Робин Доналд - Тайна рыжеволосой островитянки

Но ей пришлось уйти, и она очутилась в холодном лесу. Слезы замерзали на ее щеках. Выбиваясь из сил, Элли ползла по глубоким сугробам, а снег все падал и падал.

Но вот кто-то поднял ее и унес туда, где тепло. Лед в ее венах начал таять. Она поняла, что теперь ей ничто не угрожает.

…Элли проснулась оттого, что ей стало жарко. Она открыла глаза и тут же зажмурилась, ослепленная бьющим в окно солнечным светом.

Осознание того, где она находится, не сразу пришло к ней, но когда Элли поняла это, то резко вскочила и в ужасе замерла на краю кровати. Широко распахнутыми глазами она смотрела на лежащего рядом обнаженного мужчину.

Красивое мускулистое тело. Бронзовая от загара, гладкая кожа.

Мужчина пошевелился.

— Не дергайся, — сказал он ленивым, еще не проснувшимся голосом, и Элли узнала в нем Слэйда.

Подчиняясь инстинкту самосохранения, девушка выскочила из постели.

Слэйд перевернулся на спину, закинул руки за голову и посмотрел на нее оценивающим взглядом. Его самообладанию можно было только позавидовать.

Элли чувствовала себя чрезвычайно глупо, стоя посреди комнаты в короткой футболке, едва прикрывавшей узкие трусики. У нее не было достаточно уверенности в себе для того, чтобы выйти из комнаты походкой супер-модели, но с другой стороны, она не хотела, чтобы Слэйд в полной мере насладился ее смущением, поэтому она не побежала через всю комнату к своей одежде.

Девушка села на край кровати, как можно дальше от Слэйда, и прикрыла колени простыней.

— Что здесь происходит, черт возьми? — едва слышно спросила она.

Ей очень хотелось, чтобы этот вопрос прозвучал грозно, но голос был хриплым и слабым от волнения.

— Тебе виднее, — с лукавой улыбкой ответил Слэйд.

— Что ты делаешь в моей постели? — чуть не плача, повторила Элли.

— Прежде чем предъявлять мне обвинение в изнасиловании…

Элли округлила глаза.

— В изнасиловании? — прохрипела она.

— Расслабься, — попытался успокоить ее Слэйд. — Ничего страшного не произошло, если не считать того, что ночью ты ползала по холлу на четвереньках и жалобно скулила.

— Что?!

Обнаженный мужчина выпрямился и уселся на кровати. Элли увидела немного больше, чем следовало бы.

— Ты, оказывается, лунатик, — продолжал иронизировать Слэйд.

Элли вспомнила свой сон.

— О боже! Что я делала?

— Ты ползала на четвереньках возле моей двери и бормотала: говорила, что замерзла, и просила пустить тебя к огню, пока тебя не замело снегом.

Элли вздрогнула.

— Этот сон не снился мне уже много лет. Я ходила во сне, только когда была ребенком. Мне очень жаль, что я разбудила тебя.

— Вчерашние переживания растревожили в твоей душе старых демонов, — успокоил ее Слэйд.

Эти слова тронули Элли, и она посмотрела на Слэйда уже без испуга. Он был так хорош собой! Нежные лучи утреннего солнца ласкали его широкие плечи, путались в мягких волосах на мускулистой груди. Он излучал спокойную мужскую уверенность.

— Но… Что ты делаешь здесь? — запинаясь, спросила Элли.

— Я принес тебя сюда, укрыл и хотел уйти… но ты хотела другого, — Слэйд с иронией посмотрел на Элли. — К тому же у тебя действительно были ледяные руки и ступни. Я хотел подождать до тех пор, пока ты согреешься, а потом уйти. Но всякий раз, когда я пытался выйти из комнаты, ты начинала плакать и умолять, чтобы я остался.

Элли покраснела.

— Ты мог бы разбудить меня, — прошептала она.

— Я пытался, звал тебя по имени, но ты не реагировала.

— Прости, — глядя в пол, сказала Элли.

— Не беспокойся об этом, — успокоил ее Слэйд.

Девушка мучительно искала выход из создавшегося неловкого положения.

— Я… — неуверенно произнесла она, — ну, в общем… спасибо.

— В конце концов, мы оба немного поспали, — сухо произнес Слэйд. — А теперь, если не возражаешь, я покину тебя. Обычно я сплю голым, но сегодня все-таки решил натянуть плавки… на всякий случай. Надеюсь, я тебя не очень смущаю… — он откинул покрывало.

В ту же секунду Элли опустила глаза и уставилась в пол. Сейчас она хотела только одного — чтобы Слэйд поскорее ушел и оставил ее одну.

Мужчина был уже у двери, когда Элли услышала:

— Я надеюсь, мне не нужно говорить тебе о том, что, если это была уловка, она не сработала?

— Уловка? — прорычала Элли. — Ты что, шутишь?

— Напротив, никогда не был так серьезен, — приподняв бровь, произнес Слэйд. — Я никому не позволю себя шантажировать.

Элли похолодела.

— Я не шантажистка!

Слэйд криво улыбнулся и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Девушка поспешила принять душ и одеться. Выйдя из спальни, она услышала отдаленные звуки — Слэйд возился на кухне с кофеваркой.

— Что я должна сделать с простынями и полотенцами? — спросила Элли, войдя на кухню.

— Оставь.

— Я сняла их с постели, — уточнила девушка.

Слэйд подвинул к ней чашку кофе и повторил:

— Оставь их, Элли. У меня для этого есть домработница.

— Счастливчик, — вздохнула девушка и, резко повернувшись, направилась к выходу.

— Элли! — попытался остановить ее Слэйд, но она не прореагировала. — Не заставляй меня бегать за тобой, — холодно сказал он. — Возможно, у тебя не было матери, но твой отец наверняка сделал все, чтобы обучить тебя хорошим манерам!

— А ты не знаешь, что приказывать гостям невежливо? — поинтересовалась Элли.

— Успокойся, — нахмурился Слэйд. — Тебе нужно поесть. Туи рассказала мне, что по утрам с тобой лучше не иметь дела, пока ты не позавтракаешь.

Элли медленно подошла к столу.

— Какая чушь! Просто я не люблю, когда меня в чем-то обвиняют.

— Не помню, чтобы тебя кто-то в чем-то обвинял, — хмуро произнес Слэйд.

— Я не самый приятный человек на белом свете — знаю, но это не значит, что я — шантажистка.

— Извини, если обидел, — громко сказал Слэйд, когда Элли снова демонстративно направилась к двери. — Так ты будешь пить этот кофе или нет?

Элли неохотно вернулась к столу, взяла чашку с дымящимся кофе и сделала глоток.

Слэйд с облегчением подумал о том, что их разделяет широкая столешница. Прошедшая ночь показалась ему бесконечной. Он лежал рядом с Элли в постели, в темной комнате. Ее нежная кожа и мягкие изгибы ее юного тела возбуждали мужчину. Он контролировал свою страсть огромными усилиями воли. Даже сейчас он желал ее так сильно, что с трудом сдерживался.

Ему очень хотелось верить, что прошлой ночью Элли действительно приснился страшный сон. В ее поведении не было ни малейшего намека на флирт. Она прильнула к нему, словно дитя, устроилась рядом с ним, как птичка, нашедшая убежище в теплом гнездышке во время бури.