Лайза Хелл - 24 часа без любви

— Пригодятся? Если у меня есть право их сохранить.

— Почему же у вас нет такого права?

— Возможно, мой дядя будет против, — предположила Ямина. Дядя Генри разрешил ей пойти в казино и даже предлагал деньги, но он и предположить не мог, что она почти сорвет банк. — Я не знаю, какие предписания на корабле, — вслух размышляла Ямина. — Может, служащим запрещено играть. — Она остановилась у поручня и бросила на Люка скептический взгляд.

— Вы вовсе не служащая, вы только помогаете, — пытался уговорить ее Люк. — И спокойно можете оставить деньги себе. — Зажатый под мышкой конверт порядком надоел ему. — Давайте отнесем деньги в вашу каюту, прежде чем пойдем что-нибудь выпить. — Втайне Люк надеялся, что наконец-то настанет долгожданный момент и они останутся дни.

Ямина же была рада, что в тени не видно ее лица. Горевшая в глазах страсть выдала бы ее тайные желания.

— Да, конечно, — ответила она, поднимаясь впереди Люка по лестнице.

Профессор Лабонн искал Ямину повсюду. Заглянул он и в казино, где услышал об удивительном везении молодой блондинки, которая была в сопровождении темноволосого спутника. По описанию он сразу понял, что это Ямина и Люк Симмпсен. Несколько минут тому назад они покинули казино. Большие чаевые помогли профессору Лабонну узнать номер каюты Ямины. Он вскарабкался на верхнюю палубу, чтобы, укрывшись в темной нише недалеко от каюты капитана Андерсона, подождать Ямину. Вдруг ему улыбнется счастье, и она будет одна. Придет же Ямина когда-нибудь! Может быть, теплая тропическая ночь разбудит в ней нежные чувства.

Ему не пришлось долго ждать. Однако Ямина была не одна. Ее сопровождал Люк Симмпсен. Они остановились совсем близко от него. Профессор углубился в нишу.

— Ничего на свете я не ждал так страстно, как этого мига! — прошептал Люк.

Ямина прильнула головой к его плечу. Она явно наслаждалась объятиями. Профессор Лабонн разозлился. Почему девушка предпочла этого американца, ведь всем известно, что французы лучшие в мире любовники. Он кашлянул и вышел из укрытия.

Люк и Ямина испуганно отпрянули друг от друга.

Узнав профессора, Ямина хотела подойти поздороваться, но Люк рассвирепел не на шутку. Он схватил профессора и стал трясти.

— От вас нигде не скроешься, шут вы этакий! — рассерженно твердил он. — До вас не доходит, что вы мешаете? Оставьте Ямину в покое раз и навсегда.

Профессор Лабонн начал громко кричать.

— Ради Бога, он же нажалуется на вас дяде Генри, — тихо просила Ямина, пытаясь разнять их.

— Пусть жалуется, — шипел Люк. — Я совсем не прочь выкинуть его за борт.

— Ну хватит! — Ямина энергично оттащила Люка в сторону и стала успокаивать профессора: — Дорогой месье Лабонн, я…

— Дорогой месье Лабонн, — кричал возмущенно Люк. — Вы называете этого навязчивого типа вашим дорогим месье Лабонном?

— Мой дорогой профессор. — Ямина не давала вывести себя из равновесия. — Забудьте этот незначительный инцидент, я очень прошу вас!

— Я сделаю все для вас, — произнес француз. — Но для этого субъекта абсолютно ничего! — С этими словами он быстро удалился прочь.

— Он испортит нам жизнь! — с горечью прошептала Ямина.

— Пусть! — засмеялся Люк и привлек ее к себе. — Самое главное — он убрался!

Она начала дрожать в его объятиях и не могла понять, от страха это или от возбуждения.

— Мне нужно что-нибудь выпить, — промолвила Ямина.

— В моей каюте. — Люк заботливо повел ее мимо каюты дяди Генри. — У меня холодильник набит шампанским.

