Аурелия Хогарт - Чужое счастье

— Благодарю, — усмехнулся Лекс.

Она нахмурилась.

— Но Айки здесь нечего делать!

— Я его сюда не приглашал, — невозмутимо двинул плечом Лекс.

Эмери мрачно покосилась на него.

— Но ты мог бы отправить парня домой.

Лекс на миг сжал ее плечи крепче.

— Вообще-то мог бы, конечно.

— Так почему не сделал этого? — спросила она, стараясь не обращать внимания на его действия. Напрасный труд: в глубине ее тела уже возникла и покатила во всех направлениях волна сладостной истомы.

Прежде чем ответить, Лекс вздохнул.

— Ведь ты прекрасно знаешь, что Айки смотрит на меня в некотором роде, как на отца.

Разумеется, Эмери была прекрасно осведомлена об этом.

— Вот и замечательно, тем проще тебе повлиять на него, — обронила она, стараясь исключить из голоса предательскую дрожь.

Но Лекс медленно покачал головой.

— Не все так просто, как кажется на первый взгляд. С некоторых пор я начал подозревать, что Айки опасается, как бы я не женился. Потому-то он и примчался сюда. Тем более узнав, что я нахожусь здесь не просто с женщиной, а с тобой, которую он…

— …Ненавидит. Знаю, — хмуро кивнула Эмери. Затем сумрачно усмехнулась. — Только в случае со мной у Айки не может быть причин для беспокойства: уж на мне-то ты точно не женишься! — Она сказала это и затаила дыхание, ожидая реакции Лекса.

Однако тот не услышал — или сделал вид, что не услышал, — ее последних слов. Впрочем, какая разница? Эмери одинаково больно задевало и то и другое.

— Раньше я полагал, что Айки просто ревнует меня к моим женщинам, — невозмутимо продолжил Лекс. — А сейчас у меня есть все основания думать, что идеальным вариантом для него было бы, если бы я вообще не женился. — Несколько мгновений он задумчиво смотрел на кусты сирени, прежде чем добавить: — Правда, в свое время, узнав, что я собрался жениться на Селии, Айки как будто даже обрадовался. А сейчас… Не понимаю я, что у него в голове…

«К моим женщинам», с горечью повторила про себя Эмери ненавистные слова. Значит, расставшись с Селией, Лекс пустился во все тяжкие.

До нее доходили подобные слухи, но она не знала, стоит ли им верить. Правда, в газетах тоже появлялись сведения о том, когда и с кем видели Лекса Сеймура. Однако кому, как не Эмери — Диззи Эмери, — знать тягу репортеров к преувеличению и так называемым жареным фактам?

И вот сейчас Лекс сам косвенно подтвердил то, во что ей так не хотелось верить!

Однако она постаралась не давать воли ревности. Бодро тряхнув роскошными темными локонами, она произнесла:

— Конечно, Айки обрадовался тогда! В его положении это было лучшее, на что он мог надеяться.

Лекс быстро посмотрел на нее.

— О чем это ты?

Их взгляды встретились. И снова у Эмери возникло ощущение, будто ее пронзило молнией. Даже в прежние времена ей нелегко давался прямой зрительный контакт с Лексом. Теперь же, после пламенной ночи, со стороны Эмери наполненной давней любовью, а со стороны Лекса внезапной страстью, ей и вовсе стало трудно выдерживать его взгляд.

В конце концов Эмери опустила глаза. Но не только из-за пристального внимания, с которым смотрел на нее Лекс. Ей пришло в голову, что, возможно, напрасно она решила поддержать разговор об Айки.

— Так, ни о чем… Не обращай внимания.

Однако Лекс уже заинтересовался оброненными ею фразами.

— Э нет, дорогая моя! — воскликнул он, не просто сжав ее плечи, но и слегка тряхнув. — Выкладывай, что знаешь, если уж начала!

По телу Эмери прокатилась очередная волна трепетной дрожи. Скрывать чувственное волнение с каждой минутой становилось все труднее. Эмери разрывали на части два противоречивых желания — с одной стороны, немедленно встать и уйти, а с другой — смириться с происходящим, позволить Лексу сжимать ее так крепко, как только ему захочется.

Усилием воли она подавила оба этих желания.

— Я знаю лишь то, что и так многим известно и чего не заметить мог только слепой. — Или ослепленный любовью, добавила Эмери про себя.

— Очевидно, меня ты относишь к числу незрячих, — усмехнулся Лекс. — Так расскажи мне, пожалуйста, о том, чего я не разглядел.

— Если ты настаиваешь… — неохотно произнесла она. И умолкла, потому что ей все-таки не очень хотелось развивать дальше тему отношения Айки к Селии.

Немного выждав, Лекс вновь наклонился к ней.

— Ну?

— Хорошо… — вздохнула Эмери. — Вероятно, тебе покажется странным, но ты и твой младший брат Айки были влюблены в. одну и ту же девушку.

В глазах Лекса промелькнуло недоверчивое выражение.

— Что? Айки был влюблен в Селию?

Эмери невесело рассмеялась.

— Ну вот, как я и говорила, ты ничего не замечал. Да, был влюблен и, наверное, по-своему радовался тому, что Селия станет твоей женой и у него появится возможность видеться с ней чаще. Ведь Селия и Айки стали бы родственниками.

Некоторое время Лекс молчал, обдумывая новую для него информацию. Потом протянул:

— М-да… если так, тогда понятно, почему Айки спокойно воспринял мое намерение вступить в брак в одном случае и выражал явное беспокойство, узнавая о других моих связях.

Рада, что ты хоть что-то понял, с мрачной внутренней усмешкой подумала Эмери.

Наступило долгое молчание. Лекс по-прежнему обнимал Эмери, словно забыв руку на ее плечах. Она даже представила себе на минуту, как чудесно было бы, если бы между ними не существовало нынешних недоразумений и противоречий, а, напротив, царило бы полное взаимопонимание. Как хорошо было бы тогда сидеть вот так, в обнимку, прижавшись друг к другу, и любоваться тем, как сад медленно погружается в сумерки.

Сердце Эмери сладко сжалось от этого заманчивого образа, и она почти окончательно размякла, ощущая рядом большое сильное тело человека, которого любит больше всего на свете.

В этот момент Лекс негромко произнес, не поворачивая головы:

— Не откроешь заодно еще один секрет: почему ты это сделала?

— Мм? — вяло откликнулась Эмери.

— Разрушила мой брак с Селией, — все так же спокойно пояснил он.

Благостное состояние расслабленности мигом слетело с нее. Она попыталась выпрямиться, однако Лекс, по-видимому предвидя подобную реакцию, был начеку. Крепче прежнего стиснув плечи Эмери, он помешал ей отстраниться. В конце концов, поняв, что сопротивление бессмысленно, она вновь откинулась на спинку скамейки.

— Ну? — взглянул на нее Лекс. — Открой наконец секрет своего странного поступка. По-моему, как человек, пострадавший от твоих действий, я имею право все знать.

После опасения обнаружить перед Лексом свои истинные чувства Эмери больше всего боялась подобного вопроса. Дело в том, что у нее до сих пор не был придуман приемлемый ответ. Сказать правду не представлялось возможным, а все варианты прочих версий казались малоубедительными. Тем временем Лекс ждал.