Лилиан Дарси - Незаконный наследник

— Прекрати! Пожалуйста, не говори больше ничего. Это!.. — Сюзанна встала, вытерла свои пальцы и подошла к окну. — Как же я сразу не догадалась, — шептала она. Вдруг она резко повернулась к Стефану и закричала: — Ты лгал мне! Ты использовал меня! Ты с самого начала знал, что увезешь Элис! Увезешь ее от меня. Ты решил сделать ее тем, кем она, по твоему мнению, должна быть! Ты хочешь увезти ее в страну, которую отвергли ее дедушка и мать!

— Потому что они не видели там будущего. Но сейчас будущее есть! И я не собираюсь забирать Элис у тебя. Видишь ли, я надеялся…

Но Сюзанна его не слушала:

— Раз доктор Фелдман ничего об этом не знает, значит, все произошло недавно…

Хотя это был не вопрос, Стефан ответил:

— Ты права. Последние изменения в конституцию были внесены всего за пару дней до моего отъезда. Первого января следующего года новые законы вступят в силу.

— То есть, если бы народ не избрал тебя, ты бы не приехал за Элис?

— Приехал бы.

— Зачем?! Она бы тебе тогда не понадобилась!

— Я бы все равно приехал, — терпеливо произнес Стефан.

— Зачем?

— Чтобы увидеть ее. Чтобы отправить маленькую розовую бутылочку маме.

— Не надо! — закричала Сюзанна, будто он ударил ее. — Именно тогда впервые я подумала… — Она запнулась и начала снова: — Только из-за этого я и начала доверять тебе! Не думай, что ты так быстро запудрил мне мозги! Я знала — за твоим приездом скрывается что-то большее! Но когда ты заговорил о чувствах своей матери, я решила, что никто не станет шутить такими вещами. Или это тоже было частью стратегии?

— Нет. Я не лгал тебе в тот момент.

— Но ты обманул меня в другом! Ты использовал меня!

Сюзанна не могла поверить в то, что происходит. Она отдалась мужчине душой и сердцем, а он предал ее. Может, если бы между ними ничего не произошло, ей не было бы так обидно за себя и Элис.

— Я… я знала, здесь что-то не так, — сказала она, непроизвольно сжимая кулаки. — Мне сразу показалось, что ты что-то скрываешь, просчитываешь. Но потом… я потеряла осторожность.

Из-за их взаимной симпатии друг к другу? Или она была не взаимной и Стефан лишь притворялся, чтобы добиться своей цели?

Теперь Сюзанна сомневалась во всем. Он на семь лет старше и более опытен. Он способен изобразить любую эмоцию, разыграть целый спектакль. Мужчине не обязательно чувствовать что-то к женщине, чтобы заниматься с ней любовью. Он мог играть с ней, надеясь, что она растает, как воск, в его руках.

И да, она была, как воск! Горячая, податливая! Она таяла, как свеча от пламени.

— Я не хотел, чтобы ты так отреагировала, Сюзанна, — сказал Стефан.

— Конечно, ты не хотел! Ты бы предпочел услышать: «Да, милый, конечно, дорогой, я сделаю все, что ты пожелаешь. Теперь, когда ты осчастливил меня, я с радостью отдам тебе Элис». Если мне повезет, ты, может быть, даже разрешишь навещать ее. Если только я не нарушу какого-нибудь правила этикета вашей страны. Я не хочу этого для малышки! Это еще хуже, чем план мамы и Перри. Но ты ошибался, решив, что я так легко тебе ее отдам!

Сюзанна вылетела из комнаты, и ей было плевать, последует он за ней или нет.

— Что ты делаешь? — обеспокоенно спросил Стефан. — Не уходи. Все не так, как ты думаешь.

— Я собираюсь к Элис в больницу, — заявила Сюзанна. — И мне жаль, что я не была у нее сегодня. Меня тошнит от мысли, что я провела этот день с тобой, а не с ней.

И она хлопнула дверью. По дороге Сюзанна вспомнила, что у нее нет ключей, но ей было все равно. Она не вернется в эту квартиру. Никогда. В ее кошельке достаточно денег на такси, и это самое важное. Увидать Элис — вот что нужно было Сюзанне, как воздух.

Ей показалось, что мир снова встал с головы на ноги, после того, как пару дней назад перевернулся. Она снова твердо стояла на земле.

Вбежав в больницу, она наткнулась на медсестру, которая работала по выходным.

— Сюзанна! — воскликнула Барбара. — Я боялась, что не увижу тебя сегодня.

— Боялась? Почему? Что с…

— Успокойся, девочка. С Элис все нормально. Твоя мама держала ее на руках и недавно ушла.

— Надеюсь, она не навредила ребенку, — сказала на ходу Сюзанна.

— Дорогая, нет, у нас, наоборот, замечательные новости. Именно поэтому я рада тебя видеть именно сегодня. Элис поправилась на сто десять граммов за последние десять дней. И приступы удушья стали возникать значительно реже.

— Это замечательно!

— Сегодня приходил доктор Льюис и разрешил снять с малышки маску. Теперь мы только изредка будем подключать ее к мониторам, чтобы постепенно приучить к самостоятельному дыханию. Сосательный рефлекс развит прекрасно.

— О господи, не могу поверить! Это замечательно! И я такое пропустила! — У Сюзанны ноги подкашивались от волнения.

— Это значит, что ты можешь держать ее на руках сколько захочешь, без всяких ограничений.

— Правда? — со слезами на глазах переспросила Сюзанна. Ей казалось, что это какой-то волшебный подарок. — Я правда могу взять ее и обнять? А покормить?

— Перестань болтать и скорее принимайся за дело.

— О! Это слишком хорошо, чтобы быть правдой!

Сюзанна подошла к кроватке Элис и улыбнулась. Весь следующий час малышка спокойно проспала на ее руках.

— Я уверена, ты будешь красавицей! — шептала ей Сюзанна.

Моей красавицей.

Не маминой кредиткой и не политическим оружием.

Моей красавицей. Моей деткой.

Она осторожно поцеловала Элис в лоб и почувствовала сладкий детский запах.

Но даже это счастье не могло перекрыть ту боль, что причинил ей Стефан. Она не могла поверить, что вышла замуж за этого человека. Однако, к сожалению, это был не сон, а суровая реальность.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

— Соедините меня с отделением для новорожденных, пожалуйста, — сказал Стефан в телефонную трубку.

— Соединяю…

В телефоне что-то щелкнуло, и ему ответил далекий женский голос.

— Это Стефан Серкин-Римски, — представился он.

— Простите?

— Моя племянница, Элис Римски, ваша пациентка. — Стефан нетерпеливо провел рукой по волосам. — Я просто хочу проверить, приехала ли Сюзанна.

— Да, она здесь. Хотите, чтобы я позвала ее к телефону?

— Не нужно, спасибо. Я всего лишь хотел удостовериться. — Стефан волновался, как Сюзанна доберется до больницы в это время суток.

Положив трубку, он почувствовал себя опустошенным. У него не было не единой идеи о том, что ему делать дальше.

Стефан прокручивал в голове ситуацию и гадал, мог ли он все сделать так, чтобы не вызвать в Сюзанне столько негативных — но правильных ли? — эмоций. Наверное, нет. Если бы он объяснился с ней с самого начала, то она ни за что не вышла бы за него замуж.