Время любить - Лилия Фандеева

У меня есть своя, двухкомнатная. В первый рабочий день наведаюсь в опеку, попробую выяснить какие документы мне собирать и есть ли у меня шанс. – Олег Иванович, как вы считаете?

– Вдвоём мы справимся, но можем и не торопиться с опекой, пока не обговорим возможные варианты с судом.

– А что, если мне получить консультацию знакомого судьи из Калининского района? Я проходила там преддипломную практику и познакомилась с Аркадием Борисовичем Соловьёвым. А что? Я помощник адвоката. К нам обратились за помощью, и я хочу знать, как могут развернуться события. Понимаете, я больше всего заинтересована в том, чтобы меня признали мамой. Денис уверен в этом. Как мне ему объяснить, что это не так? Что это очередной обман. На него и так достаточно свалилось. С другой стороны, если потребуется экспертиза – это крах всей затеи.

– Лиза, не всё так плохо. Если судить по тем документам что у нас есть, вас не лишали родительских прав. Это делается только в суде. Вы «биологическая» мать, ребёнка передали отцу по устной договорённости. На сегодняшний день отец погиб, приёмная мать отказывается от усыновления, а ваше моральное и материальное положение располагает воссоединиться с сыном. Простите за этот оборот. Будем исходить отсюда. Послушаем, что скажет вам ваш знакомый и решим, в каком направлении двигаться дальше. Да, я готовлю документы об отмене усыновления именно в Калининский суд.

– Хорошо. Я завтра же позвоню судье и попрошу о встрече, пусть и неформальной. Попрощаюсь с Денисом и приеду в субботу с вещами на три недели. Буду держать связь с Олегом Ивановичем, – она вышла, прикрыв дверь кабинета. Мальчик ждал её в гостиной.

– Лиза, вы решили все вопросы?

– Какой ты быстрый. Мы только разработали примерный план действий, – Лиза присела рядом с ним и обняла за плечи. – Слушай меня внимательно: я до конца недели буду занята на работе и в суде. В субботу с утра приеду с вещами и поживу с тобой и Анной Сергеевной, пока Вероника Олеговна будет в отъезде. У меня к тебе будет всего одна просьба – не обижай и не обижайся на Нику. Она остаётся твоей мамой, пусть и некровной. Даже если мы с тобой очень хотим жить вместе – это пока невозможно, нам нужно подождать, – она поцеловала мальчика, посмотрела ему в глаза и улыбнулась. – Договорились? Мы справимся. У тебя есть мой номер телефона. Звони мне до девяти утра или после шести вечера. Через три дня мы увидимся.

– Я думал, ты останешься у нас на обед.

– Прости, у меня много дел. До субботы я их осилю, и мы начнём с тобой новую жизнь.

Елизавета попала на приём к Соловьёву во вторник.

– Тебе хватит часа моего обеденного перерыва для решения своих вопросов? С чем пожаловала ко мне помощник адвоката? Сколько мы не виделись?

– Больше пяти лет прошли. Я успела поработать помощником юриста Ильинского в крупной компании, третий год работаю у Михайлова в адвокатском бюро, – она рассказала о том, с чем пришла.

– То, что касается отказа понятно, а вот возвращение ребёнка вызывает вопросы. Мать, которая не нарушала покой семьи больше семи лет, быстро соглашается вернуть ребёнка после гибели отца. Это, согласись, подозрительно. Что-то ты не договариваешь, либо чего-то не знаешь. Я лично сомневаюсь в её бескорыстии. Такой вопрос может возникнуть и у опеки, и у прокурора. Они обязаны участвовать в заседании.

– Не сомневайтесь, – Лиза выложила Соловьёву правду.

– Сестра нашлась?

– Нет. Она звонила мне перед Новым 2005 годом. Звонок был междугородний на домашний телефон. Сообщила, что всё у неё нормально, но не сказала, где она находится и с кем. Мне и в голову не могло прийти, что она воспользуется моим паспортом. В то время мне было почти 18, а ей 17 лет. Исчез паспорт, а потом и сама Катя. Что мне делать?

– Начни с опеки. Объясни, что ты хочешь вернуть ребёнка, от которого отказалась в пользу отца. Отец погиб, а приёмная мать отказывается от усыновления. Ничего странного в этом нет. Опека проверит тебя и твои условия, и у неё не будет к тебе неудобных вопросов. Думаю, прокурор не будет воевать с помощником адвоката. Если честно, мне хочется тебе помочь. Пусть юрист твоей Туманской приносит документы в пятницу, а свои принесёшь, как соберёшь. Мы объединим их в одно производство. Вместе с отменой усыновления Туманской вступит в силу одновременное восстановление в правах кровного родителя. Это будет указано в решении суда. Таким образом, ребенок может вернуться в кровную семью. А вообще, ты молодец, Елизавета Филатова. Надеюсь встретиться с тобой в суде, где ты будешь защищать обиженных и оскорблённых, – он по доброму улыбнулся.

Лиза переехала временно в дом Туманских и жила в гостевой комнате, уезжая каждое утро на работу и возвращаясь в начале шестого. По выходным она с мальчиком выезжала на природу или городской парк развлечений, возвращаясь к вечеру. Вечера будних дней проводили во дворе, находя себе занятия.

– Смотрю на вас и думаю, Денису повезло с вами, – говорила няня, наблюдая за ними. – Я так к нему привыкла за эти годы. Здесь мой второй дом. Вероника Олеговна предложила мне сменить «должность». Остаться в доме помощницей по хозяйству. Как будто я ей не была. Я здесь и няня, и повар и прачка. Куда она без меня? Хорошо, что дом небольшой и жильцов мало, а то бы не справилась. Но при этом я на полном пансионе и с зарплатой. Грех жаловаться. Что я буду делать, когда вы Дениса заберёте, а хозяйка уедет?

Суд состоялся первого августа и вынес решение в пользу Филатовой Елизаветы Павловны. В коридоре их ждал Варламов и Денис. По довольным лицам Туманской и Лизы, оба поняли, что всё закончилось хорошо.

– Лиза, поедем, посмотрим квартиру. Если вас всё устроит, я внесу задаток и начнём оформлять покупку.

– Мы уже говорили об этом. Нас всё устраивает. Нам к школе нужно готовиться.

– Не спорь со мной. Я пока остаюсь в городе и смогу вам как-то помогать, если не морально, то материально. Не лишай меня такой возможности. Квартира в Калининском районе, рядом есть частная школа. До неё от дома триста метров. Денис будет занят с восьми до восемнадцати. Ты будешь спокойно работать, а он будет посещать кружки или секции. И мне и вам будет ближе ездить в гости.

Квартира в шестнадцатиэтажном доме на улице Танковой 34 находилась на шестом этаже и была роскошной по сравнению с квартирой Филатовых.