Алмазная нелюбовь - Элли Лартер

и что, что только что проснулся, ну и что, что возбужденный, ну и что, что мое потекшее скользким соком влагалище в каких-то сантиметрах от его члена... Он умеет себя контролировать. Это и бесит, и заводит. Но я решаю попробовать.

– Конечно, – улыбаюсь.

– Врешь. Ну да ладно, валяй...

Я прикусываю нижнюю губу, сдерживая свою обиду. Но моя ладонь все еще держит его твердый член, и я решаю выполнить задуманное... насколько это возможно.

Чтобы раздразнить его посильнее, я сажусь на его бедра, зажимая возбужденный член между его животом и своей промежностью, принимаясь елозить назад и вперед... Чувствую, как сквозь тонкую ткань моих трусиков проступает смазка, и наши соки перемешиваются, становясь все более обильными и пахучими.

– Ну, иди сюда... Поцелуй меня, принцесса, – шепчет Вит, притягивая меня к себе за волосы и вцепляясь губами в губы... Я не сопротивляюсь. Наши зубы, десны, языки сталкиваются, я царапаю ногтями его грудь, продолжая двигаться и чувствуя, как он подается навстречу быстрыми, жадными, нетерпеливыми толчками...

Главное – не пропустить момент!

Я быстро скатываюсь с него, задыхаясь и сводя бедра, а он неожиданно разражается хохотом. Я кошусь на него. Это выглядит стремно: голый, потный мужик с истекающим смазкой членом валяется на постели и хохочет во всю глотку.

– Какого хрена?! – возмущаюсь я.

– Ты так хотела отомстить мне, что совсем позабыла, что это не только мое болезненное возбуждение, но и твое... Что, подрочим теперь вместе, киска? Чтобы кончить? – он быстро обхватывает свой член ладонью. Ему надо всего несколько движений, чтобы завершить начатое, а я вскакиваю с постели и подрываюсь в душ: мне надо проглотить свою обиду и... да, тоже кончить.

Я снова ему проиграла.

16 глава

– Как ты себя сегодня чувствуешь? – спрашивает Вит, пока мы завтракаем яичницей с беконом и запиваем все это дело апельсиновым соком.

Я кошусь на него с недоверием:

– Тебе правда интересно?

– Глупый вопрос, иначе зачем бы я столько с тобой возился? – хмыкает мужчина, засовывая в рот большой кусок яичницы и смачно причмокивая перепачканными в желтке губами. – Мне как минимум любопытно, получилось ли у меня сделать то, чего я раньше никогда не делал.

– Ты никогда не видел простуженных людей? – удивляюсь я искренне. – У тебя что, мама никогда не болела? Или там... братья, сестры, кто у тебя есть? Или близкие друзья?

– Моя мать умерла, когда мне было десять лет, – отвечает он холодным тоном. Сталь его голоса скрипит, скрежещет, царапает его собственное горло, так что мне сразу становится как-то не по себе.

– Прости, – я тут же сразу теряю запал и язвительность, а потом добавляю тихо: – Моя тоже.

– Я знаю, – он кивает.

– Откуда? – удивляюсь.

– Проверял по своим каналам, прежде чем похищать тебя, – он пожимает плечами, словно для него это обычное дело: пробивать людей по каким-то секретным бандитским базам данных, а потом вкалывать им в шею шприцы со снотворным. Интересно, он поступал так с кем-нибудь до меня? Интересно, он убивал кого-нибудь? Я тяжело вздыхаю и поднимаю на него глаза. Кажется, я скоро привыкну к этому мужчине – такому невозмутимо-холодному, такому обжигающе-соблазнительному, такому наглому и хитрому, такому непростому, но чертовски интересному.

– Вот оно что, – говорю рассеянно, чтобы хоть как-то отреагировать на его слова.

– Но твою мать не убивали, как мою, – сообщает он.

– Что?! Твою мать убили?! – вырывается у меня невольно, но Вит уже встает из-за стола и вытирает губы салфеткой:

– Довольно болтовни. Из-за твоей болезни у нас здорово съехал весь план подготовки к свадьбе. Папаша бесится, а я просто хочу поскорее со всем покончить. Сегодня мы едем выбирать тебе платье.

– Мы?! – я офигеваю. – Разве это не должны делать невеста с подругами, без участия жениха?

Не то чтобы я надеялась, что он отцепится от меня... но вдруг?

Но нет. Не прокатило.

Первый раз садясь на его мотоцикл, я чувствовала себя неуютно. Соврала ему даже, что боюсь: мол, это очень опасно! . Поддержи сайт - подпишись на страничку в VK. Но неужели он правда думал, что я такая уж пай-девочка? Я прыгала с парашютом, черт возьми. Ходила по горным тропам в Африке. Занималась дайвингом. Плавала с акулами. Пробовала тараканов в Таиланде. Его мотоцикл пугал меня не больше, чем ровная асфальтированная дорога. Но мне было неуютно, не хотелось прижиматься к нему всем телом, обнимать за талию, чувствовать, как его запах забивается в ноздри вместе с попутным ветром.

Сегодня мне тоже неуютно, но уже меньше. Пожалуй, я смогу это пережить. Точно так же, как смогу пережить совместную примерку.

Мотоцикл мчит нас в отлично знакомый мне салон – дорогое, элитное место в самом центре Москвы. Полагаю, Виту пришлось старательно погуглить или даже потрясти моего папашу, чтобы вычислить этот салон.

На входе нас встречают с бокалами шампанского, бутербродами с красной икрой и свежими креветками. Вит, конечно, немедленно принимается все это поглощать. Администратор по имени Валерия смотрит на него с недоумением, но он тут же включает свое обаяние и выкручивается самым изящным образом:

– Ох, простите... Я только с утренней тренировки. Хотели заскочить с Мариной в ресторан, но не успели. Только кофе в Старбаксе выпили. Вы ведь представляете, как это мало для взрослого и здорового мужчины – стаканчик латте с пенкой? – он улыбается, показывая белоснежные зубы, и Валерия расплывается в улыбке за ним следом:

– Ничего страшного, приятного аппетита!

– Благодарю!

После этого Валерия обращается ко мне:

– Госпожа Раева, мы подобрали для вас несколько вариантов платьев...

– Неужели? – я удивляюсь. Мало того, что без меня меня женили, так еще и свадебные платья мне без меня