Его девочка. Вынужденный брак! - Анна Герц

его мамы. Пианино красивое белое было запретом для меня… Все было для меня запретом.

Я была не нужна. Никому… Свекор очень хороший человек всегда виновато опускал глаза. Ему было стыдно за поведение сына и жены, а они меня за человека не считали.

Помню Инесса Марковна как то заставила меня перебрать рыбу, самое грязное, а я перебирала. Я хотела угодить…

Прикрыла на секунду глаза. Время уносило меня далеко далеко назад…

Глава 19

– Это Генка смотри, как смотрит на тебя!

Я молча шла по дороге думая что Оксанка есть будет. Андрей с Маринкой связался, она из детского дома… А маме с папой никакого дела нет. Они все пьют. Бабушка уже устала от их пьянок, совсем отгородилась. Из калитки вышла пьяная Жаба, а я тяжело вздохнула.

Мамкина подружка и собутыльница. Я тяжело вздохнула. Опять мама пьяная, еще и папа придет пьяный. Как мне надоел этот алкоголь…

– Ты на танцы вечером идешь?

Рита во все глаза на меня смотрит, а я киваю. Хотя какие мне танцы… Скоро школа закончится… Последний год. Куда я с сельским дипломом хоть и с отличием…

В Питер… Это моя мечта… Но в Питер я не поступлю, у родителей нет таких денег и связей, я это прекрасно понимала и очень часто задавалась себе вопросом зачем мама в таком количестве нас вообще родила…

Как я и предполагала мама была пьяная спала прямо за столом. Я с грустью посмотрела на нее, во что превратилась некогда красивая женщина за которой ходила толпа мужчин. Волосы спутанные в грязи, сама грязная. Я тяжело вздохнула.

Дверь калитки скрипнула и я думая что это Жаба вернулась выбежала и замерла. У дома стоял Гена. Внутри все сжалось. С ума сойти. Только его еще не хватало.

– Привет!

– Привет! – неуверенно произнесла я чувствуя, как краснею.

Гена высокий, красивый широкоплечий, как говорится в деревне косая сажень в плечах был объектом любви многих наших деревенских девчонок. Я все видела и понимала какие взгляды он на меня бросает, но понимала что он старше, а меня это пугало.

– Я пришел узнать на дискотеку придешь?

Он демонстративно оперся на калитку, а у меня бешено забилось сердце.

– Да приду! – сама не знаю зачем ответила я хоть сама приходить не планировала.

В тот момент я поняла что потеряла свой покой.

ГРИГОРИЙ

Я стоял напротив больницы. Стоял и смотрел, как дурак, а внутри все бешено сжималось. Такая тревога… Я знал это последний раз. Каждый человек чувствует. Я видел его глаза. С каким обожанием он смотрел на нее, но точно знал эта мразь может унизить и причинить боль, как и его отец…

Его отец… Тогда все списали что его убили приезжие после местной попойки, но я хорошо помнил этот момент. На секунду прикрыл глаза.

– Ваня, я прошу тебя не кричи дети спят!

– Какие дети? Мой значит к бабке, у нее должен жить, а твой дома!

– Ваня это мой…

Она замолчала.

– Что твой? А вы…к твой?

– Гена не выб… к! – заорала мама. – А мой сын от Юры! Я знаю это ты подставил его с зерном, я все знаю!

Раздался удар, следом еще один удар… Мама закричала, а я встал с кровати. Руки сжались в кулаки. Я понимал я все понимал что сейчас сделаю этой ночью, какой грех возьму на себя, но иначе не мог.

Он спаивал маму, держал ее в страхе и больше позволить чтобы эта мразь издевалась над ней я не мог.

Ненависть заполняла меня всего.

Я презирал его, до жути. Ненавидел. Мне хотелось плюнуть ему в лицо, это самое малое что мне хотелось. Сколько мы дрались, сколько эта мразь которая хорошо знала председателя угрожала маме что посадит меня в колонию, но я понимал что сделаю это. Сегодня… В эту ночь…

Закурил. Вышел из воспоминаний все сильнее понимая какие правильные мысли приходят к нам ночью. Вот он садится в машину, я еду за ним. Я понимаю что все. Обратного пути, как и обратной дороги, его отец пока я не убил его искалечил всю жизнь нам, мне и моей маме.

Эта мразь не заслужила жизни, как и не заслужил его отец, я не Бог, но знал точно одно. Я убью его, убью также, как и его мразь отца.

Я ехал за ним не зная замечает он или нет. Мне было уже наплевать. В этот момент я знал обратной дороги нет. Я сдержу свое обещание. Я не Бог, но он заслужил жизни на этой земле, как и его отец…

Двенадцать лет я отсидел за то что не сделал. Я был пьян, чуть ли не уснул в обнимку с коньяком в тот момент когда они убили парня и насиловали ту девушку.

Как он хладнокровно зарезал ее оставив сиротой ребенка. Часто передо мной вставал ее образ, я понимал я виноват, что не проснулся и не спас ее от неименуемой страшной смерти, что этот подонок с дружком сделали с ней.

Все мысли были постоянно об этом, о том что они сделали с этими людьми.

Шакал остановился чуть поодаль от своего загородного дома, он знал что охранники мне не помеха.

Они стояли у ворот дома, как верные псы которые поджидали хозяина который бросит им косточку. Машина заехала в раскрывшиеся ворота и скрылась за ними, а я закурил вновь.

Пустота. Вот в чем я думал в тот момент, в сердце была пустота… Я готов был ждать его долго, очень долго, но уже заранее знал, как попаду в дом. Теперь это точно был конец.

* * *

Спустя час я стоял в его спальне. Пистолет с глушителем в руке, а в глазах отражение ненависти. Ненависти к нему… Я знал что он зайдет в эту комнату чтобы остаться здесь навсегда что он никогда отсюда не выйдет ни за что. Я не дам. Что это конец. Я прижался к стене. Вспоминал, как росли, как ни раз помогал ему на зоне, как пытался считать его своим братом, но так и не смог. Урод подставил меня, украл общак, свалил все на меня, а еще попытался меня убить и забрать мою женщину себе. Мою… Из темноты жег образ ее глаз. Большие и такие родные. Любимые… Глубокие глаза. Как сильно я ее люблю. До жути. Моя жизнь.

Рука крепче сжала пистолет. Мне было не в первой убивать, но ни такого, как он родного, как мне казалось человека.

Открывается дверь и раздается приглушенный выстрел. Мы смотрим в глаза. Он в мои, а я в его. На его белой рубашке расплывается пятно крови.

Это конец…

Эпилог

Я не спала. Просто стояла у окна. Так красиво. За ним таял снег. Зима закончилась, приходит весна, а увижу ли я ее я уже не знала. Я все чаще вспоминала свою прошлую жизнь все что было связано с Геной, как я была счастлива.

Как мне было хорошо. Столько всего было, а я все равно была счастлива, то что было между мной и Родионом была не любовь.

Прижимаюсь лбом к стеклу, а память уносит меня далеко далеко на много лет тому назад…

– На танцы намылилась?

Отец хмуро смотрел на меня. Он только что опять избил маму. Избил за то что пришел домой, а она пьяная. Хотя по дому было все сделано, ужин на столе и в огороде все хорошо, ему нравилось это состояние. Нравилось ее бить и унижать. Мама не уходила, говорила пол деревни так живет, а я так жить не хотела. Страшно это было.

Вот так жить в постоянных скандалах и недопониманиях. Когда тебя унижают, бьют собственный муж которому ты троих детей родила.

Андрей и Оксана тоже сами по себе. Да что там, все сами по себе. У всех своя