Ведьма. Как сердце просит (СИ) - Морриган Лана

Златовласая ворожея припала на колени, склонила голову и собрала волосы. Ее кожи коснулись сухие пальцы, поглаживая круговыми движениями, но тут же ногти впились и потянули вверх, а потом в сторону и в другую.

— Терпи, ведьма, терпи, — скрипела Верховная. — Нет, тут придется поднатужиться. Ведите козла, — приказала, отпуская раскрасневшуюся кожу. — Вцепился в тебя демон, держит крепко. Скажи, маленькая ведьма, а говорил ли он с тобой? Говорил в твоей голове? — спросила прищурившись.

— Да — призналась Мелисса, глядя за спину. Туда, где стояла Адалин.

Мать златовласой ворожеи безразлично гуляла взглядом, не задерживаясь ни на ком, и ни на чем.

«Возможно, бабушка права, и у меня тоже не возникнет желания держать свое дитя на руках. Я не буду сопереживать его трудностям и никогда не испытаю к нему нежности, не увижу в нем частицу своей души», — подумала, желая поймать ответный взгляд матери.

Услышав ответ, Верховная скривилась в злобной гримасе:

— Режь, безмозглая. — Старуха быстро поднялась и, вцепившись костлявыми пальцами в изящное запястье, потащила Мелиссу к камню. — Режь! — указала на козла. Животному накинули петлю из бечевки на шею и привязали к деревянному колышку, вбитому в черную землю. — Ну что ты вылупилась на меня? Избавить тебя от печати нужно! — Схватив ритуальный нож, Верховная, казалось, рассекла воздух у шеи животного, но его колени подогнулись, и козел безмолвно рухнул. — Нежеланный помет, — фыркнула ведьма, глядя на Мелиссу. — Ложись на камень. На спину, — поторопила девушку тычком в бок.

Адалин собрала кровь в деревянную чашу и вложила ее в старческие руки.

Девушка не смела перечить. Смрадный запах въедался в легкие, сев на скользкий камень, задержав дыхание и зажмурив глаза, она легла, ощущая, как одежда впитывает кровь прошлых жертв.

Грубые пальцы гуляли по юному телу, оставляли рисунки и царапая кожу ногтями.

Слезы скатились по щекам Мелиссы, но она не шелохнулась и не издала ни звука. Прикосновения прекратились, и десятки ведьм зашептали в унисон. Монотонное шипение скрутило животным ужасом, приподнимая мягкие волоски на всем теле. В шею впился кожаный шнур.

— Ну-у-у! — услышала Мелисса нетерпеливый окрик, и распахнула глаза. Зажав между пальцев защитный кулон, Верховная вонзилась в нее безумным взглядом. — Теперь слышишь голос демона?! Слышишь?! — рывком сняла оберег.

— Нет. Только звон.

— Звон, — расхохоталась Верховная. — Звон! — повторила с дикой улыбкой.

В голове Мелиссы металлическое позвякивание и старческий скрипучий хохот смешались с бархатистым смехом Андраса.

— Тебе удалось снять мою печать, — произнес Великий маркиз без сожаления. Ведьма вздрогнула оглядевшись. — Мы скоро встретимся, — протянул он игриво.

— Верховная! — окликнула в страхе Мила, но, поймав предупреждающий взгляд бабушки и отрицательные покачивания головой, добавила неуверенно: — Спасибо.

Глава 15

— Не так я представляла свой первый шабаш. — Мелисса рассматривала себя, стоя перед зеркалом ванной комнаты. Отражение криво улыбнулось и потянулось трясущимися руками к горловине окровавленной сорочки.

Ведьма покинула праздник сразу же, как получила разрешение Верховной, но до этого всласть наслушалась издевок других ведьм и насладилась несмолкаемой болтовней демона в своей голове. Но Андрасу надоело изводить ее глупыми вопросами, или он просто занялся чем-то другим, более полезным, и в голове сейчас стояла приятная тишина.

— И я не так представлял. — Ворон отвернулся к стене и отвечал отрешенно, рассматривая орнамент на кафельной плитке.

— Нам ли не знать, как извращенно сбываются мечты, — расхохоталась Мелисса.

