Голди Росс - Любитель женщин

— На вашем месте я этого не делал бы.

Рой медленно отвел взгляд от удаляющейся фигуры Эммы. Казалось, он забыл, что в зале кроме него и Эммы кто-то есть. Вэл преградил ему дорогу.

— В чем дело? — холодно спросил Рой.

— Оставьте ее в покое.

Рой окаменел.

— Кто вы такой?

По какой-то неведомой причине под его суровым взглядом Вэл испытал потребность оправдаться.

— Я просто ее друг, — поспешно сказал он. — Но у Эммы сегодня плохое настроение… Она расстроена, потому что… один человек в последний момент передумал и не пришел на церемонию. На вашем месте я оставил бы ее в покое.

Повисло ледяное молчание, затем Рой равнодушно бросил:

— Благодарю за совет.

Обойдя Вэла, он пошел к выходу. Внешне Рой был холоден, но внутри у него все кипело от ярости. Что за игру затеяла Эмма? Она не хуже него знает: их так тянет друг к другу, что искры летят. Она современная девушка, ни в чем не уступающая мужчине, так какого черта она все время от него убегает? Но он не намерен закрывать глаза на возникшее между ними влечение — и ей не даст.

Эмма беспокойно расхаживала по залу. Ее поздравляли, ей жали руку, ее целовали в щеку. Рядом с ней то и дело сверкали вспышки фотокамер. Эмма много и энергично говорила, словно разговоры могли отодвинуть неизбежное, но ни разу не оглянулась. И Роя Баккарди она тоже больше не видела. Наконец ей снова встретился Вэл.

— Ну как, ты готов ехать дальше?

Вэл с сомнением посмотрел на лихорадочный румянец, горевший на ее щеках.

— А не лучше ли вернуться домой?

— Домой? Ерунда! У меня пошла полоса удач! И никто, — Эмма подчеркнула интонацией это слово, — не помешает мне веселиться.

Вэл правильно понял ее и поспешил успокоить:

— Не беспокойся, он давно ушел.

— Он? Кто?

— Граф, которого ты так ненавидишь.

Эмма замотала головой.

— Я вовсе не ненавижу Роя Баккарди, мне вообще на него плевать.

Она сделала вид, будто собирается плюнуть на пол. Вэл нервно отшатнулся.

— Как бы там ни было, он ушел.

— Мне все равно, — упрямо солгала Эмма. — Я хочу танцевать, вот только переоденусь, и можно ехать.

Она скрылась в дамской комнате и вернулась оттуда через несколько минут, сменив юбку на джинсы, пиджак оставался на ней. Вэл также заметил, что она надела на шею украшение из серебряных пластин, а в ушах красуются новые, но не менее экстравагантные, чем предыдущие, серьги, похожие по виду на бумажные. Выражение лица у Эммы было самое что ни на есть задорное.

— Тебя вызвали, — сообщил ей Вэл. — Похоже, для тебя заказан автомобиль.

Эмма изобразила удивление.

— Вот как? Привилегия лауреата? Неплохо! — Она заметила в толпе коллегу из другого отдела и крикнула: — Генри, поехали с нами в клуб!

В конце концов в лимузин набилось шесть человек. Они отправились во «Фридж» — модный клуб в центре Лондона. Швейцар без задержки пропустил их в зал.

Рассовав по карманам кошелек, флакончик духов и носовой платок, Эмма сложила все, что не могло понадобиться ей в клубе, в портфель, сдала его в гардероб и получила номерок в форме сердечка. Она спрятала номерок в застегивающийся карман джинсов и, покачивая бедрами в такт музыке, вышла на площадку для танцев. Мелодия захватила ее, унося прочь напряжение последних часов. Эмма танцевала и с Вэлом, и с Генри, и с какими-то незнакомыми мужчинами, и одна. Обида, раздражение, даже тревога за Тори — все ушло, только Рой Баккарди неизменно маячил где-то на краю ее сознания, но Эмма старалась о нем не думать… хотя бы до завтра.

— Выпить хочешь?! — крикнул Генри, приближаясь к ней в танце.

Эмма кивнула, но не пошла за ним в сторону бара, а продолжала танцевать. Глаза ее горели. Генри усмехнулся и, пританцовывая, двинулся к стойке. Оставшись одна, Эмма полностью отдалась танцу. Ее тело двигалось так плавно, словно в нем не было ни одной косточки. Эмма не знала, что с галереи за ней пристально наблюдает мужчина.

Вдруг Эмма запрокинула голову и рассмеялась от удовольствия. На Роя это подействовало как удар молнии. Его ошеломила возникшая из ниоткуда мысль: именно так она должна выглядеть, когда я займусь с ней любовью.

Кто-то коснулся спины Эммы. Она не оглянулась, думая, что очередной поклонник ее танца выражает таким образом свое восхищение. Но, когда рука мужчины легла на ее талию, Эмма все-таки оглянулась, не прерывая танца. Лицо высокого мужчины скрывалось под низко надвинутой на лоб шляпой, но Эмму это не удивило: ночью в этом лондонском клубе можно встретить самую экстравагантную публику. Во всем остальном одежда ее нового партнера по танцу вполне соответствовала атмосфере заведения: на мужчине были льняные брюки свободного покроя и жилет цвета хаки, открывающий взору мощную загорелую грудь с порослью темных волос. А танцевал он так, словно занимался этим всю жизнь.

Эмме нечасто встречались мужчины, танцующие так же хорошо, как она. После мгновенного потрясения она рассмеялась от удовольствия и стала танцевать рядом с незнакомцем. Вскоре они двигались как единый слаженный организм. Когда он касался ее и поворачивал в танце, у нее возникало ощущение, что она находится в мощном энергетическом поле. Обычно Эмма могла продержаться на танцевальной площадке дольше любого из своих партнеров, но этот оказался неутомимым, и она выдохлась первой. Мужчина это заметил. Обняв ее за талию, он одним ловким движением развернул Эмму и повел к дверям.

На площадке тускло освещенной винтовой лестницы она, запыхавшись, пробормотала:

— Вы победили.

Мужчина снял шляпу и улыбнулся.

— Как видите, меня все-таки впустили.

Сердце Эммы пропустило удар. Рой Баккарди! Она попыталась справиться с охватившим ее волнением и ответила как можно небрежнее:

— Наверное, просто побоялись не пустить, вы похожи на головореза.

Рой коротко хохотнул.

— Но не на старого головореза, надеюсь?

Ответить Эмма не успела: по лестнице стала спускаться вновь прибывшая компания. Рой прижал ее к себе, освобождая место для прохода. Короткое, бесстрастное объятие — но даже от него у Эммы перехватило дыхание.

— Что вы здесь делаете? — спросила она, когда снова смогла говорить. К ее досаде, голос прозвучал сипло, ей даже пришлось откашляться. — Совершаете экскурсию на дно, граф Баккарди?

— Я следил за вами, — признался он глазом не моргнув.

— Ч-что-о?

Он выпустил Эмму из объятий и посмотрел на нее с загадочным выражением.

— У меня есть кое-какие планы относительно вашей родинки, — промурлыкал он. От интимного подтекста этой фразы Эмму пробил нервный озноб. — Зачем бы иначе я здесь оказался?