влюблен, ему нелегко рассуждать разумно, – печально заметила Триш.

– Господи! – с чувством воскликнул Адам. – Мне ли не знать! Я думал о тебе с того самого дня, когда ты впервые пришла в наш дом, шестнадцатилетней девочкой: синеглазая, черноволосая, с такой ослепительной улыбкой, что у меня перехватило дыхание.

Пораженная, она покачала головой.

– Но… ты был так подчеркнуто вежлив и сдержан…

– А что мне оставалось? – с нежностью проговорил он. – Меня словно громом поразило. Я объяснял это себе тем, что… Ну, сама понимаешь. Давно не был с женщиной, недоставало тепла, нормальных человеческих отношений. Но причина была не в этом.

– Кристин… – Пораженная, она умолкла. Его жена лежала больная, а он думал только о том, как бы заняться любовью с первой встречной.

– Мы никогда по-настоящему не любили друг друга. У нас был крепкий брак, основанный на взаимной привязанности. Но страсти не было. Триш, она была мне небезразлична.

Я ненавидел себя за то, что постоянно думал о тебе, и боролся со своими чувствами.

– Зачем же ты женился, если не любил ее? – спросила она, потрясенная тем, как долго он жил во лжи. – Тебе было всего восемнадцать, вся жизнь впереди! Зачем?

– Жизнь – непростая штука, Триш. Она была нужна мне. Мне был нужен кто-то. У Кристин был тяжелый развод, она осталась с маленькой дочкой – Петрой. Мы оба хотели стабильности. И я никогда не изменял ей. Такие отношения меня вполне устраивали, пока не появилась ты. Думаю, она знала, что я испытываю. Сейчас я вспоминаю ее слова, и у меня уже нет никаких сомнений, хотя я никогда не говорил о тебе и не признавался в своих чувствах – даже самому себе.

Триш ошеломленно смотрела на него. На память пришли их беседы с Кристин и то, как та хвалила Адама и говорила в шутку, будто у них с Триш родство душ.

Потом вспомнились ее предсмертные слова: «Дорогой, люби Триш». Неужели это было благословение? Кристин все знала! Жена Адама догадалась о ее чувствах и надеялась, что они с Адамом будут вместе.

– Кристин любила нас обоих. Это была просто сентиментальная мечта…

– Ничего подобного! Она прекрасно знала нас обоих. Я помню, как она наблюдала за нами. Я тогда надеялся, что она не заметит, как я смотрел на тебя. Но она все знала и хотела, чтобы мы были вместе. Я понял это только сейчас. Я боролся со своими чувствами, старался забыть тебя. Луиза представлялась мне идеальной женой, потому что мы вместе работали и прекрасно ладили… Я считал, что партнерство в браке важнее чувств. Но это не так. Увидев тебя снова, я понял, чего мне так не хватало. Я хочу знать о тебе все. Я думаю только о тебе. Никто другой так не важен для меня, как ты.