Джоуи Лайт - Двое на берегу

— Это хорошая работа и, могу добавить, высокооплачиваемая. Я знаю свое дело. У меня есть возможность путешествовать И видеть то, что я, может, никогда бы И не увидела — Стерлинг постаралась побыстрее сменить тему. — Лучше ты расскажи, что значит быть полицейским. Наверное, это захватывающая профессия, но, по-видимому, непростая и оплачивается не так уж высоко, если учесть, что полицейский постоянно подвергается опасности.

Она почувствовала, как пальцы Джо вначале напряглись, затем расслабились. Он заговорил:

Я не встречал человека, который ради денег пошел бы работать в полицию. Или в армию. Правда, среди полицейских есть и мерзавцы, которые идут ради возможности убивать. А в общем все просто. Тебя обучают и ты выполняешь свою работу.

Да, но свою работу ты выбираешь сам. И наверное, по зову сердца. С точки зрения холодного рассудка такое решение просто неразумно.

Кто-то должен делать это. Кто готовит гамбургеры, а кто вывозит мусор. Одни возглавляют огромные корпорации, другие печатают письма. Так сохраняется всеобщее равновесие в мире.

Она раньше почему-то никогда не думала об этом. Джо прав.

А у тебя бывали минуты, когда хотелось бы готовить гамбургеры?

Нет. Наверное, для этого я слишком беспокойный человек. Я хорошо знаю свое дело. Странно, но… как-то во время войны я понял одну вещь. — Джо замолчал, а Стерлинг затаила дыхание, боясь прервать его. — Если ты совершенно спокоен, то относишься к работе полицейского именно как к работе. А если взбешен, то тебе хочется причинить кому-то боль. Если тебе страшно, ты вынужден убивать. Во Вьетнаме мне часто бывало страшно. Поэтому я смог стать хорошим солдатом. Но и за время службы в полиции мне доводилось испытывать страх.

Стерлинг сжала его руку.

— Джо, это бывает с тобой и сейчас?

Она ощутила, что ему хочется встать и уйти , но тогда этот разговор остался бы незаконченным.

— Джо.

— Да, мне страшно. Я зол, потрясен, растерян. Я ни на что не гожусь. Со мной впервые случилось то, что я не могу исправить, с чем не могу ничего поделать. И не знаю, как мне теперь жить.

— А что бы сделал Рэд на твоем месте? — Стерлинг лежала, крепко сжав веки. Если она их откроет, то слез ей не удержать…

— Не знаю. — Джо на минуту задумался. — Рэд был совсем другим. Он постоянно веселился, шутил. Я и сам никогда не относился к делам серьезнее, чем они того стоили, но Рэд… в нем была какая-то легкость. Если у меня возникает проблема, я заранее готовлюсь принять вызов. А Рэд начинал беспокоиться только тогда, когда это было неизбежно.

— Вы хорошо дополняли друг друга.

Джо поднялся и стал доставать продукты из корзины.

— Боюсь, что ты заподозришь меня в попытке уморить тебя голодом.

Стерлинг беззаботно рассмеялась.

— Ты угадал. Мне так нравится, когда ты шутишь. — Она прищурилась, прикрывая ладонью глаза от солнца.

Джо покачал головой. Всего минуту назад эта женщина так серьезно и участливо слушала его. Она постоянно удивляла его. Постоянно.

Глава 8

— Кроме того, — продолжал Джо, я привел тебя сюда с определенной цельно Я хочу наконец узнать правду… — Он разложил по тарелкам завернутые в фольгу сандвичи и вытащил из корзины пакет чипсов. — Но пока я не задаю тебе прямых вопросов, кроме одного: будешь есть или так и собираешься лежать, вызывая у меня искушение тебя поцеловать?

Стерлинг не шевельнулась. Затем легкая улыбка тронула ее губы.

— Ты купил бугиборд для того, чтобы заманить меня сюда и допросить? Вот что значит полицейский. — Она села. — Я еще не встречала таких недоверчивых людей, как ты, Джо. Ты веришь мне, то нет. А тебе никогда не приходило в голову, что ты можешь ошибаться?

Джо откупорил бутылку вина.

Я никогда не ошибаюсь.

Стерлинг протянула ему стаканы.

Еще как ошибаешься. Знаешь, раненые слоны ищут укромное место, чтобы тихо умереть. Если ты поселился здесь с той же целью, то это и есть твоя ошибка. Но я помогу тебе ее исправить.

Джо наполнил стаканы.

— Я не нуждаюсь ни в чьей помощи. Никакая трещотка вроде тебя не сможет мне помешать делать то, что я хочу.

— Не заводись, Джо. Я ведь не вызываю тебя на рукопашный бой. Кроме того, заточение, как мне кажется, не соответствует твоему характеру. Наверное, тебе просто нужно выждать время.

— Вот как? Оказывается, все так просто. Теперь я все понял, получил ответы на все вопросы. — Его раздражение возрастало. Но Стерлинг не сдавалась.

— Ты — слишком яркая личность, чтобы прозябать всю оставшуюся жизнь. Я не допущу этого, Джо. — Она с обезоруживающей рыбкой протянула свой стакан. — Выпьем за дружбу.

Джо на какое-то мгновение поколебался, задумавшись. Он в жизни не стремился заводить много друзей. У него был один друг, настоящий, которого теперь нет…

Джо поднял свой стакан и чокнулся со Стерлинг.

После неторопливого обеда они опять пошли в воду, устроились вдвоем на доске и болтали обо всем и ни о чем. Стерлинг даже удалось несколько раз рассмешить его.

— У тебя кожа покраснела, — заметил Джо.

Стерлинг провела пальцами по плечу и поморщилась.

Мы оба обгорели. Наверное, пора уходить.

Пожалуй. А как насчет фильма, который ты как-то предлагала посмотреть?

— Тот дурацкий фильм про любовь?

Джо кивнул.

— Давай посмотрим. Вечером будет прохладнее, поджарим попкорн и будем бездельничать.

Стерлинг оживилась.

— Скоро начнутся частые грозы. Может нам на это время стоит запастись видеокассетами и едой? — И несколько другим тоном не без лукавства, она продолжила: — Кажется, ты переменил тактику. Хочешь своей сговорчивостью добиться того, чтобы я растаяла и призналась тебе, что я — репортер из желтой газетенки, но писать о тебе не буду. Или шпионка из твоего отдела расследований, которая теперь может дать тебе только самую лестную характеристику. Добрым отношением ты многого можешь добиться.

Стерлинг придвинулась к нему и коснулась губами его рта. Сегодня он, можно сказать впервые использовал в разговоре с ней сложные предложения. Она отметила, что Джо начинает думать не только о покойном Рэде. Он кажется, вспомнил, что сам живет и дышит среди других людей.

— А агрессивностью тоже можно чего-то побиться? — насмешливо спросил Джо.

— Попробуй, — с вызывающей улыбкой отозвалась она.

Джо положил руку ей на затылок и притянул к себе ее лицо. Это было так же, как в тот раз. По тропически жарко. Страстно. На своих губах она почувствовала вкус соли с легким привкусом вина. Его жесткие, неулыбающиеся губы словно играли с ее губами. Стерлинг отвечала на его поцелуи. Оттого что их почти обнаженные тела соприкасались, по телу Стерлинг разлился жар. Ей хотелось, чтобы это продолжалось бесконечно, чтобы всегда так же шумели волны и так же стремительно носились над ними чайки…