Кристина Холлис - Загадка замка Тициано

— Может быть, лучше я сяду за руль, Антонио?

— Сейчас не время для неторопливой английской езды. И кстати, мы будем говорить по-итальянски всю дорогу до Флоренции, графиня. Только когда я буду уверен, что ты в достаточной степени владеешь языком, я позволю тебе одной заниматься делами.

Рисса залезла в машину, продемонстрировав Антонио свои длинные ноги. Чтобы отвлечься от неподобающих мыслей, мужчина быстро сел на водительское сиденье и засыпал спутницу вопросами на итальянском.

К тому времени как они наконец доехали до города, Рисса уже устала отвечать на расспросы. Антонио остановился и одним движением припарковал машину.

— В чем дело, графиня? — поинтересовался он, заметив, как она побледнела. — На тебе лица нет. Если волнуешься, что не сможешь уладить свои дела в магазинах, не переживай. Я пойду с тобой.

— Разве я так плохо говорю? Ливия считает, что мой итальянский с каждым днем становится все лучше и лучше.

— Да, ты говоришь вполне… — Антонио замялся в поисках нужного слова, — бегло. Но все же ты не итальянка. Если я буду договариваться, то выручу куда больше денег, чем ты когда-либо смогла бы, поверь мне.

— Уверен?

Антонио хлопнул по рулю автомобиля и склонился к ней.

— Думаешь, я заплатил полную цену за свой феррари»? Нет. — Он усмехнулся и, выйдя из машины, открыл перед Риссой пассажирскую дверцу. — Поэтому позволь мне договориться за тебя, графиня.

Два часа спустя Антонио под руку с Риссой вышел из магазина.

— Пятьдесят тысяч евро! — не веря собственному счастью, воскликнула девушка.

— Не надо кричать на улице, графиня. — Антонио приложил палец к ее губам.

— Этой суммы хватит на… — она мысленно считала, что можно сделать на вырученные деньги, — в общем, этого достаточно, чтобы продолжить работу в замке и отослать немного дяде и тете.

— У тебя есть долги в Англии?

— Да, я им задолжала.

— Сколько?

— Речь идет не о конкретной сумме. Это долг чести. Как итальянец, ты должен понять, что я имею в виду.

С минуту Антонио молча разглядывал Риссу. Ее признание совсем не вязалась у него с образом девушки, которая могла выйти замуж за представителя семьи Альфере. Антонио привык думать, что хорошо разбирается в людях, но теперь ему вдруг показалось, что он поспешил с выводами насчет Лариссы Альфере. Подозрение, что он совершил роковую ошибку, росло с каждой секундой. Антонио редко приходилось извиняться, потому что, как правило, он не совершал ошибок. Чувство вины было ново для него.

— Позволь купить тебе что-нибудь выпить, чтобы отпраздновать такую удачу, — предложил он.

— О, нет, не стоит. Только не после того, как ты сам заработал для меня столько денег…

— Но ты же их даже еще в руках не держала.

— В таком случае давай купим какой-нибудь еды на мои деньги и устроим небольшой пикник по дороге домой.

Они прошли еще несколько метров, прежде чем Антонио решил озвучить свои мысли.

— Знаешь, что я очень хотел бы сейчас съесть? Большой сэндвич с сочным куском бекона, обильно политый кетчупом. После тяжелого рабочего дня это как раз то, что нужно.

Рисса вздохнула.

— Я тебя понимаю. Я и сама проглотила бы слона. Жаль, что во Флоренции не слишком жалуют американскую кухню. Не могу вспомнить, чтобы я видела здесь подобную еду.

— Мой друг Рикардо работает поблизости. У него всегда есть нечто подобное. Некоторые американцы и англичане, живущие здесь, не любят местную кухню. Они-то и составляют большую часть клиентов его ресторана.

— Они здесь туристы. — Рисса вздохнула, ощущая и себя туристом, когда Антонио отвернулся от нее и позвонил кому-то.

Через двадцать минут они уже сидели в великолепно обставленном помещении, наполненном ароматом живых цветов.

— Мы не можем так поступить с хозяином, — шепнула Рисса, как только Антонио захлопнул дверь прямо перед носом своего друга Рикардо.

— Почему же? Я очень хорошо знаю этого человека. Уверен, он не станет возражать. И ты хотела пикник.

Антонио принес серебряный поднос с сэндвичами. На нем не хватало только одного.

— Подожди. Тебе же еще не принесли кофе, Антонио.

— Я собираюсь насладиться английской едой и напитками, — с этими словами мужчина наполнил две чашки чаем.

— Как чудесно! — воскликнула Рисса, облизываясь. — У тебя есть еще друзья в подобных кругах, Антонио?

— Один или два. Все, что есть у синьора Маззини, есть и у меня.

— Тебе не нравится Маззини, ведь так?

— Его не интересует замок Тициано, графиня. Он не любит здешние места.

— А ты любишь?

— Не следовало тебе задавать этот вопрос.

— Ты прав, — кивнула Рисса. — Иногда мне даже кажется, что замок интересует тебя гораздо больше, чем я. То есть мои желания, — поспешно добавила она.

— Замок Тициано и прилегающая территория когда-то принадлежали моей семье. Что касается тебя… ты очень красивая женщина. Когда сотрудники магазина просматривали твои наряды, я мысленно представлял тебя в каждом из них. Какое платье было твоим любимым?

— Черное бархатное, — ни секунды не сомневаясь, ответила Рисса.

— Без бретелек?

Рисса кивнула. Она не заметила, как кетчуп с сэндвича капнул на ее руку и потек вниз. Антонио мгновенно наклонился и слизал аппетитную приправу.

— Нет! — Рисса отдернула руку. — Не делай так больше. Мне не правится.

— Нет, нравится, — прошептал Антонио. — Ты очень чувственна. Я понял это в тот день на поляне. Заниматься любовью на траве возле замка, может быть, и не в твоем стиле, хотя я думаю, ты сама не знаешь, что теряешь. Но сегодня у тебя нет отговорок, Ларисса. Рикардо никому не скажет, что мы здесь. И уж тем более не побеспокоит нас. — Антонио снова взял ее руку и поцеловал каждый пальчик, не сводя с нее глаз.

— Я не могу, — взмолилась девушка, в надежде, что Антонио отступит.

— Ну конечно, можешь, — соблазнительно улыбнулся мужчина. — И хочешь, Ларисса, так же сильно, как и я.

— Нет… нет, я правда этого не желаю. У меня нет никаких чувств к тебе… Мой муж был единственным мужчиной, который… ммм… в общем, ты понимаешь…

— Что я должен понять?

— Луиджи был моим первым… — она засомневалась, не зная, что сказать. Уж точно не любовником. — Партнером… моим первым партнером.

— Только не говори, что он был и последним. Я недооценил тебя в некоторых вещах, Ларисса. Прости. Но как бы там ни было, мы хотим друг друга. Не отрицай очевидной истины.

— Ты забываешь одну вещь, Антонио. — Рисса отвернулась. — Я не сказала, что хочу тебя.

— Повтори это, глядя мне в глаза.