Кэтлин Галитц - Вместе мы сможем все!

  Кайен совсем обессилела и чуть не упала, потому что ноги ее уже не держали. Тогда она прошептала:

  — Иди ко мне.

  Когда он поднялся, она расстегнула на нем рубашку и сбросила с плеч. Спустя мгновение и ее платье оказалось там же, на ковре. Далее последовали носки, ботинки и белье.

  У Кайен не было времени детально осматривать холостяцкую комнату Дэйва. Она заметила только, что кровать у него широкая и удобная. Пару минут она стояла обнаженной, а потом уже лежала в постели в объятиях Дэйва. Они даже покрывало не потрудились убрать — так спешили.

  Наконец они смогли отдаться своей страсти. Дэйв оказался весьма предусмотрительным, и в его шкафу нашлись нужные им средства защиты. Последовала пара секунд промедления, и вот их перестало что-либо сдерживать. Вулкан чувств взорвался в ту же секунду.

  Сплетя руки на затылке Дэйва, Кайен взъерошила его волосы — какие они были мягкие на ощупь! Она вдыхала свежий мужской запах, смешанный с ароматом одеколона. Он еще сильнее возбуждал ее желание. Она пила мед его губ, проводила языком по коже...

  Он заставил посмотреть ее прямо ему в глаза.

  — Быстрей, — ответила она на его немой вопрос.

  Сгорая от желания, Кайен понимала: никогда она так не сходила с ума по мужчине.

  Торжество сверкнуло в глазах Дэйва, когда он задвигался еще ритмичнее. Кайен не сводила с него удивленных глаз. Кажется, она забыла, как дышать.

  Неожиданная нежность проснулась в ней с новой силой, и Кайен принялась его ласкать так, как не ласкала ни одного мужчину. Да, на такое способна только любящая женщина.

  — Тебе нравится, да? — спросил он, и Кайен подняла на него глаза.

  — Да, — признала она, подчиняясь желанию почувствовать его еще глубже внутри себя.

  Дэйв остановился только для того, чтобы покрыть поцелуями ее шею и грудь. Он действовал с такой нежностью, словно боялся причинить ей боль, и это тронуло Кайен до глубины души.

  Наконец-то настал момент, когда оба оказались наверху райского блаженства. Их крики и стоны прорезали тишину комнаты.

  — Я никогда не причиню тебе боли, — уверил ее Дэйв.

  — Я знаю, — шепнула она, едва ли не мурлыча.

  Дэйв продолжал держать ее в объятиях, нежно поглаживая. А она дарила ему легкие поцелуи, от которых в нем снова поднималось желание. Кайен чувствовала: то, что произошло, было намного большим, чем просто секс.

  Возможно ли, чтобы Господь не только наказывал, но и дарил?

  На краткий миг ей представилось, что счастье возможно и для нее. Счастье с любящим Дэйвом. Образ мелькнул в мыслях, запечатлевшись в душе навсегда. И этот образ был далек от картинок славы, которые она рисовала себе десять лет назад. Зато он был гораздо более привлекательным. Кайен представила идеальную семейную жизнь.

  Вот она моет посуду, а Дэйв неслышно подходит сзади и гладит ее по щеке, убирая с нее прядь влажных волос. Или она будит его утром чашкой горячего кофе и легкими поцелуями. Бодрые солнечные лучи проникают сквозь зеленые деревья на кухню. А в коляске мирно посапывает малыш.

  Безусловно, мечтать о несбыточном всегда опасно. И Кайен никогда не позволяла себе расслабляться до такой степени. И все же возможность начать новую жизнь с мужчиной, который так сильно отличался от всех предыдущих, будоражила ее воображение. Она не хотела упускать эту возможность.

  И вдруг откуда-то из темноты прозвучал мучительный вопрос:

  — Ты не хочешь рассказать мне про Пита Наргаса?

  Наверное, он вспомнил замечание того пьяного мужика про «черную вдову». Кайен вздохнула.

  — Он был моим первым парнем, — сказала она, пытаясь сохранить равнодушный тон.

  Дэйв провел указательным пальцем по ее плечу, потом по коже в области сердца. Кайен понятия не имела, почему этот простой жест вызвал в ней столько нежности. Ей захотелось разделить с этим человеком все радости и горести своей жизни.

  — Он был любимцем всего города. Капитан баскетбольной команды. Способный студент. Одним словом, первый парень на деревне.

  К тому же был без памяти влюблен в нее.

  — Я же была влюблена в саму идею любви, — призналась она. — Но мне очень льстило его внимание. Тогда у меня было столько надежд и целей, что жизнь маленького городка казалась скучной. Я не желала забеременеть в семнадцать.

  Дэйв не обязан понимать это, как и все остальные. Ведь они не поняли. Неужели ее слова звучат все так же эгоистично, как и прежде?

  И столь же полны чувства вины?

  — Пит был от меня без ума. Он не мог руководить этим чувством. А я хотела порвать с ним. Чтобы пощадить его чувства, я приняла от него обручальное кольцо, хотя, конечно, не должна была этого делать. А потом я официально порвала с ним. Это была жуткая сцена. Он поклялся меня убить. А потом пригрозил, что покалечит меня и никто больше не захочет ко мне приблизиться. Мысль о том, что со мной будет другой, бесила его.

  Страх за свое здоровье и жизнь после тех угроз оставался с ней по сей день. Именно поэтому Кайен так боялась подпускать к себе мужчин.

  Между ними повисло неловкое молчание. Кайен никогда не простит себе то, что случилось после. Хотела бы она, чтобы кто-то снял с нее всю вину. Но это было невозможно.

  Ни с кем она об этом не говорила. Только с Джейсоном Девинтером. О чем очень быстро пожалела.

  — Он покончил жизнь самоубийством вскоре после того, как я порвала с ним. Оставил записку, в которой причиной самоубийства объявил меня.

  Она немного помолчала, чтобы прийти в себя.

  — Не считая этого безумного поступка, Пит был хорошим парнем. Он никогда ни к чему меня не принуждал. Хотел жениться на мне, когда я была еще девственницей.

  — Милая, — прошептал Дэйв в ее волосы, каскадом рассыпавшиеся по подушке. И хотя он с силой сжал ее плечи, это объятие было полно нежности. — Значит, твоим первым мужчиной был Джейсон Девинтер?

  Кайен молча кивнула. Неожиданно рыдание вырвалось из ее груди. И слезы пролились, впервые за десять лет. И как долгожданный дождь после засухи питает землю, так слезы наполнили ее душу свободой и облегчением.

  — Надо было врезать хорошенько этой свинье, пока у меня была такая возможность, — вслух пожалел Дэйв.

  Кайен поразила страсть в его голосе. Все что угодно она ожидала от него, но только не это. Никаких увещеваний, никаких утешений. Но эта фраза, именно она была ей нужна.

  — Что ты, Джейсон тогда был молод, — напомнила она.

  — Возможно, ты и хочешь простить его. Но только не я. Он не имел права так поступать с тобой.

  Дэйв приподнялся на локте, чтобы посмотреть ей в глаза.