Сьюзен Мейер - Доброе утро!

– Очень смешно, – рассмеялся Дэнни. Волна радости захлестнула ее при звуке его смеха, но Грейс не подала виду и беспечно пожала плечами.

– У меня приличная зарплата.

– Кстати, ты никогда не рассказывала, где работаешь.

– Я работаю на маленькую бухгалтерскую фирму «Джонсон и О'Хара»

– Значит, с финансами у тебя порядок?

– Вполне, – улыбнулась Грейс. – Они платят мне зарплату в два раза больше, чем платила твоя фирма.

– Поймала удачу за хвост, – усмехнулся он.

– Да.

Он оглянулся по сторонам.

– Кажется, ты знаешь, как с умом использовать деньги.

– Я купила этот дом, когда устроилась на свою первую работу.

– Ты говорила, что переделывала его. – Он снова улыбнулся, и сердце Грейс упало в пятки.

Господи, какой же он красивый! И умный. И деликатный. И теперь она знает, что Дэнни не эгоист, а человек, переживший трагедию.

– Ты постаралась на славу.

– Мой двоюродный брат занимался перепланировкой. – Грей осторожно положила салат на тарелку. – Я была на подхвате. Он все размечал, ввинчивал шурупы, а я лишь доделывала работу.

– Дом выглядит великолепно. – Он взял миску с салатом.

Грейс слишком нервничала, чтобы есть. Она больше не могла ненавидеть Дэнни, но и любить тоже не могла.

Или могла?…

Рассказав о своем сыне, он дал понять, что доверяет ей, но попросил не беспокоиться по поводу дальнейших поцелуев. Но, возможно, он сказал это в ответ на то, что она оттолкнула его прошлой ночью?…

После салата Грейс принесла мясо с картошкой и зеленым горошком. Сара от возмущения, что никто не обращает на нее внимания, застучала своим голубым кольцом по подносу.

– В чем дело, Сара-Медвежонок? – спросила Грейс, сдабривая картофель подливкой. Сара пронзительно закричала, Грейс засмеялась. – О, ты желаешь посидеть у кого-нибудь на коленях? Сейчас не время… – она быстро взглянула в сторону Дэнни, – если только твой папа не хочет подержать тебя.

– Конечно, я… – залепетал Дэнни.

– Нет, – остановила его Грейс. – Через двадцать секунд вся подливка будет на тебе.

– Если хочешь поужинать в тишине, я унесу Сару в спальню, а поем после тебя.

Есть лишь одна причина, по которой мужчина старается угодить женщине, – она ему нравится. Ее сердце затрепетало от волнения. Может, он обещал не целовать ее не потому, что она ему безразлична, а в знак уважения к ее желаниям?

– Мне нравится, когда Сара за столом. Когда я сказала, что ты хочешь подержать ее, я просто дразнила нашу малышку.

– О, понятно.

Грейс обернулась к девочке:

– Итак, мисс Сара, ты останешься на своем месте.

– А что это за рисунок у нее на платье?

– Это медвежонок.

Вилка Дэнни замерла на полпути ко рту.

– Что? – Он удивленно взглянул на Грейс.

– Медвежонок. – Она рассмеялась. – Когда Сара родилась, мой отец стал звать ее Медвежонок Сара Бу, а затем просто Сара-Медвежонок. Из-за этого прозвища родители покупали ей вещи с изображением мишек. – Она указала вилкой на кофточку ребенка. – Нажми.

– Нажать?

– На медвежонка. Нажми и увидишь, что произойдет.

Дэнни нажал. Раздался писк. Сара растянула беззубый рот в улыбке. Дэнни подпрыгнул, словно ужаленный.

– Очень смешно…

– Сара смеется, и это не так плохо, даже необходимо.

– Я помню.

Конечно, он помнит. У него был сын.

Сара, ее улыбки, взмах детских ручек оживляют воспоминания. В Грейс Дэнни всегда найдет друга, который выслушает, когда нужно выговориться.

– Хочешь, поговорим?

– Не сейчас. – Дэнни отрицательно покачал головой.

Значит, она неправильно угадала его мысли. Женщина тихо вздохнула. Пришла пора просто поверить в его слова. Включая и слова о поцелуе.

– Если захочешь поговорить, я всегда рядом.

– Я знаю. – Он покачал вилку в руке, затем робко взглянул на Грейс. – Интересно, что бы произошло, если бы в то утро я рассказал тебе о Кори? А ведь намеревался…

Ей показалось, что сердце перестало биться.

– Ты собирался все мне рассказать?…

Он кивнул.

– А вместо этого уехал на неделю в командировку. – Дэнни замолчал, уставившись в тарелку. – Мне не следовало укладывать тебя в постель, но тогда я посчитал, что пришла пора что-то изменить в жизни. Я совершил чудовищную ошибку.

– Ты не единственный, кого стоит винить. Я сама спустилась в бар.

– Я знал, что еще не оправился после смерти сына и развода. Все неприятности – по моей вине.

– Вина лежит на нас обоих.

– Грейс, перестань, пожалуйста!

Его тон не терпел возражений. Это была его жизнь, его проблема, поэтому ему и решать, когда закончить и когда начать разговор.

– Ладно.

Он с шумом выдохнул.

– Я не собираюсь ни скрывать свои мысли, ни бежать от жизни. Просто не хочу ничего вспоминать. Я устал от прошлого, и мне хочется жить настоящим.

– Я тебя понимаю…

– Отлично. – Он положил вилку на тарелку. – Помочь тебе с посудой?

Она едва не отказалась, но в последний момент захлопнула рот. Помощь по дому значительно облегчит им совместное существование.

– Конечно.

Мужчина собрал тарелки. Она направилась к холодильнику, чтобы убрать оставшееся мясо. Воцарилось тягостное молчание. Если ей тяжело и некомфортно, то как же переживает Дэнни?

– Чем занимался на работе сегодня? – Грейс решила разрядить обстановку пустой болтовней.

Он включил посудомоечную машину.

– Все то же самое. А ты что делала?

– Просматривала бухгалтерские книги одной компании, которая хочет войти в состав нашей организации.

– О, расширяетесь? – проявил он интерес.

Грейс польстило его любопытство.

– Нет, маленький семейный бизнес. Корпорация будет частной. Львиные доли в руках членов одной семьи, что, кстати, сделало корпорацию успешной и обеспечило достойную прибыль.

– Замечательно.

– Конечно, это не тот уровень по сравнению с работой со знаменитыми спортсменами, но я не жалуюсь. Мне интересно.

– Ты уже начала инвестировать что-то для себя?

Его вопрос вызвал в памяти момент, когда она говорила ему, что хотела бы научиться искусству инвестирования, чтобы разбогатеть. Грейс почувствовала, как шея пошла пятнами от смущения.

Видимо, ее энтузиазм и разжег огонь подозрения в его душе в ту ночь.

Они действительно не поняли друг друга.

Она прошла к столу и взяла миску с картофельным пюре.

– Я выплачиваю ссуду за дом, поэтому у меня не много наличных денег.

– Так как мы разделим опеку над Сарой, скоро у тебя их будет больше.

– Возможно, – неопределенно произнесла она.

– Грейс, я бы хотел внести свою долю. И я могу быть очень упрямым, поэтому никаких «возможно», «может быть»! Давай вести честную политику в отношении денег.