Измена. Ты далеко - Анна Герц

– От осинки не родятся апельсинки!

– Вы про что?

– Про его отца и про него, вы бы держали дочь подальше от этих людей!

– Давайте мы сами разберемся, простите, мне надо работать!

Лебедев качает головой.

– К вам опека придёт скорее всего, хотя сто процентов и не я вызову, можете не злится! Плохо, вы воспитываете детей! Что отец хоть и авторитет на весь город гремит, уголовник, что сын! В чём прикол в блатной романтике…

Я молча разворачиваюсь и иду в сторону дома. Вот это номер, а Егор оказывается ранее судимый…

Уже у квартиры судорожно вздыхаю… Рита, Рита… Память вновь уносит меня назад, на много лет тому назад…

* * *

Стоя перед большой зеркальной стеной, я чувствовала сильную неприязнь к самой себе. Короткое платье, белые ботфорты, и все это было на виду в коротком платье. Платье, несомненно, прозрачное.

– Ничего не хочешь мне сказать?

Я испугалась и обернулась. Ко мне вошел он. Он, как, всегда был подшофе.

– Что я должна была сказать?

– О том, что будешь выступать перед Визирем и Тихомиром?

Тихомир… Какое знакомое имя…… Я была наслышана о нем много, о его пьянках, драках и похабном отношении к девочкам. Неужели мне предстоит раздеться перед ними? А что если это тот Тихомир… Бабушка, родители…

– Я не знала! А ты мог заступиться за меня перед братом! Не подвергать таким унижениям!

Егор подошел ко мне вплотную. Взял за плечи.

– Я не знал! Ты не будешь это делать!

Впервые, я была рада, хотя в его слова с трудом верилось. Он опасался брата и исполнял все его приказы.

– Я соскучился!

Направил руки к моему телу и меня передернуло. Притянул к себе и его пальцы скользнули ко мне в трусы. Стало жарко, от его прикосновений, противно. Сняв нижнее белье, войдя в меня одним рывком… О боже! Я чувствовал себя так, словно попала в ад, совершенно ужасно. Ублюдок. Конченый ублюдок, от которого меня тошнило.

– Сучка!

Больно зацепил зубами мочку уха. Я прикрыла глаза, хотелось плюнуть ему в рожу. Я до сих пор не понимала, как сдерживалась.

Когда все закончилось, Егор положил мне на стол деньги. Внутри все сжалось, это означало что я шлюха в его глазах. Раньше, он так не делал.

– Что это?

Егор обнял меня за плечи.

– Ничего, деньги! Больше ты ничего не должна! Можешь бросать Марченко! Думаешь я для Риты плохим отцом стану?

– Зачем? У Риты есть свой отец!

– Просто! Ты считаешь это отец кто тебя под всех подкладывает?

– Забери!

Он прижал меня к своему телу.

– Ты моя, ты помнишь об этом? Бросай ты его! Не нужен он тебе!

Я непроизвольно кивнула. Конечно помню, такой кошмар в своей жизни, я никогда не забуду.

– Скоро братец отдаст мне клуб, и ты перестанешь выступать! Будешь со мной жить!

Меня передернуло от его слов.

– Тебя голой кроме меня больше не увидит ни один мужик! Я Ритку удочерю твою, она будет нашей дочерью! Марченко не муж и не отец!

Последнюю фразу он произнес с явной злостью, а я высвободилась из его рук и посмотрела в его голубые, ничего не выражающие глаза.

– Если бы ты захотел и не был бы таким трусом, то меня бы и сейчас не видели голую! – с вызовом произнесла я. – Ты так…

Егор тут же залепил мне оглушительную пощечину.

– Не смей, слышишь! Никогда не смей так со мной разговаривать! Я твой хозяин, если ты не забыла! Хочу бью, хочу трахаю тебя! Уяснила?

Дверь распахнулась. На пороге стояла одна из девочек, Мадлен.

– Простите! – тут же осеклась она. – Олеся! Гости приехали! Тебя все ждут!

Егор отвернулся, а у меня в глазах застыли слезы. Несчастный трус. Да и что ты хотела Олеся? Он прав, ты для него просто вещь, а он твой хозяин. Ты просто отдавала долг своего мужа….

