Тори Андерсен - Русалочка

— У меня сиротский вид?

— Ужас! Не удивляйтесь, если на улицах вам будут подавать милостыню. Здесь очень богатые нищие.

— Да я вас сейчас! — Она замахнулась пирожком.

— Нет! Нет! — Эдриан схватил ее за руку и ловко отнял пирожок. — Ни в коем случае. Я пошутил! У вас шикарный вид!

Несколько минут они молча вели шутливую борьбу. И в тот момент, когда Адель почти коснулась носом его щеки, а ему больше ничего не оставалось, кроме как подхватить ее, чтобы она не упала, он тихо прошептал:

— Может, пора переходить из разряда «первых встречных» в разряд хороших знакомых? Или сначала необходимо сделать вот это…

Его губы легко коснулись ее губ, и Адель, понимая, что случилось что-то не совсем запланированное, тихо, но решительно прошептала:

— Нет. Сейчас мы просто поедем в аэропорт. А в разряд будем переходить потом. Если так надо.

— Договорились. Только обещайте, что не отступите от своих слов.

— Ни за что!

Они внимательно посмотрели друг другу в глаза и одновременно отвернулись, каждый — пряча довольную улыбку.

— Извините, мисс, но пока о вашем багаже нет никаких известий, — сказал усатый пожилой финн в форме, выходя из своего кабинета. — Я сожалею, но его должны отправить обратно. Мы помним о нем и ждем его не сегодня, так завтра.

— Но я сама скоро улетаю отсюда! Мне его вообще когда-нибудь вернут?

— Разумеется, мисс. Возможно, ваши вещи приедут уже сегодня вечером, но именно сейчас я вам точно ничем помочь не могу. Мы даже не можем выяснить, находятся ли они в дороге.

— Ужас какой! — беспомощно оглядываясь на Эдриана, сказала она. — Но что же мне делать?!

— Пожалейте же, наконец, мою сестру! — вдруг сказал он, а Адель вздрогнула, — видите, ей совершенно не в чем ходить!

Финн смотрел на них со смесью жалости и презрения, но, кажется, начинал понимать, что его немного разыгрывают.

— Я думаю, вам стоит сходить в магазин, мисс, и совершенно не обязательно носить мужскую одежду. Даже при наличии небольшого количества денег вы сможете купить себе все необходимое. Не смею вас больше задерживать.

Он повернулся к ним спиной. Адель его просто ненавидела.

В мрачном молчании они вышли из здания аэропорта.

— Я буду приезжать сюда каждое утро, все две недели. И когда им надоест видеть мою физиономию, думаю, они начнут шевелиться. А нет, так пожалуюсь в посольство!

— Я думаю, две недели вам не понадобятся. Уже завтра или послезавтра мы заберем вашу сумку.

Адель покосилась на него.

— «Мы»? Вы каждое утро собираетесь возить меня? Или сами поедете на правах брата?

Он расхохотался.

— Вам понравилось?

— Смотря что.

— Как я сказал про брата.

— Очень. Я чуть не упала в обморок… Ну а насчет утра?

— А что насчет утра? Ах да. — Он смешался. — Мне как-то не пришло в голову, что вы живете далеко. Ну так оставайтесь у меня до тех пор, пока… Вам же все равно нечего носить.

— Да?

— Да.

— Ну, это можно легко исправить — он советовал посетить какой-нибудь магазинчик. И я как раз собиралась последовать его совету. Если у вас найдется пара-тройка сотен, мы с вами потом рассчитаемся.

— Конечно. Вот возьмите карточку. Там гораздо больше.

Адель вздохнула — ей было искренне неловко.

— В самом деле, что за ерунда — я словно заложница. У меня целый чемодан вещей, но я не могу их носить. На карточке у меня полно денег, а я не могу их снять. Хожу, как нищая оборванка.

— Мои фирменные джинсы говорят вам «спасибо».

— Пожалуйста. Но ведь это так и есть.

— Хорошо. Я готов составить вам компанию и обновить ваш гардероб.

