Элисон Эшли - Иллюзия любви

— Рич очень похож на нее внешне, но характер… нет, думаю, он другой.

— Не буду спорить, потому как незнакома с ним. А что ты решила насчет меню? Или закажешь в ресторане?

— Я думала об этом, но решила все же попробовать сама. Может, поможешь мне?

— И не проси. Ты ведь знаешь, что все мои познания в кулинарии ограничиваются вареными яйцами. Кроме них, я ничего не умею.

— Я тоже, но попробовать все же стоит. Я вызвала на сегодня миссис Рейнолдс, она сделает уборку в доме и составит список продуктов.

— Ты всегда была авантюристкой, Линн. Впрочем, это твое нормальное состояние. Но я все равно желаю тебе удачи. И позвони мне, когда все закончится.

— Обязательно позвоню. Да, Кэтрин заказала билеты на пятницу. Рейс 1754 авиакомпании «Дельта». Встретимся в аэропорту.

— Джастин, извини, что спрашиваю, но твой отъезд действительно не связан с моим пребыванием у тебя? Может, мне лучше переехать в гостиницу?

— Прекрати, Роберт. Я просто уезжаю на пару дней к сестре. Что в этом странного?

— Странно то, что еще пару дней назад ты и не помышлял об отъезде, а тут вдруг засобирался. У тебя что-то случилось?

— Ничего, если не считать, что я ужасно соскучился по Мардж и племянникам. Меня не будет дня три или четыре, так что можешь использовать мою квартиру по своему усмотрению.

— Например?

— Например, пригласи сюда свою Памелу. Когда ты, кстати, познакомишь меня с ней?

— Как только ты вернешься из Техаса. Можно будет устроить настоящий домашний ужин. Я даже возьмусь сам все приготовить. Я познакомлю тебя с Памелой, а ты познакомишь меня с Тони. Как тебе такая идея?

— Звучит неплохо, но давай обсудим ее после моего возвращения. Надеюсь, до того времени ты не улетишь в Кайенну? Почему все же тебя так тянет туда? Маленькая, забытая богом и людьми страна. Там, наверное, даже и не знают о том, что творится в мире. Чем вообще занимаются местные жители?

— Добывают золото. А еще бокситы и изумруды. Изумруды там, правда, не такие роскошные, как в Колумбии, но тоже ничего. Там лучшие в мире креветки и еще настоящий рай для тех, кто хочет укрыться от противной нью-йоркской зимы. Круглый год температура там двадцать пять градусов. Кайенна, конечно, не лучшее место на земле, но мне она нравится. Город небольшой, всего триста тысяч жителей, но необычайно чистый и аккуратный. К тому же там очень красиво. Французскую Гвиану недаром называют краем ручьев. Когда-то это был настоящий рай для пиратов, рука правосудия не дотягивалась до этого кусочка суши.

— И кто населяет этот рай?

— Креолы, европейцы, бразильцы, индийцы и конечно же китайцы. В Гвиане есть семьи, которые до сих пор живут нравами и традициями прошлого — а то и позапрошлого — века! Только представь: приглушенный свет старых ламп, запах воска, цветов, шелест листвы, крики болотных птиц, стрекот цикад, неспешные разговоры в кругу семьи… Не знаю, что может быть лучше.

— Но ты, надеюсь, не собираешься остаться в этом раю навсегда?

— Нет, конечно. Думаю, нам с Пэм вполне хватит двух месяцев в году. Я буду работать над новыми коллекциями, а она будет моей моделью. Ну и, кроме всего прочего, будем путешествовать по стране. Может, и ты как-нибудь заглянешь к нам?

Может, и загляну. Никогда ведь не знаешь, куда именно повернет жизнь.

— Передавай привет Мардж и скажи, что я до сих пор еще немного влюблен в нее, — с улыбкой сказал Роберт. — Твоя сестра необыкновенная женщина, и, если бы к моменту нашего знакомства она не была замужем, я обязательно женился бы на ней.

