Марианна Лесли - Нечаянная любовь

Барбара немного отстранилась.

— Диего… может… прийти… — Звезды кружились у нее перед глазами.

— Нет, сегодня у него выходной. Он не придет до утра.

— О-о-о…

Они снова скрылись под водой.

Барбара обвила его шею руками. Через несколько секунд их головы показались над водой, сильное тело Алекса удерживало их на поверхности.

— На этот раз я не отпущу тебя, — сказал он ей хрипло.

— А… я… и не хочу, чтобы ты меня отпускал, — прошептала она.

— Бог мой, я хочу тебя с того самого момента, как мы приземлились среди кактусов.

Алекс подплыл к краю бассейна, все еще держа ее.

— Я тоже хочу тебя, но ты должен знать, что между нами не должно быть никаких обязательств. — Барбаре трудно было говорить ему это.

Алекс не ожидал, что ее слова причинят ему такую боль.

— Я тоже собирался сказать тебе об этом. — Он криво улыбнулся. — Мы оба выбиты из колеи, не так ли, дорогая?

— Да. — Барбара сдержала вздох боли.

Они оба понимали, на что идут, принимая это условие. Алексу было так же больно, как и ей.

— Значит, мы договорились, что никаких обязательств не будет?

— Договорились. — Сердце Барбары истекало кровью. Она хотела этого мужчину навсегда, а не на короткое время. Но она ведь с самого начала знала, что у них нет будущего.

— Значит, ты согласна стать моей любовницей, Барбара Лайонз?

Его слова, подобно ласке, вызывали у нее дрожь желания. Она ни в чем не могла ему отказать.

— Да, но я не знаю, как долго это будет продолжаться.

— День, месяц, год, столетие, там будет видно.

Барбара подняла руку и прижала палец к его губам, которые были одновременно требовательными и ласковыми, решительными и нежными. Сердце молотом застучало в груди, когда Алекс взял ее палец в рот и мягко прикусил.

— Рискованное это дело, — сказала она. — Я имею в виду нас двоих.

— Вся жизнь — это сплошной риск, леди. — Алекс крепче прижал ее к себе, внезапно почувствовав желание забыть обо всем. Его жизнь была неполной до того, как она вошла в нее. Теперь ему хотелось удержать навсегда ту радость, которую она ему принесла.

Барбара поудобнее устроилась в его руках и нежно прикусила ему мочку уха. По его телу пробежала дрожь, и она улыбнулась.

— Нравится? — спросила она охрипшим от желания голосом. Есть ли на свете еще один такой мужчина, как Алекс Мэлоун? Он навсегда привязал ее к себе. Она хотела его так, как не хотела никого и никогда. Сексуальный опыт Барбары был минимальным и отнюдь не блестящим, поэтому она не испытывала особого влечения к противоположному полу. С Алексом же все было по-другому. Он околдовал ее, и Барбаре хотелось, чтобы эти чары никогда не рассеялись.

— И ты еще спрашиваешь, плутовка, — отозвался Алекс осипшим голосом. — Можно я сделаю тебе то же?

— Да. — Она едва могла дышать.

Барбара знала, что ей следует бежать отсюда, и в то же время ничто никогда не доставляло ей такого удовольствия, как находиться в его объятиях. Даже если завтра ей предстоит умереть, то ей не будет страшно: она будет знать, что была с мужчиной, которого любит.

Любит? Но когда же это случилось? Неужели она могла так быстро влюбиться? Ведь любовь не врывается в твою жизнь подобно урагану, она постепенно вырастает из многолетней нежности, заботы, привязанности. Любовь не может расцвести за несколько дней… Или может?

— О чем задумалась? — прервал ее мысли Алекс.

— Я пытаюсь найти вескую причину, чтобы быть с тобой.

Алекс нежно поцеловал ее.

— Ну и как, нашла?

— Нет, а ты?

— Мне не нужно никаких причин. Для меня достаточно того, что я хочу тебя так, как никогда до тебя не хотел ни одну женщину.

— Но ведь у нас много тайн друг от друга.

— Ну и что?

— Могут ли отношения быть построены на обмане?

— Конечно нет. Но ведь мы не обманываем друг друга. Мы не скрываем, что у каждого есть свои секреты.

— Которые, быть может, всего лишь пустая трата времени, и ничего больше.

Алекс посмотрел на Барбару долгим взглядом.

— Нам лучше вылезти из бассейна, пока мы не посинели.

Они подплыли к лесенке и поднялись наверх. Взгляд Алекса был горячим и напряженным.

— Я собираюсь принять душ, — сказал он. — Почему бы тебе не сделать то же самое? — Он направился к мужской раздевалке. — Я буду через минуту.

Барбара закусила губу, наблюдая, как он уходит. Алекс сказал, что для него вполне достаточно того, что он ее хочет. Но для нее этого было мало.

4

Стоя в душевой, Барбара размышляла о том, как Алекс мог так легко воспринимать их отношения. Впрочем, как известно, мужчины проще смотрят на такие вещи, для нее же…

— Найдется тут место для еще одного?

Барбара вздрогнула и застыла, услышав позади себя его голос.

— Я думала, это женская душевая.

— Так оно и есть. Но раз уж нас в доме только двое, я подумал, будет достаточно и одной. Кроме того, нам надо поговорить.

— Здесь?

— А почему бы и нет? Полагаю, это будет даже забавно.

Что-то в его тоне заставило Барбару повернуться к Алексу. Сделала она это гордо, без смущения.

— Да?

— Ты чертовски соблазнительна, Барбара Лайонз, — пробормотал Алекс, откровенно любуясь ею. Коралловые соски ее груди напряглись под его жадным взглядом. — Ты слишком прекрасна, моя радость. — Взгляд Алекса скользнул вдоль ее длинных ног, и он на миг прикрыл глаза. — Пьяняще прекрасна.

Барбара тоже жадно уставилась на него. Смотреть на него было неизмеримым наслаждением для нее. Тело Алекса было крепким и мускулистым, грудь, живот и ноги покрыты жесткими черными волосками. Он был красив, как греческий бог.

Алекс медленно подошел к ней, и у нее перехватило дыхание при виде его тигриной грации и силы. Он взял мочалку из ее ослабевших рук и начал растирать ее тело чувственными, эротичными движениями.

— Я уже понял, что игра в казино отнюдь не является твоим основным заработком. Кем ты работаешь, Барбара Лайонз? Чем зарабатываешь на жизнь? — поинтересовался Алекс севшим голосом.

Она была настолько захвачена восхитительными ощущениями, которые вызывали прикосновения его рук, что не сразу поняла вопрос.

— Работа? Ах да… Как я уже упоминала, я преподаватель. Я преподаю английский и испанский языки в Лингвистическом центре. Работы очень много, поэтому у меня бывает мало свободного времени. А почему тебя это интересует?

— У меня тоже мало свободного времени, хотя со стороны моя жизнь может показаться чистейшей воды гедонизмом.

— Я не понимаю, к чему весь этот разговор.