Измена по вызову - Маргарита Дюжева

чего у него пройдет?

Скриплю зубами.

Лучше мне дайте маслица! И побольше! Чтобы черенок у лопаты смазать и кое-кому, кое-куда с размаху загнать!

Кровожадный демон внутри меня рисует красочные картины, вращающегося на вертеле Олега: ручки-ножки в стороны, волосенки опалились, и причиндалы запеклись до румяной корочки. Купаты барбекю, ёпть…

— Скотина, — шепчу в полголоса, — блядун продажный!

Я так даже на мужа не злилась, как на Олега.

Одно радует, бабка пока еще жива.

Собравшись духом, я замахиваюсь шваброй, будто это двуручный меч, и врываюсь на кухню:

— Попались!

И тишина…

На меня смотрит баба Нюра, с половой тряпкой в руках. Смотрит Олег…

Он сидит на маленькой табуретке и сжав между колен какую-то трубу, пытается просунуть в нее металлический прут. Он весь взмок, темные волосы прилипли ко лбу, руки чуть ли не по локоть в темной то ли саже, то ли грязи.

И оба они в шоке от моего эффектного появления.

— Здрасте, — выдыхаю, опуская швабру.

— Оленька, ты чего? — обеспокоенно спрашивает баба Нюра, — случилось что?

Приступ идиотизма случился…вот что.

Нервно сглатываю, пытаясь улыбнуться. Ни фига не получается, только щеку морщит. Одну. Вторая просто дергается.

— Привет, — спокойно произносит Олег, откладывая трубу в сторону. Старушка тут же протягивает ему тряпку.

Голубые глаза смотрят на меня выжидающе, а еще с каким-то странным недоумением. Мне некогда вникать, в тонкости его взглядов. Надо как-то выкручиваться из этой позорной ситуации.

— Простите, что ворвалась. Мы с подругами грохот услышали, решили, что вас того…

— Того?

Краснею. Не скажешь же, что мы думали, будто ее тут затрахали до смерти и дальше продолжают любить бесчувственное дряхлое тельце.

— Убивают.

— Да что ты, милая, — бабулька улыбается, — Олежка вон пришел, помогает мне. Хотели, правда другим заняться, но инструмент у него не заработал.

Ага! Не встал!

Так тебе и надо, проститут недоделаный! Будешь знать, как на всех без разбору заскакивать!

Я мысленно злорадствую, он как-то совсем уж подозрительно смотрит на швабру в моих руках. Почему-то меня это смущает, и я прячу ее за спину. В тот же миг темные брови подскакивают, а глаза наполняются совсем недобрым узнаванием.

Блин, неужели понял, что это я его тогда в туалете чуть без жопы не оставила.

— Ну, раз все у вас в порядке и помощь никому не нужна, то я пойду, — произношу неуверенно и пячусь, под пристальным мужским взглядом.

Черт, надо было табуретку взять. И урона больше если что, и опознать сложнее.

— Может, чайку, Оленька? — кричит мне вслед баба Нюра.

— Нет-нет! Спасибо, — я пулей вылетаю из ее квартиры и, перескакивая сразу через пяток ступенек, несусь на третий этаж.

В прихожей меня встречаю взволнованные подруги.

— Ты их убила, да? — горестно спрашивает Люда, — ни звука больше не раздается.

— Да, живы они, — раздраженно швыряю швабру туда, откуда ее взяла.

— И-и-и-?

— Что и?

— Подробности, Оля! Подробности! Мы хотим знать, что там!

— Дикая оргия на кухонном столе?

— Вообще нет. У бедолаги, походу на нашу бабу Нюру не встало, теперь отрабатывает другим способом, — ворчу я и прусь на кухню.

— Странно, — Инна чешет макушку, — хорошая бабка, добротная. Что ему не так? Мог бы и поднатужиться. Непрофессионально это как-то.

— Я ее сейчас прибью, — флегматично обращаюсь к Люде и медленно разминаю кулаки.

— Ты же знаешь, что она не со зла, — отмахивается подруга, а потом с невинной улыбкой добавляет, — но за бабку все равно обидно.

— Иди вы обе в задницу! — я ворчу. Они ржут. Дуры. Не понимают, что у меня реальная трагедия. Что я влюбилась в неподходящего парня.

И пусть с бабой Нюрой у него ничего не вышло, но будет следующий вызов, и там вполне его может поджидать красотка с шикарными сиськами, и тогда все у него встанет и заработает как надо!

— Сволочь блудливая! Чтоб тебе пусто было.

— Лель, не ворчи. У мужика и так сложный день, еще ты тут наговариваешь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да плевать мне на его сложные дни! — рычу, а у самой глаза на мокром месте.

Что-то мне обидно так, и грустно, и тоскливо, что хоть волком вой.

— Оль, ну ты чего раскисла? — Инна обнимает меня и кладет голову на плечо, — ну хочешь, я тебе другого мужика по вызову подгоню, чтобы первого позабыть?

— Домой я хочу, — отвечаю угрюмо.

— У тебя там козло-Игорь притаился.

— А-а-а, черт, забыла совсем.

Кажется, я была замужем в какой-то другой жизни. Потому что конкретно сейчас меня вообще не трогает ни Игорь, ни его зазноба, ни все что с ними связано.

— У меня останешься, — твердо заявляет подруга, — я тебе постелю на диване в маленькой комнате. Сегодня посидим, поболтаем до самого утра, как в старые добрые времена, а завтра пойдешь мужа из своей норы выкуривать.

Тоска зеленая. Идти некуда, мужика нормального нет, никому я не нужна. Что за жизнь такая?

— Может, еще за шампанским сбегать? Пятнадцать минут до закрытия, — встрепенулась Людочка, взглянув на часы, — успею.

— А, давай, — Инна дает решительную отмашку, — тащи.

Людок бежит в прихожую, гремит там чем-то, натягивает сапоги, куртку и громко щелкает замком.

Секундное затишье, и раздается ее голос:

— О-о-оль, тут к тебе…

Глава 7

Я офигел…

Нет. Не так…

Я охуел. Решительно и бесповоротно. Настолько, что сломал эту несчастную трубу, погнул в принципе несгибаемый прут и чуть не прикончил бабку, не заметив, что она бесшумно, как ниндзя подошла сзади. Она мелкая как гном и легкая, а во мне метр девяносто безудержной дури. В общем с тихим «ах, еп…» она отлетела в сторону.

— Простите, — успеваю ее подхватить, за миг до того, как она впечатывается в стену.

— О, — тихо хрюкает и обмякает в моих руках, — ты меня, это, сынок посади на стульчик. Стара я уже для таких полетов. Ф-фу-ух.

— Простите, — извиняюсь еще раз, — я задумался.

— Из-за Оленьки нашей что ли?

— Из-за Оленьки, — ворчу себе под нос.

Из-за нее родимой. Я как со шваброй то ее увидел, так и обомлел и перед глазами картинка той фурии в туалете, которая по жопе палкой надавала.

Она! Как только сразу не признал! Хулиганка кровожадная!

— Хорошая девочка, — баба Нюра кивает, — добрая. Они с Инкой с третьего этажа с детства дружат.

— А муж у нее есть?

— Надо же какой прыткий, — усмехается она, — только увидел и сразу мужа подавай.

А чего теряться-то? Тем более мне жизненно важно понять, правду ли она сказала насчет бывшего и если да, то тогда что за хрен ответит мне по телефону.

— Игорек. В одном классе