* * *

Я стояла у балдахина. Ярко красного, алого и прижималась к стене. Та веселые голоса, шампанское искрится в бокалах, льется рекой алкоголь. А у меня боль. Страх и боль. Раздеваться в вип комнате, это означало все. Девкам платили хорошие деньги, и они радовались, когда их приглашают, но не я. Я не понимала почему Вика не могла за меня заступиться? Потап же трахает ее. Она могла поговорить с ним, но не стала. Порой мне казалось, что я и Пашка ей не нужны, она сама до одури боится потерять Потапа, что уплывут деньги. Тогда она будет никому не нужна и не сможет покупать себе сумочки и туфли, а еще ходить по салонам красоты.

А про Марченко я вообще молчала…

– Твой выход, че стоишь!

Мадлен толкнула меня в спину. В этот момент заиграла музыка и я шагнула на сцену, как на эшафот. Шагнула и замерла. Весь стол одних мужиков, столько сальных взглядов. Кто-то смотрит с явным презрением, а кто-то только и думает, как бы меня трахать. Они радостно заулюлюкали. Я шагнула к шесту и на секунду подняла глаза. Мой взгляд столкнулся с весьма необычным взглядом. Красивые, но очень холодные глаза. Равнодушные и скорее всего чужие. Волчий взгляд, человека, не знавшего жалости. Красивое волевое лицо незнакомца тут же скривилось, он посмотрел на меня, как на насекомое и тут же отвернулся.

– Я, наверное, выйду подышу! – встал он из-за стола. – Ни в моем вкусе! И я не люблю шлюх, извините!

Мне словно дали кулаком под дых. Шлюха. Вот я кто. Именно так сейчас он меня назвал. Каблук в этот момент каким-то образом зацепился за шест, я взмахнула руками и неуклюже упала. Первый раз. Незнакомец остановился, его лицо продолжая сохранять надменное выражение, расплылось в ухмылке.

– Вы не ушиблись, мадам?

Это он… Я узнала его… Это он…

У меня внутри все сжалось. С трудом встала, знала, что Потап меня убьет и нужно продолжать танец, но вместо этого развернулась и бросилась за кулисы. Плевать что будет, такого позора, я выносить больше не могу, даже если Потап убьет меня. Я решила уходить, сбежать уйти, или иначе не вынесу. Останавливаюсь у стены, пытаясь отдышаться, а перед глазами образ этого молодого мужика. Интересно кто он? Я никогда не видела такого взгляда, взгляда человека много прошедшего и хорошо знавшего жизнь.

Это он… Это был он… Бабушка, родители…

– Олеся! Господи! Ты в порядке?

Оборачиваюсь. Ко мне спешит Вика в вечернем платье, а мне до ужаса хочется плюнуть ей в рожу.

– Вика, вернись на место! А к тебе у меня серьезный разговор!

Я смотрю перед собой. За спиной Вики стоит Потап и по его лицу уже понятно, это будет не просто разговор, это означает что все, в лучшем случае, меня лишат денег, а что будет в худшем, я даже предположить боюсь. Отворачиваюсь. Я ненавижу этого ублюдка и Вику ненавижу. Я ненавижу их всех.

– Простите, я не помешал?

Вздрагиваю. Быть того не может. Тихомир, но что он делает здесь за кулисами? Сердце бешено стучит. Да что со мной такое…

Господи, как же больно…

Шлюха. А что ты обижаешься, знай свое место. Он, верно, дал твою характеристику. Я курила сидя на окне, ощущая, как трясутся руки. За меня даже не было кому заступиться, я сирота…

– Ты в порядке?

Это был Егор. Только его не хватало. Несчастный трус, даже не мог заступится за меня перед собственным братом.

– В порядке! – хмуро ответила я.

Егор коснулся меня и тут же всю передернуло.

– Прости меня!

Я растерянно уставилась на него. Что с ним? Перепил?

– Олеся, иди ко мне!

Он стащил меня с подоконника и прижал к себе. Я слышала стук его сердца.

– Все изменится, потерпи немного, у нас будет куча бабла, и мы уедем!

Я скривилась.

– Куда?

– Втроем! Дочку тоже с собой заберем! Я тебе обещаю! Ты нужна мне!

Егор был пьянее обычного, но таких нежностей от него можно было редко услышать. Что нашло на него сегодня, я не понимала. Да и если честно, мне его слова не нужны были.