Рэчел Стайгер - Демон соблазна

Флорри не смогла скрыть своего облегчения, когда дверь распахнулась, едва она нажала на кнопку звонка.

— Привет, Флорри, — весело поздоровался Энтони и вдруг нахмурился. — Что случилось?

Неужели ее расстройство так заметно?

— Машина не заводится, — выпалила она. — А...

— Во сколько поезд? — лаконично спросил он.

— В девять тридцать пять.

— Понял. Пошел за ключами.

Не успела она сказать «спасибо», как Энтони исчез в коридоре и несколько секунд спустя появился с ключами от машины.

Если бы они поменялись ролями, сумела бы она действовать так же быстро и решительно? Флорри думала об этом, пока он отпирал дверь гаража, где стоял серебристый красавец. Энтони понял все с первого взгляда, не мешкал и не задавал лишних вопросов.

Уверенный в себе, высокий, поджарый мужчина сел рядом. Она мельком посмотрела на сильный, резко очерченный профиль и поняла, что ни секунды не сомневалась в его помощи.

Когда мощная машина выехала в переулок, она заметила, что Энтони бросил любопытный взгляд на ее автомобиль, застывший неподалеку от дома, и предупредила неизбежный вопрос. Нечего кривить душой, со вздохом решила она.

— Я забыла заправиться. — Бензина оказалось так мало, что его не хватило бы на дорогу в шесть миль, отделявших деревню от ближайшей автозаправки.

Флорри не удивилась, когда Энтони скорчил недоуменную гримасу. Она не поверила собственным глазам, посмотрев утром на указатель. Надо было заполнить бак в понедельник, по пути на побережье. То, что она не сделала этого и даже не заметила, что горючего едва хватило на обратную дорогу, говорило о многом. Подобная непростительная забывчивость совершенно не в ее характере.

— Я куплю канистру бензина на обратном пути со станции, — непринужденно сказал Энтони.

— Спасибо, — вежливо ответила Флорри. Неужели это все? Неужели он не скажет, что все женщины — горе-водители?

Она уселась поудобнее, стала смотреть в окно на пролетавшие мимо поля и понемногу успокоилась. Ну и ладно, опоздала так опоздала. В конце концов, это не вопрос жизни и смерти, философски подумала Флорри.

— Вы не скучаете по Лондону? — небрежно спросил Энтони, осторожно и искусно объезжая стадо коров, медленно шедших на пастбище после дойки.

— Я боялась этого, — ответила Флорри. — Но нет, не скучаю. — Она высунулась из машины, подставив голову легкому теплому ветерку. — Особенно в такую погоду, как сегодня, — весело добавила она.

— В такую погоду хочется бродить по холмам Пербек, а не пробиваться сквозь толпу на переполненных улицах, верно? — пробормотал Гриффитс, не сводя глаз с дороги и выезжая на шоссе с более оживленным движением.

— Угу, — согласилась Флорри, пораженная тем, какие образы вызвали у нее эти невинные слова. Они с Энтони рука об руку гуляют по холмам Стадленда... О Боже, неужели она никогда не повзрослеет?

— Или кататься на лошадях в Новом лесу, — решительно сказала она, заставив Энтони удивленно приподнять брови.

— Я думал...

— В теории мысль скакать иноходью на верном коне мне по душе, но на практике я их боюсь, — с улыбкой проговорила она. Тут Энтони свернул к станции, и она взяла жакет и сумку.

До поезда оставалось еще пять минут. Уф, успели!

— Спасибо, — благодарно сказала она, берясь за ручку дверцы.

— Каким поездом вы собираетесь вернуться?

Она хотела провести день с матерью и вернуться не слишком поздно.

— Восемнадцать сорок с вокзала Ватерлоо, — сказала Флорри, выбираясь наружу. — Но я возьму такси, — решительно бросила она и поспешила на станцию.

Оказавшись на перроне, она нахмурилась. Если так, то зачем было называть время отправления поезда?

— Сообщи мне сразу же, как только получишь ответ, и приезжай на ближайший уикэнд, хорошо детка?

— Обязательно, — пообещала Флорри, тепло улыбаясь матери.

Держа в руках полные сумки — результат совместного похода по магазинам, они прошли по платформе и остановились у полупустого вагона.

— Нас с отцом беспокоит, что ты живешь там совершенно одна.

— Мама, мне двадцать семь лет, — мягко сказала Флорри.

— Там же страшная глушь!

— До деревни всего пятнадцать минут ходьбы.

— И все же было бы неплохо, если бы по соседству кто-нибудь жил.

— А там уже живут, — небрежно ответила Флорри.

— Неужели дом Свенсона наконец купили? Ох, как я рада! Мы с отцом ужасно переживали, что ты живешь рядом с пустующим домом.

Флорри скрыла улыбку. Ее досада на мать умерялась любовью.

— Симпатичные люди?

— Очень приятные. Двое маленьких детей, — решительно ответила Флорри.

— Ах, так это семья? — Мать радостно улыбнулась. — Береги себя, солнышко.

— Ты тоже, мама. Передай привет папе.

Флорри обняла мать и села в вагон, чувствуя легкую вину оттого, что не захотела рассказать о новых соседях и даже не упомянула имени Энтони. Она села у окна, поставила сумку рядом с собой и слегка поморщилась. Приятные люди? Не то слово. Когда она думала об Энтони Гриффитсе, ей на ум приходили совсем другие слова. А думать о нем в последнее время вошло у нее в привычку.

Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. О Господи, хоть бы ее сегодняшнее собеседование оказалось удачным!

Она увидела его сразу, как только поезд затормозил у платформы. Энтони стоял у билетной кассы. На нем были черные брюки, белая крахмальная рубашка с шелковым галстуком и безукоризненно сшитый темный пиджак, прекрасно сидевший на широких плечах. Он выглядел умопомрачительно.

Флорри вышла на перрон и затаила дыхание; Энтони широко улыбнулся, шагнул навстречу, и у нее едва не подкосились ноги.

— Такси, мэм? — протянул он, подойдя поближе.

Она чувствовала себя неуклюжей, как школьница, и не смогла придумать ничего лучшего, чем спросить:

— А где близнецы?

— Отправились ночевать к дедушке с бабушкой, — непринужденно объяснил Гриффитс, приноравливаясь к ее походке. — Завтра мои родители улетают в Канаду и пару недель не увидят мальчиков. — Он улыбнулся. — Можно не сомневаться, что сегодня вечером мама искупит этот грех, набаловав их до потери сознания.

Флорри улыбнулась в ответ, как зачарованная глядя ему в глаза. Оказывается, они меняют цвет. Когда Энтони смеется, они становятся еще более яркими. О Боже... Она забыла сумку в поезде! Огоньки последнего вагона быстро исчезали вдали.

— Как прошло собеседование? — спросил Энтони, когда они дошли до автостоянки.

— Нормально, — рассеянно ответила Флорри. Завтра с утра надо будет позвонить в бюро забытых вещей. Тем более что в сумке нет ничего, кроме пары маек, приобретенных на распродаже; к счастью, страшно дорогому жакету, понравившемуся ей с первого взгляда и купленному по настоянию матери, потребовалась небольшая переделка, после которой его должны прислать по почте.