Однако шампанским Ямина смогла насладиться лишь за полночь. Как только они оказались в каюте, Люк потерял власть над собой. Он заключил Ямину в объятия и начал осыпать ее лицо поцелуями.

— Пожалуйста, любимая, — шептал он снова и снова, — поцелуй меня, я так стремлюсь к тебе, так хочу ощущать твою близость, прикосновенье твоей кожи, я без ума от тебя!

— Люк, — Ямина смеялась от счастья, — у нас достаточно времени!

— У меня больше нет ни секунды. — Он взял ее на руки и понес в спальню. Опустил на кровать и начал торопливо раздевать. Красный бант полетел в одну сторону, туфли — в другую. — Если ты… — стонал Люк, прижимаясь лицом к ее плечам и вдыхая аромат ее тела. — Я умру от желания!

Ямина помогла ему расстегнуть молнию на платье, так как в нетерпении он начал срывать его.

— Дорогой, не торопись, — тихо уговаривала она Люка. — Мы одни, и все время наше.

Свет лампы, стоявшей рядом с кроватью, отражался в его зеленых глазах, когда он склонился над ней, расстегивая бюстгальтер.

— Ты прекрасна, — шептал Люк, возбуждаясь. — Я так сильно хочу тебя, знаешь, ты отняла у меня разум.

— Нет, — улыбалась она.

— Да, да, да. — Его губы нежно касались ее груди.

— Ты у меня тоже, — простонала Ямина, когда его губы коснулись сосков. — Ты тоже!

Она была почти нагая, и Люк любовался ею.

— Скажи, что все это правда. — Он так сильно обнял девушку, что она едва перевела дыхание. — Скажи, что это не сон, что ты хочешь быть моей, что ты любишь меня, — умолял Люк.

— Я люблю тебя, я сгораю от желания, я хочу быть твоей, — шептала она.

— О, как я люблю тебя, ты околдовала меня с первого взгляда, — бормотал он ей на ухо. — В Вашингтоне ты стояла, как сказочная принцесса, и я уже тогда знал, что ты должна быть моей, что я буду любить тебя.

— Ты дурачок, — вздыхала Ямина. — Романтик, сумасшедший, сентиментальный чудак.

— О нет, — говорил он, нежно целуя ее груди, плечи, бедра. — Я жесткий, неумолимый, холодный бизнесмен.

И хотя тело Ямины было напряжено и она вздрагивала в его объятиях, эти слова заставили ее рассмеяться.

— Холодный? Ты романтичный, чувствительный, и это мне нравится. Не пытайся обмануть меня.

— Подожди, пока не узнаешь меня поближе. — Его поцелуи становились более страстными.

— Надеюсь узнать тебя так близко, как никакого другого мужчину на свете. — Она всем телом прижалась к нему.

Больше они не могли говорить и отдали себя во власть своим желаниям. Ее тело горело от его поцелуев. Его нежность разбудила доселе неведомые ей чувства, которые Ямина хотела дарить лишь ему одному. В ней бушевали страсть и бешеное желание, нежность и готовность отдаться только Люку, разбудившему эти дремавшие в ней сокровенные чувства. Она ждала его всю свою жизнь, Люк был ее счастьем и ее судьбой.

Он снял с нее трусики, и Ямина, нагая, лежала рядом с ним. Его руки гладили ее бедра, нежно раздвигая колени.

— Раздевайся, — шептала она, — я жду тебя. Иди ко мне!

Люк заключил ее в объятия, она подалась ему навстречу и обхватила руками за шею. — Пожалуйста, — молила Ямина, — сейчас, я больше не выдержу! — У нее перехватило дыханье, когда он вошел в нее. Ни с одним мужчиной Ямина не чувствовала себя столь раскованно. Какая-то неистовая сила, поднимавшаяся из глубин, заставила ее взлететь, а после, тихо вскрикнув, она буквально растворилась в Люке. Люк застонал и, содрогаясь, вжался в ее тело.