Ее пальцы нервно касались отметин, оставленных ногтями Верховной: на предплечьях, ключицах, бедрах и голенях… Грязно-бордовые потоки воды спускались по животу, ногам и исчезали в темных отверстиях слива. На затылке золотистые волосы превратились в грязные сосульки, и приходилось вновь и вновь с остервенением вспенивать шампунь и вымывать сгустки крови.

— Ты же видел ее? — Мелисса спрашивала о своей матери.

— Видел. — Паскалю не позволили приблизиться к ритуальному камню, он наблюдал с вершины холма. Оттуда, где горел костер.

— Это хорошо, что Великий маркиз оказался моей Парой жизни. Я не создана для материнства, — сделала вывод Мила. — А это значит, что магия подбирает пары осознанно, — повернула вентиль, перекрывая воду, и принялась с силой растирать тело. — Обязательно дополню записи в книге.

— Глупости, — гаркнул ворон, но далее в спор не вступал.

— Проверь. — Мелисса не спешила одеваться и повернулась к фамильяру спиной. Ей не верилось, что метки действительно больше нет. Тогда почему же она продолжает слышать голос в своей голове? — Ну что ты замер? — приподняла волосы и развернулась лицом к зеркалу. — Мне самой ничего не рассмотреть.

Она склонилась, влажные волосы упали вокруг лица, скрывая происходящее.

Очертания ворона потеряли четкость, превращая фигуру птицы в черную дымку. Вытягиваясь и формируясь, туманная сущность обрела человеческий облик. В этот раз Паскаль отказался от привычного ему облика красавца брюнета, копируя Великого маркиза.

— Нет печати, — констатировал лже-демон.

Бархатистый глубокий тембр достиг слуха, и ведьма вздрогнула:

— Что за шутки, Паскаль?! — схватила крохотное полотенце для рук, прикрываясь.

Псевдомаркиз смотрел на нее внимательно, словно это действительно он.

— Как ты недавно сказала, «хочу проверить одну теорию». — Мужская фигура исказилась, стекая к ногам бесформенной чернильной лужей.

— Проверил? — возмутилась Мелисса. Было трудно выровнять дыхание и хоть немного усмирить бег сердца. Она быстро прошла в спальню, скрывая раскрасневшееся лицо. — Дурацкая шутка, Паскаль, — открыла дверцы шкафа.

— Я вернулся, — сообщил голос в голове.

Мила на мгновение прикрыла глаза, уговаривая себя не реагировать, относиться к Андрасу словно к радио, что забыли выключить соседи.

— Паскаль, найди все, что сможешь, о демонах и их ментальных возможностях.

— Я бы хотел поговорить, — продолжал маркиз, — сделать тебе предложение. 

Мелисса невозмутимо надела белье, достала шорты и белую футболку, встав перед зеркалом, придала влажным волосам волны и прошла к письменному столу, будто ничего странного не происходит.

Медленно выдохнув, принялась листать тетради с записями, а Паскаль продолжал просматривать книги и отбирать нужные.

— Но любые переговоры лучше вести при личной встрече, — не унимался демон.

Ведьма приложила перо ручки к чистому листу записной книжки, но ей не дали написать ни буквы.

— А имя ты мне так и не сказала. Не считаешь, что это невежливо? Мое ты знаешь, а я твое нет. Ми-и-илая, — пропел маркиз.

Ворожея с упорством вглядывалась в текст и делала пометки. «Ко всему можно привыкнуть», — уговаривала она себя.

— Твоя реакция там, в кабинете подтолкнула меня на мысль. Я же чуть было не угадал твое имя. Верно? Но сколько вариантов… Мила, Милена, Милослава, Милица… да их десятки, — произнес он разочаровано.

Перо вильнуло, прорывая плотный лист.

«Милица как же близко…» — испугалась ведьма.

Грубыми росчерками она уничтожила написанное, смяла бумагу и снова попыталась собраться мыслями.

— Итак, — Мелисса могла поклясться, сейчас Андрас тяжело и продолжительно выдохнул, — ты ищешь способы избавиться от моего присутствия. Но я могу ответить на этот вопрос сам, и тебе не придется тратить драгоценное время 

— Сомневаюсь, — проворчала ведьма.

— А зря, — весело заметил Великий маркиз.

— Ты меня слышишь? — выпалила ворожея не дыша.

— Конечно, слышу, я же в метре от тебя, — ответил Паскаль, просматривая оглавление очередного тома.

— Тс-с-с. — Она грозно свела брови и прищурилась.