— Я ни за что не позволил бы Мардж выйти за тебя замуж, — смеясь ответил Джастин. — Вспомни, сколько девчонок увивалось вокруг тебя еще в колледже! И сколько их было потом!

— Теперь с этим покончено, — на этот раз серьезно, без тени улыбки произнес Роберт. — Памела та женщина, рядом с которой я могу стать по-настоящему счастливым. Не знаю, как объяснить, но я это чувствую. Едва увидев ее, я понял, что это на всю жизнь. У нее такие удивительные глаза… словно океан, переливающийся всеми оттенками голубого и зеленого. Рядом с Пэм я забываю о делах, думаю только о том, как остановить быстротечность жизни и как бы выторговать у судьбы лишний денек, который я мог бы провести рядом с ней.

— Завидую тебе, старина, — грустно улыбнулся Джастин. — Такое же в точности чувство я испытывал лишь к одной женщине, но все давно уже в прошлом. Сейчас мне даже кажется, что ничего не было вовсе и то, что я помню, лишь игра моего воображения. Впрочем, хватит об этом. Ты ведь сам говорил, что куда лучше смотреть вперед, чем оглядываться назад.

— Когда нет того, на что стоит оглянуться. Впрочем, каждый решает сам, стоит или нет окончательно рвать с прошлым и жить одним лишь настоящим.

— Прекрати, Роб. Ты никогда не был занудой, так что не начинай сейчас. И не забудь кормить Ланса. Он любит свежую рыбу, ее приносят из соседнего магазина по вторникам, четвергам и субботам. А теперь мне действительно пора: Самолет через полтора часа, а мне еще необходимо доехать до аэропорта.

— На твоем месте я бы вызвал воздушное такси. Но ты, конечно, не сделаешь этого. В этом ты весь. Уверен, те, кто рядом с тобой, даже и не подозревают, что ты отпрыск одной из самых богатых семей Америки. Не понимаю, как до тебя до сих пор не добрались репортеры.

— Ну, во-первых, у меня другое имя, а во-вторых, им хватает похождений моей сестрицы Эллин.

— Что передать Тони, если она вновь позвонит?

— Передай, что я исчез, испарился и что вряд ли когда появлюсь снова.

С этими словами Джастин вышел из комнаты, не заметив странного взгляда, которым окинул его Роберт. Остановив такси, он попросил отвезти его в аэропорт Кеннеди и всю дорогу только и делал, что отгонял от себя воспоминания о том, как встречал там Линн. Ее взгляд он улавливал в любой толпе, еще даже не видя ее саму. Это получалось как-то само собой. Взгляды их встречались, и тут же словно электрический разряд пробегал между ними. Люди вокруг исчезали, и видели они в такие моменты и слышали только друг друга. Особая, существовавшая только между ними двумя магия позволяла им переходить в другое измерение, в котором жизнь текла уже по другим законам. Встретившись, они бросались в объятия друг друга, и не нужно было никаких слов, чтобы выразить их чувства. И не было никаких сомнений и раздумий. Слова не несли тайного смысла, а будущее казалось счастливым и безопасным.

Наверное, мы исчерпали весь отпущенный нам лимит счастья, подумал вдруг Джастин. И если это так, нужно научиться жить, не думая о прошлом. Многие так живут и даже, кажется, находят в таком существовании особое удовольствие. Никаких волнений — одно лишь размеренное существование. А может, это и есть тот самый смысл жизни, который ищет каждый мыслящий человек? Но тогда какая сила заставляет людей вновь и вновь отправляться на поиски своего счастья? Какая сила толкает на создание произведений искусства, которыми восхищаются миллионы людей? Что это за сила, которая выворачивает наизнанку душу, а затем позволяет ей взлететь или опускает в пучину еще более мучительных страстей? И почему он, Джастин О'Райли, никак не может найти название этой самой силе, что перемалывает сейчас его самого?