(Не) отец моего ребёнка - Ольга Которова

на зиму после получения зарплаты, но не удержалась из-за скидок, которые были практически чуть ли не пятьдесят процентов, и купила дочке зимний комбинезон и шапочку. Только когда вышла из магазина и посмотрела в опустевший кошелёк, где лежало всего лишь пятьсот рублей до зарплаты, которая должна быть через неделю, немного расстроилась. Полина очень надеялась, что со сменой директора зарплату не задержат, и очень обрадовалась тому, что она заранее позаботилась о продуктах, которых до зарплаты точно хватит. А придя домой, она задумалась о том, что нужно бы найти дополнительную работу. Имея профессию финансиста, Поля хорошо разбиралась в бухгалтерии и выставила своё резюме на сайтах по поиску работы. И уже к вечеру с ней связался потенциальный работодатель, с которым они договорились об условиях работы, и Полина получила своё первое задание. Спать она ложилась довольная.

Только вот утро было не особо радужным, как и прошедшая ночь. Сегодня первый раз за всё время дочь не дала маме поспать ночью. После полуночи Адель как начала реветь и успокаивалась, только когда её качали на руках. Так Полина и «гуляла» из угла в угол, качая на руках дочь практически до пяти утра. Адель, слава богу, успокоилась, а вот Поля, проспав пару часов, встала с головной болью и разбитая. Приготавливая завтрак, она ещё разбила кружку и умудрилась поранить ладонь. Как назло, в аптечке не оказалось лейкопластыря и пришлось заматывать ладонь бинтом, что смотрелось не особо хорошо. И на работу она шла как варёный овощ. Вообще ничего не хотелось. Выходя из маршрутки, поскользнулась и чуть не упала, но мужчина, что выходил после, поддержал её и не дал девушке разбиться на гололёде. В общем, день обещал быть паршивым.

Подходя к зданию отеля, Полина немного приостановила шаг, рассматривая красивую огромную вывеску, на которой тёмно-синими буквами с белоснежной подсветкой было написано «Премьер Отель». Ещё два дня назад у отеля было другое название и не было этой надписи, как и широких дубовых резных дверей. А войдя внутрь, она и вовсе открыла рот от изумления.

Холл, где находилась стойка регистрации, преобразился, как и сама стойка. Теперь она была широкая, длинная и стеклянная и тоже с логотипом отеля. Недалеко от ресепшена появилась лобби-зона. Цвет стен из серо-белого перекрашивали в несколько оттенков синего. Чёрные потрёпанные кожаные диваны были убраны, а вместо них появились белоснежные, в обрамлении тёмно-синей каймы, длинные диваны на деревянных резных ножках, банкетки и стеклянные круглые небольшие столики с подсветкой. И пиком удивления была огромная люстра, что свисала с высокого потолка в центре холла в виде капель дождя, заключённых в металлический круг. Повсюду был народ. Мужчины в рабочих костюмах что-то красили, приколачивали, натирали.

Полина медленным шагом, осматриваясь, подошла к своему рабочему месту, за которым уже вовсю работала Катя, и с огромным удивлением посмотрела на девушку. Та предстала перед ней в о-очень удивительном наряде. На ней было тёмно-синее облегающее платье выше колен и с огромным V-образным вырезом на груди, где была открыта половина этой самой груди. На шее повязан шёлковый белоснежный платочек, а на ногах идеально белые, как первый снег, туфли на шпильке. И никакой тебе старой форменной белой блузы и чёрной юбки-карандаш, к которым Полина уже привыкла.

— Только не говори, что это наша новая форма, — хрипловатым от ужаса голосом проговорила Поля.

— Ага. Доброе утро, кстати, — ответила довольным голосом Катя.

— Ты похожа на стюардессу авиалиний с эротическим уклоном. И если на тебе это смотрится красиво, обтягивая все совершенства твоей хрупкой фигурки, то на мне это будет смотреться как на гусенице. У меня же ещё после родов живот практически не ушёл. И как я буду в этом ходить? А каблуки… Да я же и шага не смогу сделать! — паническим голосом произнесла Полина, ещё раз осматривая свою напарницу.

— Да ты не переживай! То, что на мне — это только второй комплект.

— Я даже боюсь представить, что входит в другой комплект формы.

— На самом деле там всё очень скромно. Евгений Павлович принёс два вида формы и дал нам выбрать ту, которая больше понравится. И что-то мне подсказывает, что этим, — Катя обвела себя руками, — он хотел поглумиться над нами. Пошли переодеваться, а то у меня уже ноги болят от этих шпилек.

Взяв коллегу под локоток, Полина помогла ей дойти до комнаты для персонала, чтобы девушка не растянулась на мраморном полу на своих шпильках. А вторая форма была и правда куда более скромнее. Платье не так обтягивало, да и было оно до колен, а юбка представляла форму карандаша. Вырез на груди был неглубокий, а рукава три четверти. Всё очень целомудренно, а главное — удобно. На шею предполагался всё тот же шёлковый белый платочек, а на ноги вместо шпилек — мегаудобные кожаные белые балетки. Волосы обязательно должны теперь быть убраны. Никакого яркого макияжа, цветного маникюра. Всё должно быть на высшем уровне и не бросаться в глаза, вызывая у посетителей отторжения.

— Скажи, а это только у нас рабочее место подверглось полному изменению? — поинтересовалась Полина, поправляя пучок на голове и вставляя последнюю шпильку.

— О-о-о… Как бы. За эти два дня, что мы с тобой были на выходном, здесь практически всё поменялось. До второго этажа, где располагаются номера, не дошли, начали только с нас и ресторана. Ты бы видела, как там всё изменилось. Все официанты и повара в похожей, как на нас, форме. Все столы, которые были раньше, убрали и разделили зал ресторана на две части. Одна для взрослых, а вторая детская. У нас появилось детское кафе с зоной для игр. Вот теперь ищут аниматоров. Я уже успела просмотреть проект, по которому делают ремонт, и он просто потрясающий. А ещё говорят, что нам зарплату увеличат. Как же всё-таки хорошо, что отель выкупили. Кстати, Евгений Павлович не один хозяин. Точнее, он хозяин отеля, а вот хозяин ресторана — другой мужчина. Я его ещё не видела.

— Ты только что пришла на работу. Откуда столько информации?

— Это я просто сегодня на час раньше пришла. Хотела у тебя отпроситься пораньше домой уйти. И за этот час охранник мне всё рассказал. Они же тут сутками дежурят. Вот все изменения и происходили у них на глазах.

— Да уж. Ладно. Пошли работать.

А работы, надо сказать, прибавилось. Видимо, в отеле заменили весь рекламный отдел. Потому что стоило Полине и Кате вернуться на свои рабочие места, как сразу же потянулись посетители. Ещё совсем