— Компанию?

— Да. В походе по магазинам.

Она представила, как будет выбирать одежду вместе с Эдрианом, и поспешно сказала:

— Нет, спасибо. Я — быстро. Куплю что-нибудь, а вы подождите в машине.

— Угу, — ангельским голосом сказал он. — Только сначала давайте заедем в книжный магазин, там должно быть что-нибудь в толстом кожаном переплете.

— Зачем?.. Ах вы! Я правда быстро куплю одежду, и уже в обед мы будем дома.

Он был невозмутим:

— Да, да. Вы знаете, у меня было… много женщин. Я прекрасно знаю, что означает фраза «я быстро себе что-нибудь куплю из одежды». Не надо, Адель. Пожалейте старого холостяка. Либо я иду с вами, либо мы покупаем мне много-много книг. Просто так сидеть в машине весь день я не хочу.

Она разозлилась.

— Да что такое, черт побери! Давайте, засекайте время, если через пять минут я не выйду, можете уезжать. Ах да! У меня же ваша карта. Тогда, конечно, пойдемте.

Он вдруг смутился.

— Простите меня. Я об этом совершенно не подумал. Дело не в том, что мне жалко на вас денег. Но если вы действительно уложитесь хотя бы в полчаса, то я согласен.

— Я сказала — пять минут.

Через сорок минут Адель вышла из магазина с тремя пакетами. Тот факт, что было потрачено около двух тысяч чужих денег (трикотажный костюм, джинсы, два пляжных платья и несколько пар потрясающего белья), ее абсолютно не смущал. Адель любила тратить на себя деньги своих мужчин. А то, что Эдриан станет ее мужчиной, было уже вне всяких сомнений, вопрос стоял лишь в сроках свершения этого события.

Когда она выпорхнула из дверей магазина в новом костюме из тонкого темно-зеленого трикотажа, обнаруживавшего все достоинства ее фигуры, похорошевшая и постройневшая, Эдриан шагнул навстречу и встал как вкопанный, пожирая ее глазами.

— Вы просто!.. Адель, вы сильно изменились.

В полной мере осознавая, какой эффект производит сейчас на окружающих и, в частности, на него, Адель подошла ближе и ловко имитируя удивление, произнесла:

— Что с вами, почему вы так взволнованы? Я слишком задержалась?

— Нет. Все в порядке. Я совершенно не взволнован.

— Эдриан! — Она протянула ему один из пакетов. — Вот ваши джинсы и свитер. Простите, я заняла у вас немного больше денег, чем планировала. Как только я попаду домой, я сразу верну вам.

— Чепуха. Вам нужно еще куда-нибудь заехать? — Он не сводил с нее глаз.

— Нет, что вы. Тогда вам, вместо того чтобы стать братом, придется меня удочерить: вы и так уже взяли на себя все заботы обо мне, моем жилище, моем гардеробе и о моих отношениях с представителями местной авиакомпании.

— Интересная мысль — вас удочерить. Кстати, вам очень идет этот наряд.

— Спасибо. А почему «кстати»?

— Не знаю.

Он завел машину, Адель устроилась на заднем сиденье, исподтишка разглядывая светловолосый затылок и мощную шею Эдриана. Ей нравилось смотреть на его широкие сильные плечи и упрямую посадку головы. Сейчас она ловила на себе ответные взгляды через зеркало заднего вида, и оба они иногда смущенно улыбались. Что будет дальше, когда они приедут к нему, Адель просто не представляла, но начинала понимать, что теперь он ее просто не отпустит сам. Да и с ее стороны уйти от него значило бы совершить преступление против собственного счастья. Она глушила приступы совестливости, все время мысленно повторяя приходящие на ум самооправдания. Я же не виновата! Я же не виновата, что первая познакомилась с ним! Что он понравился (да-да, понравился!) мне еще тогда, в аэропорту. И, кажется, я тоже нравлюсь ему. Почему я должна уступать это счастье кому-то еще?