Развод. Игра на выживание - Лина Коваль

идеально уложенные волосы. — Пойдем-ка.

Хватает за руку и тянет в санузел.

— Раздевайся, — указывает, когда мы заходим внутрь.

Неуверенно смотрю на неё и обнимаю себя за плечи.

— Раздевайся, говорю. Что я там не видела?! Мы с пятого класса в бассейн вместе ходили.

После недолгих раздумий снимаю майку и скидываю спортивные штаны.

— Давай-давай, — приговаривает, разместив руки на груди, и давит смешок. — У тебя же нет Светкиной жопы, че тебе стесняться.

— Вера, блин, — одергиваю её, стыдливо закатывая глаза.

Заторможенно избавляюсь от белья.

— Пздц, подруга, — шипит Вера, увидев расчесанные в кровь бедра и следы на груди. — Че ты там трешь, объясни мне?

— Не знаю, — опускаю голову, разглядывая этот ужас. — Все время желание помыться. Будто песка сверху присыпали.

Она обхватывает мои плечи и разворачивает к зеркалу, в которое я боялась посмотреть все эти дни.

Поднимаю глаза.

Боже. Это кто вообще?

На кого я похожа?!

По сравнению с сияющей красотой Веры я напоминаю унылый серый гриб. Тусклая кожа и такие же бесцветные волосы, по-быстрому забранные в шишку на макушке. Ямочки на ключицах стали еще отчетливее.

— Он… трогал тебя? — прямо спрашивает, глядя в глаза через отражение.

Вздрагиваю от неожиданности вопроса.

— Только через платье, — нервно отвечаю.

Подруга кивает и еще раз окидывает взглядом безобразные ссадины.

— Где сейчас это платье?

— В пакете. В чемодане, кажется.

— Посмотри на себя, — кивает на мое тело. — Нет никакого песка. Ты чистая, Яна.

Крепко-накрепко обнимает сзади и размещает подбородок на моем плече.

— Чистенькая моя девочка, — произносит так нежно, что тело начинает содрогаться в конвульсиях, из глаз выходят первые долгожданные слезы, а изо рта булькают нечленораздельные звуки.

Мне так нужно было, чтобы хоть кто-то это сказал!

Просто поддержал, а не смотрел, словно я хрустальная ваза.

Истерические рыдания длятся какое-то время, а позже превращаются в редкие всхлипы.

— Всё такая же, — продолжает Вера, когда я более-менее успокаиваюсь. — Чистая. Красивая. Завтра же запишемся в салон. Мы всё забудем, Ян. Всё переживём, моя хорошая. Так ведь?

Лихорадочно киваю, обдувая раскрасневшееся лицо. Я должна забыть. Пережить как-то кошмар той ночи.

— Пошли отсюда скорее, — подруга тянет меня за собой. Подхватывает вещи с пола.

В палате помогает одеться в чистую одежду, скидывает оставшиеся вещи из тумбочки в чемодан и выводит за руку в коридор.

На стойке у администратора подписываю все необходимые документы, и мы наконец-то выбираемся на улицу.

Господи, здесь хорошо!

Как следует затягиваюсь вкусным, свежим воздухом. Щурюсь от палящего солнца и поднимаю глаза к небу. Оно синее, практически чистое, с легкими невесомыми облаками и белой длинной полосой, по всей видимости, от самолета.

— Пойдем на парковку, — тянет Вера за руку. — Заедем еще в одно место.

— Куда?

— Стойте, — звучит взволнованный женский голос сзади.

Резко разворачиваюсь и вижу, что к нам бежит девушка лет двадцати пяти. У нее яркие красные волосы, черная одежда и большая цветастая сумка в стиле бохо.

— Вы ведь Яна Альбертовна Соболева? — спрашивает, разглядывая моё испуганное лицо.

Вера тут же ступает вперед, словно заслоняя и грубо узнаёт:

— В чем дело?

— Мне срочно нужно с вами поговорить, — отвечает девушка нервно.

— О чем? — спрашиваю непонимающе. — Я вас не знаю.

