Хелин Вэлли - Мой единственный

Но ей никогда не доводилось управлять такой красавицей! И тут до Мари наконец дошло, что этот автомобиль отныне принадлежит ей.

— Хорошо. — Девушка вышла и села за руль.

Фернан отрегулировал кресло и скомандовал:

— А теперь жми на газ!

Мари так и сделала, и машина плавно, но мощно тронулась с места. Она привыкла к своему старому «пежо» и даже представить не могла, что управление автомобилем может быть сплошным удовольствием.

Впереди показался перекресток. В уголках рта Мари задрожала улыбка.

— Мне сворачивать или ехать прямо? — спросила она. — Я ведь до сих пор не знаю, куда мы направляемся.

— Я хотел, чтобы это стало для тебя сюрпризом, — объяснил Фернан, — поэтому не раскрывал своих планов. Мы направляемся в окрестности Анже. Там, в замке Плесси-Марсе, мы и проведем с тобой медовой месяц.

— Боже мой! — У Мари даже дух захватило. — Настоящий замок и только мы вдвоем! Неужели такое возможно?

— А никто не говорил тебе, что для меня нет ничего невозможного? — самодовольно спросил ее муж.

— Говорил. Но все равно это похоже на сказку. — Девушка счастливо вздохнула.

— Баби сообщила мне, что ты с детства обожаешь замки. Могла часами рассматривать их фотографии в альбомах, читать про них, ездить на экскурсии, — сказал Фернан.

— Но я и не мечтала провести хотя бы ночь в одном из них, — ответила Мари.

— Твоя мечта скоро исполнится. Мы будем на месте через час, — заверил ее он.

— Огромное тебе спасибо. — Мари не знала, что сказать, поэтому ограничилась самыми простыми словами. — Извини, я ничего тебе не подарила — ни машины, ни свадебного путешествия. Ни даже обыкновенных запонок.

— Ничего страшного… Кстати, — добавил Фернан, — чтобы не возвращаться больше к теме подарков: я купил тебе кое-что из одежды.

Мари на мгновение оторвала руки от руля и вскинула их вверх.

— Сдаюсь! Неужели у меня такой ужасный гардероб, что ты решил его поменять?

— Нет. Просто я подумал, что тебе захочется чуть подновить его, вот и все.

— У тебя в запасе больше не осталось никаких сюрпризов?

Фернан засмеялся и сказал:

— Нет.

— Уже хорошо. Еще одного я просто не выдержу. Скорей бы мы доехали до места! — воскликнула Мари. — Впервые в жизни я так волнуюсь, что мне хочется выпить капельку спиртного.

— Я бы тоже сейчас не отказался от бокала вина. Мне сегодня тоже пришлось впервые стоять у алтаря.

Мари быстро взглянула на него.

— Что ж, у нас много схожего. Это радует.

Она стояла посреди внушительного по размерам каминного зала. Дубовый стол на массивных резных ножках был накрыт на двоих, откуда-то доносилась легкая классическая музыка. Восковые свечи в тяжелых канделябрах распространяли уютный свет, поленья в камине весело трещали.

— Добро пожаловать в замок, принцесса, — сказал Фернан, подходя к ней сзади.

— С трудом верю своим глазам. Кажется, что все это мне только снится.

Фернан обнял ее за талию и нежно притянул к себе.

— Наконец-то мы на месте. И совсем одни. — Он прикоснулся губами к чувствительному месту у основания ее шеи. Мари вздрогнула, ей вдруг стало страшно. — Глоток шампанского?

— Да, если можно.

Она одновременно хотела продлить момент близости с Фернаном и боялась находиться рядом с ним. Сердце билось от странного волнения, по спине пробежал холодок. Мари положила ладони на руки мужа и разомкнула их. Затем, повернувшись к нему лицом, сказала:

— Я, пожалуй, сяду у камина.

Фернан внимательно посмотрел ей в глаза. Его взгляд, казалось, проник в душу Мари.

— Не волнуйся, дорогая, — произнес он и положил руки ей на плечи. — Мне понятно твое смятение. Знай, что я не сделаю ничего против твоей воли. Просто расслабься и получай удовольствие от отдыха. Представь, что наше свадебное путешествие— это еще один праздник вроде летних каникул.

— Постараюсь, — ответила Мари.

Фернан подвел ее к креслу с высокой спинкой, обитому малиновым бархатом, а сам отошел к столу, где принялся открывать бутылку шампанского.

Мари почувствовала легкое разочарование от того, что он так легко сдался. Но ей не хотелось в этот чудесный вечер копаться в своем сердце, пытаясь определить, как она относится к человеку, который сегодня стал ее мужем.

— Твой бокал. — Фернан опустился перед ней на пушистый ковер и протянул изящный фужер. Ярко пылающий огонь в камине заливал светом Мари и очерчивал линию широких плеч Фернана, оставляя его лицо в тени.

— За что выпьем? — спросила девушка.

— За наше будущее. — Фернан поднял бокал. — Мне кажется, у нас с тобой все будет, как в сказке.

— За будущее, — повторила Мари.

Звон бокалов эхом отозвался в огромном помещении с тяжелыми поперечными балками, с которых свисала кованая люстра на четырех золоченых цепях. Затем наступила пауза, наполненная лишь треском поленьев в камине. Мари встала и прошлась вдоль стены, рассматривая выцветшие от времени, но от этого не менее прекрасные гобелены. Затем ее взгляд остановился на столе с белоснежной скатертью и серебряной посудой.

— Что мы будем делать дальше? — спросила она. — Честно говоря, я ужасно хочу есть.

— Отлично. Я распоряжусь, чтобы ужин подали немедленно. А ты пока можешь переодеться. Спальня наверху.

Мари, скрестив ноги, сидела на самой большой кровати, которую когда-либо видела. Она уже, раскрыв рот, рассмотрела тяжелый балдахин с кистями, поддерживаемый витыми столбиками, приставную скамеечку, и теперь разглядывала нечто совсем иное. Перед ней на этом поистине королевском по размерам и роскоши ложе лежала внушительная стопка одежды, которую девушка достала из чемодана, принесенного в комнату по распоряжению Фернана.

Вещи, которые он подобрал для нее, были великолепными, отличного качества и подходили по фигуре. Мари невольно подумала, что ее муж уже не раз дарил женщинам наряды, раз так хорошо разбирается в фасонах и размерах, и поморщилась. Но что поделать? Он сам признался, что не жил монахом.

Переборов недовольство, Мари принялась изучать то, что было в стопке: несколько вечерних платьев, костюмы, блузки, юбки, даже туфли на высоких каблуках. Но гораздо больше ее взволновали вещицы из шелка, атласа и кружева. Она совершенно не ожидала, что Фернан купит ей все эти полупрозрачные сорочки, пеньюары, чулки, бюстгальтеры, трусики, и теперь с залитыми румянцем щеками вытаскивала их одни за другими и чувствовала, как ткань ласкает пальцы.

Внезапно она отдернула руку, спрыгнула с кровати и подошла к окну.