Шери Макгрегор - Ловец мечты

Джозеф с облегчением вздохнул, увидев, что собачка брызнула водой на снег и начала дышать. Он снял с Мистера Пибоди мокрые одежки и сунул его себе под куртку.

– Надо поднять тебе температуру, парень.

Подъехав к машине, Джозеф уселся на переднее сиденье рядом с Джесси и сказал:

– Дай-ка мне твой шарф, малышка.

Джесси протянула Джозефу свой шарф. Он вытащил собачку из-под куртки и стал растирать тщедушное тельце.

– Все будет хорошо, – сообщил он минуту спустя, после того как спеленал песика шарфом. – Его надо согреть, но я думаю, что лучше всего это сделает мамаша. – Джозеф подмигнул учительнице и рассмеялся.

Кейти улыбнулась и прижала к груди своего любимца.

– Как там наш отважный пациент? – Джозеф похлопал Туая по плечу.

– Вы настоящий герой, – сказала Кейти. – Мистер Пибоди тоже так считает.

Туай молча пожал плечами, но Джозеф заметил, что губы его дрогнули в улыбке. Может, этот эпизод пойдет ему на пользу. Может, он перестанет винить себя в той аварии, в которой погиб брат Делорес, а сам он потерял ногу.

Они поехали обратно; впереди катил пикап Кейти, а за ним – «блейзер». Несмотря на возражения Туая, все решили ехать к нему, чтобы загнать его в горячую ванну и напоить чем-нибудь согревающим.

– Мистеру Пибоди очень повезло, что с нами был Туай, – сказал Джозеф. Он покосился на Сонни, она так вцепилась в ручку дверцы, что побелели пальцы. – Что с вами?

Сонни тяжко вздохнула.

– А если бы это была моя Джесси?

– Ох, что вы… – Его охватили дурные предчувствия. Возможно, сегодняшнее происшествие на озере станет одним из поводов для ее отъезда. Да, она уедет, как уехала его невеста и как его мать уехала от отца. А ведь ему так хотелось, чтобы она осталась с ним навсегда.

Глава 8

После того как Сонни высказала опасение, что Джесси могла провалиться под лед, Джозеф умолк. Он был молчалив и в доме Туая, ставшего теперь его пациентом; казалось, он вынашивал какую-то мысль.

Уговорив непослушного героя принять горячую ванну и напоив его чаем, они приехали домой, и Джесси тотчас же принялась рассказывать Анне про несчастный случай на озере и про то, как Туай спас Мистера Пибоди.

Внезапно Джозеф нахмурился и сказал:

– Уже поздно. Скоро выезжаем в Альбукерке. Вам пора собираться.

Анна стала возражать:

– Но к чему такая спешка? Пусть они немного отдохнут.

Джозеф взглянул на часы и заявил:

– Выезжаем через час. – Отвернувшись, он молча вышел в холл.

Его резкость ужасно огорчила Сонни. Неужели он думает, что она обвиняет его в несчастье с собакой и Туаем? Анна похлопала ее по руке.

– Не обращай внимания. У этого человека настроение как буря. Налетит и стихнет.

Сонни не ответила. Она не сомневалась, что Джозеф ни в чем не виноват, и если надо ему об этом сказать, то в дороге у нее будет достаточно времени.

Через час они подошли к машине. За этот час, как видно, улеглось то, что терзало Джозефа, ион взял на себя роль гида – показывал им окрестности и рассказывал об истории здешних мест.

Анна клевала носом на заднем сиденье, но Джесси была в восторге. Она задавала сотни вопросов, и Джозеф подробно ей отвечал. Он оказался прекрасным рассказчиком, так что даже Сонни заинтересовалась. Она гадала: как он жил раньше и что привело его в Нью-Мексико? В тот вечер, когда они познакомились, он сказал, что никогда не видел своего отца-навахо. Почему? К сожалению, этого он не объяснил.

Было уже почти семь вечера, когда они зарегистрировались в отеле в той части Альбукерке, которая называлась Старым городом – отсюда когда-то начинался город.

Из отеля они позвонили Туаю, чтобы узнать, как он себя чувствует, затем направились в ресторан. Джесси издала вопль восхищения, увидев лошадь, запряженную в карету. Лошадь процокала копытами по булыжнику, остановилась возле киоска, и из кареты вышла молодая пара. В тихом вечернем воздухе послышался шорох длинной юбки. Черные волосы женщины были уложены в высокую прическу, а в ушах сверкали бриллиантовые серьги, отражавшие огни фонарей. Пара прошла мимо, и Джесси проводила их взглядом.

– Эта леди как Золушка, – сказала она мечтательно.

Джозеф засмеялся и погладил ее по волосам.

– Может, и мы с тобой покатаемся?

Девочка в восторге подпрыгнула.

– Если твоя мама не возражает, – добавил Джозеф.

Сонни с улыбкой сказала:

– Разумеется, не возражаю. Если, конечно, карета не превратится в тыкву.

Джозеф подошел к карете и сунул деньги вознице, помог Анне и Джесси забраться в экипаж и, повернувшись к Сонни, протянул ей руку.

– Мадам…

– Вы серьезно, Джозеф?

– А вы сомневаетесь? – спросил он с мягким упреком. – Я люблю кого-нибудь развлекать. Вы с дочкой этого заслуживаете. Так как же, поедете?

Сонни снова улыбнулась и кивнула. Ощутив тепло его руки, она сразу же забыла об утреннем происшествии на озере; сейчас, в эти мгновения, она почувствовала себя почти счастливой, а такого с ней уже давно не случалось.

Джозеф сел рядом с Джесси, и девочка снова засыпала его вопросами. Он подробнейшим образом отвечал на все ее вопросы, и малышка внимательно слушала его, слушала с широко раскрытыми глазами. «Она уже относится к нему как к отцу», – подумала Сонни и тихонько вздохнула. Да, ей очень не хватало такого мужчины, как Джозеф.

Она вспомнила собственное детство и вспомнила отца. Даже при воспоминании о его голосе на сердце у нее потеплело. Но память тут же подсунула совсем другую картину: похороны и рыдания матери, надрывавшие душу девятилетней девочки. И все же у нее был отец, а у Джесси никогда не было такого отца. И бабушек с дедушками тоже не было.

Копыта цокали по мостовой, и за окном экипажа проплывали городские улицы. Джесси то и дело смеялась, и Сонни поглядывала на дочь с ласковой улыбкой. Она думала о том, что в конце концов все сложилось не так уж плохо. Джесси, наверное, уже не помнила своего отца, и смутные образы из того времени теперь не казались ей реальными. К тому же сейчас она наслаждалась обществом Анны и Джозефа. Но как долго суждено им прожить в Нью-Мексико?.. Что ж, сколько бы они здесь ни прожили, она постарается в полной мере насладиться этой жизнью.

Они подъехали к ресторану, и в ноздри тотчас ударил специфический запах – это был мексиканский ресторан. Сонни сразу же почувствовала, что проголодалась, но, вероятно, то же самое почувствовали и все остальные.

– Как вкусно пахнет! – воскликнула Джесси, выбираясь из кареты.

За обедом Сонни то и дело поглядывала на Джозефа. Было очевидно, что ему очень нравится в этом ресторанчике и что у него прекрасное настроение – он постоянно улыбался. Но почему же он внезапно умолк и помрачнел, когда они возвращались с озера? Да, Конечно, Туай – его близкий друг, и происшествие на льду, должно быть, очень его огорчило. Но ведь сейчас он такой же, как всегда, – веселый, улыбчивый, благожелательный.