Девушка озирается и указывает на лавочку.

— Давайте присядем.

— Нам некогда, — осекает Вера.

— Пожалуйста, — улыбается та. — Меня зовут Каролина Никифорова. Я блогер и фем-активистка, плотно занимаюсь проблемами насилия и сексуализированных действий по отношению к женщинам.

— Фем-активистка, — Вера медленно произносит. — В смысле, феминистка, что ли?

— Да.

— Обожаю феминизм и все, что с ним связано, — произносит подруга, а я чуть улыбаюсь.

Вера такая Вера.

Прямая как палка. Все, что думает — тут же говорит.

— Как вы обо мне узнали? — немного переживаю.

— У меня есть связи в Следственном комитете, там выяснила, как вас зовут. А как адрес клиники нашла… не спрашивайте. Я обещала молчать. Мне очень нужна ваша помощь, Яна.

— Какая?

— Я провожу расследование о нападении на женщин, в частности, в такси. Знаю, что человека, который на вас напал, так и не нашли. Это правда?!

— Если у вас есть связи в СК, вы должны быть в курсе, — подозрительно произносит Вера, я же просто киваю. Когда папа до меня добрался, машины этого урода уже и след простыл.

— Яна, я молю вас о помощи. У меня небольшой кризисный центр для женщин, а также я записываю подкаст на одном из городских порталов. Он называется «Сама виновата». Многие обращаются именно с вашей проблемой. Расскажите, пожалуйста, как всё было? Быть может, ваша ситуация поможет кому-то избежать более страшной трагедии.

— Я… не знаю, — задумываюсь.

Еще раз всё это пройти?

— Яна, — продолжает уговаривать девушка. — Вы знаете, по какой причине женщина в наше время вызывает такси?!

— Чтобы доехать до места назначения, наверное, — пожимаю плечами.

Странный вопрос.

— Не только. Мы вызываем такси, чтобы довезти тяжелые сумки или когда не работает метро. Когда находимся не в состоянии самостоятельно передвигаться, и на дворе темное время суток. Когда не совсем трезвы после корпоратива или дня рождения подруги. Такое тоже бывает. А почему мы это делаем?! Чтобы получить комфорт и безопасность, — Каролина активно жестикулирует. — Безопасность, понимаете?!

Киваю.

— Вместо этого всё чаще происходят такие случаи, как с вами. Вы сильная девушка, справились с нападавшим, но все реагируют на стресс по-разному. Одна из моих подопечных не смогла даже пикнуть, просто молча терпела домогательства.

— Я в любом случае сейчас не готова разговаривать об этом, — возражаю.

— Конечно-конечно, — кивает девушка и ныряет в свою огромную смешную сумку. — Я оставлю вам визитку. Позвоните, пожалуйста, как только будете готовы.

— Хорошо.

Вера выхватывает визитку, и мы прощаемся с Каролиной.

Усаживаемся в Опель подруги, выезжаем с парковки.

После встречи как-то обе затихаем.

Наверное, каждая думает о своем…

— Куда мы едем? — спрашиваю озираясь.

— В одно место. Потерпи, — загадочно отвечает Вера.

Голову немного ведет после двухнедельного заточения. Возможно, из-за свежего воздуха. Или вообще оттого, насколько чудовищно за последний месяц моя жизнь трансформировалась.

Отмечая десятилетие свадьбы, я даже представить не могла, какой крутой поворот меня ждет впереди. А что будет дальше?!

Глаза снова жжет от непролитых слез.

— Как ты смогла его отпустить? — тихо спрашиваю, когда мы останавливаемся на светофоре.

Вера резко поворачивается и в ее глазах всего на секунду я вижу отражение себя. Боль и отчаяние.

— Кого?

Хитрит. Она прекрасно знает.

— Адриана.

— Он ведь сам улетел, — хрипло произносит. — Сложно не отпустить того, кто от тебя убегает.

— Он отправил тебе билет на самолёт, — напоминаю.

Вера опускает глаза и еще больше грустнеет.

— Прости, что бережу