Роуз Белленджер - Воскресшая любовь

– А мне очень нужен друг, – пробормотала себе под нос Бесс.

Она бросила взгляд в окно и заметила Стена. Он сидел спиной к гостинице на деревянном настиле причала, поджав под себя ноги. У Бесс кольнуло сердце. Это была излюбленная поза Эндрю. Он, бывало, долго сидел вот так, погрузившись в свои мысли.

Бесс быстро сняла фартук и вышла через черный ход на задний двор, откуда можно было спуститься к причалу. Она понимала, что поступает неправильно, но ничего не могла с собой поделать. Уникум увязался за хозяйкой.

Бесс ступила на мостки, и, услышав шаги, Эндрю обернулся и увидел ее. Он встал и сделал шаг навстречу Бесс.

– Привет.

В джинсах, плотно обтягивавших бедра, и в белоснежной футболке, подчеркивавшей широкий разворот плеч, он выглядел настоящим атлетом. У Бесс перехватило дыхание. Ее неудержимо влекло к новому постояльцу. Его власть над ней с каждой минутой становилась все сильнее. В присутствии этого мужчины она теряла голову.

– Привет, – ответила Бесс. – Надеюсь, ты хорошо провел время?

– Не сказать чтобы очень. – Эндрю усмехнулся. – Дело в том, что в гостиницу раньше времени вернулась миссис Миллер и пожелала, чтобы я составил ей компанию.

Если бы негодяйка Кэрол находилась сейчас здесь, Бесс наверняка вцепилась бы ей в волосы. Уж не ревную ли я? – подумала она, поймав себя на том, что возненавидела Кэрол с тех пор, как та стала буквально преследовать Стена. Бесс отдавала себе отчет, что ее увлечение к добру не приведет. И дело здесь было не только в Джо, мстительном и злобном, смотревшем на невесту как на собственность. Бесс прежде всего испытывала страх перед неумолимым роком, преследовавшим всех, кого она любила.

– О, я уверена, что вы неплохо развлеклись вдвоем, – сказала Бесс с притворной улыбкой.

– Неужели ты считаешь меня легкомысленным? – В голосе Стена Бесс услышала неприкрытую обиду.

– Вовсе нет. Но миссис Миллер очень хотелось бы, чтобы ты проявил легкомыслие.

– Мы оба прекрасно знаем, чего стоит миссис Миллер, – презрительно сказал он. – Но дело в том, что я действительно хочу осмотреть окрестности. Ты не могла бы одолжить мне вашу моторку?

Бесс, конечно, разрешила бы Стену взять лодку, но что скажет Джо? Внезапно Бесс осенило.

– Извини, мы не даем моторку постояльцам, – выпалила она. – Но я могу покатать тебя по озеру, если не возражаешь.

О Боже, что я несу! – испуганно подумала Бесс. Стен подошел к ней вплотную и заглянул в глаза. У Бесс закружилась голова. Казалось, взгляд Стена проникал в ее душу. Выражение глубокого сочувствия появилось на его лице. Он как будто прочитал в ее глазах все печали, страхи и треволнения, мучившие Бесс.

Бесс чувствовала, что у нее дрожит нижняя губа. Еще немного, и она расплакалась бы.

– Я бы с удовольствием принял твое предложение, – мягко сказал он, – но мне не хочется доставлять тебе неприятности.

– Неприятности? – переспросила Бесс, как будто не понимала, о чем речь, и отвела глаза в сторону.

– Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, жених держит тебя на коротком поводке.

Бесс горько усмехнулась и невольно взглянула на лежавшего у их ног Уникума.

– На поводке выгуливают любимых собак, – грустно промолвила она. – А я посажена на цепь.

Бесс замолчала, чувствуя, что сказала лишнее. Зачем я откровенничаю с чужим человеком? – подумала она и отвернулась, чтобы Стен не заметил в ее глазах слез.

– Бесс!

Она снова повернула голову в его сторону, и их взгляды встретились. Стен стоял очень близко. Слишком близко. Бесс отчетливо видела рельефно вырисовывавшиеся под белой футболкой хорошо развитые мышцы. Она могла протянуть руку и дотронуться до этого сильного, красивого и доброго мужчины.

Соблазн был велик. Бесс как магнитом тянуло к новому постояльцу. Как ей хотелось прижаться к его груди, припасть щекой к плечу! Один шаг – и она окажется в объятиях Стена.

О Господи, что со мной происходит? – ужаснулась Бесс. Ведь мы стоим на причале, на виду у всей округи! Нас может увидеть Джо! Бесс поспешно отступила на несколько шагов.

– Не надо, Стен, молчи! Я больше ничего не желаю слышать.

– Я не могу молчать.

Нежность, прозвучавшая в его голосе, обезоружила Бесс. Он смотрел на нее с таким обожанием, что Бесс затрепетала.

– Так когда мы отправимся на водную прогулку? – спросил он, пристально глядя на Бесс.

Никогда! – хотела крикнуть она, но вместо этого сказала:

– Как только я смогу отлучиться из гостиницы…

– …Так, чтобы этого никто не заметил, – закончил за нее Стен.

Бесс всполошилась: неужели он все знает?! Как смог посторонний человек за столь короткий срок разобраться в запутанной ситуации, в которой она оказалась?

– Когда тебе станет совсем туго, Бесс, просто позови меня, и я приду на помощь. Я не дам тебя в обиду.

Стен наклонился, потрепал пса по голове и, выпрямившись, зашагал по деревянным мосткам на берег.

Бесс проводила его взглядом. Ее обуревали противоречивые мысли. С одной стороны, она плохо знала Стена Колдуэлла, чтобы довериться ему. С другой, ее неудержимо влекло к нему. В его присутствии у нее перехватывало дыхание и учащенно билось сердце. Он действительно сильно напоминал Эндрю Мейсона, Бесс вынуждена была признать это.

Тяжело вздохнув, Бесс направилась в гостиницу. Уникум потрусил за хозяйкой. Вернувшись в кухню, Бесс накормила собаку, быстро приготовила салат и соусы и достала из холодильника крабовое мясо.

Посмотрим, подумала она, понравится ли это блюдо Стену Колдуэллу. А если нет, что тогда?

Если Стен Колдуэлл не притронется к крабовому мясу, на которое у Эндрю Мейсона была аллергия, это еще ровным счетом ничего не означает.

– Великолепный ужин, Бесс! – сказал Эндрю.

– Спасибо, я очень рада, что тебе нравится у нас.

Джо, сидевший за столиком вместе с тремя незнакомыми Эндрю парнями, исподлобья наблюдал за своей невестой и новым постояльцем. Но Эндрю было не до него. Он пожирал жадным взглядом свою бывшую возлюбленную, не в силах отвести от нее глаз. Эндрю понимал, что им сейчас руководит не разум, а страсть. Конечно, на глазах у всех он не осмелится заключить Бесс в объятия, но ее гибкое стройное тело манило его, как чистый студеный ручей манит в зной уставшего путника.

Вспомни, что она с тобой сделала! – тщетно внушал себе Эндрю. Вспомни, зачем ты здесь.

Бесс, по всей видимости, вновь решила изобразить невинную овечку. Или даже жертву. И Эндрю делал вид, что не видит подвоха, верит в ее искренность и готов прийти ей на помощь в случае опасности. Но порой Эндрю забывал свою роль, и тогда ему приходилось вновь вызывать в памяти события двухгодичной давности, чтобы взять себя в руки.