Пегги Морленд - Прочь сомнения!

– Решаю, что заказать.

– Позвольте сделать это за вас.

Сэм неохотно кивнула. Наверное, так будет лучше, потому что она ничего не поняла из того, что там написано.

– Хорошо.

Появился официант.

– Могу я предложить вам напитки из бара? – Молодой человек вежливо улыбнулся.

Нэш посмотрел на Сэм.

– У них неплохой «Беллини».

Она никогда не пробовала «Беллини», но в баре, скорее всего, только крепкие напитки. А это как раз то, что ей сейчас очень кстати.

– Прекрасно, «Беллини».

Нэш заказал два бокала, посмотрел на Сэм и улыбнулся.

Оказывается, он очень мил, удивилась Сэм. Когда Нэш улыбался, на его левой щеке появлялась ямочка. А сама улыбка!.. Она понравилась бы даже Мередит. Его нижняя губа была четко очерчена, а верхняя практически исчезала, показывая безупречно белые зубы.

Сэм пыталась улыбнуться в ответ, но губы будто окаменели. Она обреченно пожала плечами.

– Нэш, мы напрасно пришли сюда.

Его улыбка испарилась.

– Не понимаю?

Сэм жестом показала на столик.

– Я имею в виду этот ужин.

– Вы не успели проголодаться?

– Я не хочу есть. Мне хочется уйти отсюда. Наверное, я не буду ужинать.

Нэша подобная откровенность даже развеселила.

– Значит, вы жалеете, что приняли мое приглашение?

– Пока нет, – сказала Сэм и быстро поправилась: – Нет, я очень вам благодарна. Но не следовало этого делать. Мне нравится Колби. И мне совершенно не нужна компенсация за те несколько уроков, которые я дала ей.

Нэш вновь рассмеялся. И плечи Сэм невольно распрямились.

– Вы тоже понравились Колби. Мне даже кажется, что вы стали ее кумиром.

Сэм смущенно улыбнулась.

– До этого мне далеко. Просто мне нравится, что Колби любит своего подопечного.

Вернулся официант и аккуратно поставил перед ними бокалы. Кивнув, Нэш произнес тост:

– За Сэм, которая спасает красивых лошадей и исцеляет разбитые сердца маленьких девочек. – Подняв глаза к потолку, он отпил маленький глоток.

– Вы слишком переоцениваете меня.

– Мне кажется, что я ценю вас недостаточно. – Он оперся о стол, внимательно глядя ей в глаза. Нэш до сих пор нс мог привыкнуть к внезапному преображению Сэм. – Вы остаетесь для меня загадкой. Расскажите немного о себе.

Сэм, растерявшись, провела пальцем по бокалу.

– Мне особенно нечего рассказывать.

– А я думаю, что есть. Для начала расскажите, почему вы решили стать ветеринаром?

Сэм слизнула капельку вина с губ.

– Я выросла на ранчо, где очень много животных. Когда была меленькой, часто помогала Гейбу, нашему старшему ковбою, и смотрела, как он лечит скот. А потом решила научиться этому сама.

Она слизнула еще одну каплю вина, и Нэш почувствовал, как у него перехватило дыхание, и поспешил вернуться к беседе:

– Отец поддерживал ваш порыв?

– Отец? – Сэм громко хмыкнула. – Едва ли. Если бы он был жив, я никогда не стала бы ветеринаром. – Видя удивление Нэша, Сэм пояснила: – Папа не позволял нам поступать в колледж, категорически. Говорил, что любое образование мы можем получить здесь, в «Разбитом сердце». Как мы его только не уговаривали! Особенно Мередит, она хотела поступить в актерскую школу в Нью-Йорке. Все бесполезно. Если отец решил что-то, переубедить его было невозможно.

– Кажется, он был упрямым человеком.

– Да, упрямым во всем и всегда поступал по-своему.

Нэш смотрел на нее. Свечи освещали ее лицо. Как же она прекрасна! И почему он не замечал этого раньше? Но лучше не говорить этой девушке комплиментов, кажется, они ее смущают.

– Вам нравится такая работа? – поинтересовался Нэш.

– Очень, хотя у меня маленький бизнес.

– Где находится ваша клиника?

Сэм рассмеялась, отодвигая в сторону бокал.

– В моем грузовике.

Он изумленно поднял брови.

– Пока что не хочется иметь клинику. Правда, я отвела часть хозяйственной постройки для ветеринарных нужд. Моя практика ограничивается вызовами на фермы и ранчо. Если требуется рентген или операция, отсылаю клиентов в одну из ближайших клиник.

– Возможно, вам стоит организовать собственную клинику с предоставлением всего набора услуг? Это принесет большую прибыль.

– Может быть.

– Почему же вы не делаете этого?

Сэм пожала плечами и отпила вино.

– Не люблю проводить весь день взаперти. А чем занимаетесь вы? – сменила она тему. – Колби рассказывала, что вы унаследовали ранчо Риверсов от отца?

Нэш недоверчиво прищурился.

– Неужели это все, что она успела вам рассказать?

В ответ Сэм рассмеялась от души. Такой смех из ее уст Нэш слышал впервые. Он был насыщенным, но женственным и заставлял улыбаться.

– Не беспокойтесь, – заверила Сэм. – Она не открыла ваших семейных тайн, хотя мне показалось, что девочке хочется видеть вас в роли владельца ранчо, а не застройщика.

– Боюсь, так оно и есть. Дочку очень огорчает моя профессия.

– Я бы так не сказала, но знаю, что Колби не хочется уезжать с ранчо. Кажется, ей здесь нравится.

Он печально улыбнулся.

– Да. Она прожила здесь несколько лет. Но она ведь не знает, какой трудной может быть жизнь на ранчо.

– А вы знаете? – Сэм мгновенно пожалела, что задала вопрос. – Простите, – вспыхнула она, – я не собиралась вас обидеть.

– Не стоит извиняться. Кстати, мне многое известно о жизни владельцев ранчо. Я вырос на ранчо Риверсов.

Она не смогла скрыть удивление.

– Правда? А я приняла вас за городского щеголя. Не обижайтесь, – торопливо добавила она. – Но, видя вас сейчас, трудно предположить, что вы когда-то работали на ранчо.

Нэш оперся о столик, пряча улыбку.

– Верите или нет, я справлялся с любой работой, но выбрал иной путь.

Сэм откинулась на спинку стула.

– Ух ты, – только и смогла она сказать. – Кто бы мог подумать. – Она пристально смотрела на Нэша, пытаясь представить его в пыли, с поводьями в руках или клеймящим скот. Ничего не получалось. Она наклонилась к столу. – Почему бы вам не возродить ранчо, вместо того чтобы делить его и продавать по кускам? Уверяю вас, что на это не потребуется много времени. Пастбище нужно очистить от сорняков, но земля здесь очень хорошая. Конюшня и хозяйственные постройки нуждаются в ремонте, но можно нанять строителей. В данное время цены на скот упали, и было бы прекрасно...

Нэш остановил ее жестом руки.

– Не получится. Я сыт по горло сельской жизнью.

– Но...

– Знаю, вы говорите из добрых побуждений, – перебил он. – Но бесполезно убеждать меня вернуться к обязанностям владельца ранчо. Многие годы я видел, как дед и отец проливали здесь пот, жертвуя всем, включая здоровье, чтобы не потерять эту землю в трудные времена. До сих пор мне кажется, что истинной семьей отца была эта земля.