Алена Любимова - Зимний сон

— Это было великолепно, — призналась Маша. — Спасибо тебе.

— За что? — удивленно нахмурился Вадим.

— За все, — мурлыкнула Маша и свернулась калачиком у него под боком.

— Если ты не против, мы можем повторить, — шепнул Вадим ей на ухо, поглаживая разметавшиеся по подушке рыжие волосы.

— Чуть позже, — мечтательно улыбнулась Маша и прикрыла глаза. То ли от нервных переживаний, то ли от чего-то другого голова разболелась с новой силой. Маша удобно устроила ее на подушке рядом с плечом Вадима и незаметно для себя уснула, положив руку на его плоский живот.

11

Разбудил Машу какой-то неясный звук, похожий на хлопок входной двери. Приподнявшись на локте, она увидела, что Вадима уже нет рядом с ней, а она лежит на покрывале совершенно голая. Правда, сверху Вадим заботливо прикрыл ее красным клетчатым пледом. Маша поежилась, как от холода, и обняла себя обеими руками. Почему-то нагота вдруг стала смущать ее.

Вскочив с кровати, она накинула халат и отправилась в душ, стараясь не думать о том, что Вадим ушел, ничего не сказав ей. Наверное, он просто спешил. Маше очень хотелось так думать, но что-то внутри нее настойчиво шептало, что он скрылся под покровом темноты, как вор, и от этого Маше делалось как-то не по себе.

— Он просто не хотел тебя будить, — сказала Маша своему отражению в зеркале и, раздевшись, встала под душ. Струи воды немного привели ее в чувство. Маше перестало казаться, что Вадим предал ее своим уходом. — В конце концов, у него могли быть другие планы, — сказала она сама себе и растерла все тело полотенцем.

Настроение улучшилось настолько, что Маша даже вспомнила о турке с кофе, забытой на огне. Как пуля, выскочив из ванной, она рванула в кухню. Плита была выключена, наверное, Вадим выключил ее перед уходом. Маша заглянула в турку — вода выкипела наполовину и была еще горячей, значит, она спала не слишком долго. Выглянув в окно, напротив которого на фасаде супермаркета висели большие электронные часы, она нахмурилась. Всего-то половина девятого. Странно, по ее подсчетам времени должно было быть больше. Маша уже собиралась отойти от окна, когда время на табло вдруг сменилось датой, и она замерла, раскрыв рот. На табло все еще горела дата последнего Машиного рабочего дня. Именно того дня, когда «мерседес» Крикунова врезался в ее «восьмерку».

Это было так неожиданно, что Маша едва не плюхнулась в обморок.

Этого просто не могло быть! Куда подевалась волшебная ночь, проведенная Машей в Париже?

— Черт, — только и смогла выдавить она, глядя на ярко-зеленые цифры. — Черт.

Подбежав к телефону, Маша трясущимися руками набрала номер Тамары.

— Какое сегодня число? — спросила она страшным шепотом, когда подруга сняла трубку.

— Двадцать пятое декабря, — ответила Тамара и тут же спросила: — с тобой все в порядке?

Маша села прямо на пол возле тумбочки, на которой стоял телефонный аппарат, и покачала головой.

— Нет.

— Что случилось? — испугалась Тамара.

— Это долго объяснять, — выдавила Маша, чувствуя, что голова идет кругом. Целый день каким-то чудом исчез, растворился в снежной дымке. Маша зажмурилась и потрясла головой. А был ли он этот день?

Неожиданно до нее дошла вся комичность ситуации. Теперь стала понятна загадочная миграция шишки, отсутствие дорожной сумки на полу в коридоре и упорное «выканье» Вадима. Маша закрыла лицо руками и рассмеялась.

— Черт, — она прижала кулаки к глазам, чтобы не расплакаться. — Черт.

Господи, должно быть, она выглядела полной дурой.

Нет, не «должно быть», а именно выглядела.

— Ты можешь объяснить толком, что стряслось? — озабоченно спросила Тамара. — Тебе плохо?

— Только что я переспала с Вадимом Крикуновым, — сказала Маша и вытерла слезу, которая все-таки скатилась из уголка глаза.

Тамара немного помолчала, ошарашенная неожиданным известием, а потом сказала:

— Никуда не уходи, я сейчас приеду к тебе.

— Нет, только не это, — покачала головой Маша. Разговора с Тамарой ее перегруженная впечатлениями нервная система могла просто не выдержать. — Не надо приезжать.

— По-моему, у тебя действительно не все в порядке, — заметила Тамара.

— У меня все нормально, — всхлипнула Маша. — Приезжай завтра.

Не став дожидаться ответа Тамары, она положила трубку на рычаг и расхохоталась. Ее била нервная дрожь. Встав с пола, Маша еще раз подошла к окну, чтобы убедиться, что табло все еще показывает двадцать пятое декабря.

— Черт, сегодня действительно двадцать пятое число, — простонала она, глядя на цифры, расплывающиеся перед глазами. — Что же это получается? Не было Парижа, не было отеля, не было ужина…

Маша снова застонала и стукнула себя по лбу. Если не было Парижа, отеля и ресторана, значит, не было и страстных объятий на гостиничной кровати, не было предложения переехать в квартиру Вадима, не было аэропорта, не было Викиного звонка…

Ничего этого не было!

Маша медленно опустилась на табуретку, пытаясь хоть как-то привести в порядок свои мысли. Если ничего этого не было, тогда что же было? Вскочив на ноги, Маша рванула в гостиную. На диване все еще лежала подушка, на которой Маша любила поспать перед включенным телевизором. Маша сбросила ее на пол и пнула ногой, как будто подушка лично была виновата в том, что Маше приснился такой странный сон.

Сон?

Маша устало опустила руки и села на диван.

Неужели поездка в Париж, ужин, отель всего лишь приснились ей?

Маша закрыла лицо руками и сжалась в комок. Если Париж был всего лишь сном, что происходило в реальности? Маша немного напряглась, пытаясь вспомнить сегодняшний день, который вырисовывался в памяти все отчетливее. Она вспомнила, как Вадим приходил с Викой днем в магазин покупать шубу, вспомнила, как его «мерседес» врезался в ее «восьмерку», вспомнила, как он заплатил ей две тысячи за ремонт (на всякий случай, Маша побежала в коридор и сунула руку в карман дубленки — деньги все еще были там), а потом она поехала домой и легла спать… Пожалуй, и все. Все остальное было чистой воды вымыслом, кроме тех страстных поцелуев, которыми Вадим осыпал ее уже здесь в ее квартире.

Маша застонала и упала на бок, на диван, желая провалиться под землю от стыда. Боже, она просто кретинка. Сама затянула Вадима в постель. У него наверняка и в мыслях не было ничего подобного. Конечно, он же не был осведомлен о Машином сне.

Неожиданно ей стало плохо. Подтянув ноги к груди, Маша свернулась калачиком и обняла себя руками. Теперь ей наверняка придется уволиться с работы. Она просто не сможет смотреть в глаза Вадиму после всего, что сегодня произошло между ними.