Барбара Макколи - Опасная игра

– Вот. – Абби склонилась над сидящим шефом и показала запись в его настольном календаре. – Два часа дня. Аэропорт. Рей и Джек Палмеры. Обед в шесть.

Он уловил легкий женственный аромат цветов, который исходил от его секретарши. Это благоухание сводило с ума.

Будь на ее месте другая женщина, он просто стянул бы с нее жакет, расстегнул пуговицы на ее чопорной белой блузке, уложил бы ее на стол и…

Кэл не дал своей фантазии зайти слишком далеко и в очередной раз напомнил себе, что Абби – это Абби, а вовсе не какая-то другая женщина. Со вздохом он откинулся на спинку кресла и взглянул на часы. Те показывали 17.45.

– Разве мы не ужинаем сегодня в таверне с Эмеральд и Руби?

– Если хочешь, можешь не ходить. Я скажу им, что у тебя много работы. Они поймут.

– Пропустить выступление легендарных сестер Блисс? – Кэллан встал и выразил готовность немедленно отправиться в таверну. – Риз говорил, что вчера во время ланча песенка «Хелло, Долли» в их исполнении произвела настоящий фурор.

Абби вздрогнула и закрыла глаза.

– Может быть, ты пойдешь один, а им скажешь, что у меня много работы?

– Абби. – Он взял ее за руку и повернул к себе лицом. – Твои тетушки, возможно, немного взбалмошны, немного эпатажны. Но кому от этого вред?

Она задержала на нем свой взгляд. Кэл никак не мог определить, что в нем. Печаль? Страстное желание?

– Да, никому, – согласилась она тихо, потом отстранилась от мнимого жениха и взяла дамскую сумочку. – Пойдем?

Она одолжила на неделю свой автомобиль тетушкам, и Кэллан каждый день отвозил ее на работу и привозил с работы домой. Ему нравились эти несколько минут совместной дороги, без единого слова, только звуки радио. Он чувствовал себя так… уютно. Как ни с одной другой женщиной.

Он припарковал автомобиль возле таверны, вылез и открыл перед Абби дверцу. Ее ладошка в его руке казалась такой соблазнительно маленькой и горячей! Он с трудом совладал с желанием прижать к груди свою мнимую невесту, когда она выбиралась из машины.

«Вы играете с огнем, – вспомнил он слова своей сестры. – Кому-то из вас все это выйдет боком».

Его рука, коснувшись Абби, обреченно упала. Они действительно играли с огнем, но, черт возьми, он ни за что не причинит боли своей секретарше. Она заслуживает большего, чем стать жертвой обычной любовной интрижки. Все эти томительные прикосновения, легкие поцелуи перед Эмеральд и Руби идут только на пользу дела. С отъездом ее тетушек Кэллан, разумеется, положит конец своим эротическим фантазиям в отношении Абби.

Он набрал полную грудь воздуха, указал ладонью на таверну и сказал как можно бодрее:

– После тебя.

Из зала доносились звуки музыки и шум голосов. Кэллан галантно открыл перед Абби входную дверь, переступил порог, и все внутри таверны неожиданно смолкло. – Сюрприз!

Глава шестая

Таверна была битком забита народом. Глаза всех посетителей разом устремились на Абби и Кэллана. Эмеральд и Руби в пестрых ярких одеяниях, украшенных блестками и бусинками, стояли, улыбаясь друг другу, под самодельным бумажным плакатом во весь бар со словами поздравления Абби и Кэллану. Казалось, будто все горожане собрались в зале и наперебой выкрикивали приветствия и пожелания счастливой семейной жизни. Мужчины похлопывали Кэллана по спине и дружески трясли его руку. Женщины обнимали его «невесту».

– Мы так счастливы за вас!

– Вы такая замечательная пара!

– Кто бы мог подумать?

Все это никак не укладывалось у Абби в голове, пока она переходила из одних объятий в другие. Это просто немыслимо!

Руби и Эмеральд – вот кто подстроил все это. Ей бы следовало догадаться о том, что они затевают. Но она всю неделю была поглощена отношениями с Кэлланом и совсем упустила своих тетушек из-под контроля. Это было чудовищной ошибкой. Теперь у Кэллана есть право на нее гневаться. Возможно, с ужасом подумала она, он даже перестанет с ней разговаривать.

Абби постаралась найти его в этом море чужих тел, но неожиданно угодила в чьи-то тесные объятия.

– Добро пожаловать в семью, сестренка, – сказал ей с ухмылкой Гейб Синклер, после чего нежно поцеловал ее в губы.

О боже! Она вытаращила на него глаза, не в силах вымолвить ни слова. И это Гейб, самый степенный из братьев Синклер?!

Очки сползли у нее с носа. Не успела она перевести дыхание, как кто-то вырвал ее из объятий Гейба и заключил в свои.

– Мой черед, братишка.

Теперь ее целовал Люсьен. Самый горячий из братьев! Люсьен припечатался к ее губам, словно марка к конверту. Все вокруг нее галдели, кричали поздравления. Голова у нее шла кругом. Если бы Люсьен сейчас выпустил ее из объятий, она сразу бы рухнула на пол.

У нее вовсе помутилось в мозгу, когда она перекочевала из рук Люсьена в руки Риза. Тот, похоже, был намерен превзойти своих братьев в силе и страстности поцелуя. Абби почувствовала, как в груди Риза закипает смех, когда мужчины, окружившие их плотным кольцом, стали свистеть и подбадривать его криками. Ее лицо пылало от смущения. Она не понимала, откуда в братьях Синклер взялась эта дурацкая неистовость.

– Довольно, братик, – услышала Абби хорошо знакомый ей голос.

Кэллан с окаменевшим лицом прижал ее к себе и ловко оградил от своих братьев и прочих желающих продолжить обряд целования. Измученная «невеста» прильнула к нему, едва не расплакавшись от пережитого. Она понимала, как он сердит, но только рядом с ним чувствовала себя защищенной.

Кэллан склонил к ней голову и шепнул в самое ухо:

– Ты в порядке?

Она кивнула и набрала полную грудь воздуха, чтобы прийти в себя.

– Прошу внимания. – Тетя Руби звякнула в колокольчик на стене за стойкой бара.

Когда толпа стихла, Абби подумала, что каждый наверняка слышит, как бешено колотится в ее груди сердце. Как бы сильно она ни любила своих тетушек, но в тот момент готова была задушить их обеих.

– Как вы все знаете, – громко произнесла Эмеральд, – эта вечеринка – в честь помолвки нашей очаровательной племянницы Абигайл Томас и ее красавца жениха Кэллана Синклера.

Толпа разразилась свистом и криками радости. Кто-то всунул в дрожащую руку Абби бокал шампанского. Эмеральд подождала, пока уляжется гомон, потом выдержала в тишине эффектную сценическую паузу и подняла бокал шампанского со словами:

– За нашу дорогую Абби. Будь всегда счастлива, живи в мире с добрым мужем, и пусть тебе ни в чем не будет отказа.

Особенно бурно ее тост приветствовали женщины. Когда крики в зале вновь стихли, пришел черед поднимать бокал Руби.

– За Кэллана! Пусть твоя любовь к Абби будет сильной и искренней. Может, в твоем роду найдется еще кто-нибудь такой же закваски, как ты?