Ищем маму. Срочно! - Саша Черникова

принцесса! Займёмся нашими баранами! – кивнул он в сторону двери. – Телефон свой возьми!

Мы вышли из его спальни и, оставив дверь открытой, на случай, если Машенька заплачет, прошли в комнату напротив.

– Давай, куда там тебе бабки переводить? – усадив меня на диванчик, по-деловому спросил Марк.

У меня всё внутри затряслось в предвкушении. Неужели сейчас Марк действительно погасит мои долги перед банками?

Он даже бровью не повёл, переводя на мои счета миллионы рублей, как будто каждый день так делал. Сколько же у Данилова денег, что он с такой лёгкостью с ними прощается?

Я несколько раз проверила, что остаток моего долга перед банком по нолям, потому что не могла в это поверить. Кабала, на которую я себя обрекла, стремясь к успешной жизни независимой женщины, рассыпалась, как карточный домик. Боже, даже дышать стало легче!

– Это тоже тебе, любовь моя! – протянул мне красивое колечко Марк.– С бриллиантиками!

Он даже встал на одно колено и взял меня за руку, чтобы надеть на палец украшение.

Я была в халате, ненакрашенная, с влажными после душа волосами, мы не были в каком-нибудь шикарном ресторане или на яхте, как я мечтала раньше, но это всё же было романтично. К тому же это всё было не по правде, так что и придираться не стоило.

– Марк, спасибо! Оно очень красивое! – с восхищением воскликнула я, видя, что он не поскупился на кольцо. – Ой, я сейчас заплачу!

В подтверждение своих слов я не выдержала и всхлипнула. Все мои обиды на Марка растворились, как туман. Как и любая женщина, я обжала подарки, но мне и в мечтах не являлось, что кто-то может осыпать меня деньгами за раз с головы до ног.

Я понимала, что любимой Данилов меня назвал, следуя нашей с ним легенде, но всё равно ему удалось меня растрогать до слёз. Что-то я слишком часто стала плакать в последнее время.

– Ну, что ты, Дианочка! – засуетился возле меня Марк. – Не надо плакать! Радоваться надо!

Он сел рядом и обнял меня. Я уткнулась в его рубашку вкусно пахнущую его одеколоном и разревелась пуще прежнего. Не знаю, сколько мы так сидели в обнимку, пока я не успокоилась.

Не такой уж Данилов и бессердечный, как выяснилось...

– Ох, прости! – шмыгнула носом, освобождаясь из кольца его сильных рук. – Что-то я расквасилась.

Когда я подняла глаза на Марка, он так странно на меня смотрел, что я разволновалась. Что-то не так? У меня тушь потекла? Так я же не накрашена.

Осторожно, будто боясь меня напугать, Марк взял меня за подбородок. Его лицо начало медленно приближаться к моему лицу. Что он делает, мамочки?

14. Диана

14. Диана

Я не успела понять, хочу ли я, чтобы Марк меня поцеловал...

– Уа-а! У-а-а! – раздалось из его спальни.

– Чёрт! – расстроенно выдохнул он мне в губы. – Никуда не уходи! Я сам! – Марк вскочил с диванчика. – Сейчас я укачаю Машеньку и вернусь с вином, – пообещал он. – Нужно отпраздновать сегодняшние события.

Я откинулась на подлокотник головой и улыбнулась, разглядывая кольцо. Взяла в руки телефон и сделала несколько фотографий. Даже в искусственном освещении бриллианты сверкали, что же будет, когда я завтра сфотографирую кольцо в лучах солнечного света?

Пора бы уже начинать выкладывать что-то в соцсети. Слава богу, похвастаться есть чем. Время бы только найти, чтобы пост запилить. И силы.

Марка не было слишком долго. Я зевнула, чувствуя, что глаза закрываются сами собой, а потом прикрыла их всего на секундочку.

Проснулась я оттого, что мне стало жарко. Я сладко потянулась, надеясь поспать ещё немного. Нужно только лечь удобнее.

Повернуться на другой бок не вышло. Что-то волосатое и горячее мешало это сделать. Это что-то сопело мне прямо в шею, щекоча своей бородой, а его рука покоилась на моей груди.

Я едва не заорала, поняв, что лежу в кровати Данилова, а он лапает меня, как будто так нужно. Ещё больший ужас я испытала, поняв, что на мне совершенно нет одежды, если не считать маленьких кружевных трусиков.

Как я здесь очутилась, и почему я голая?

Мамочки...

У нас же с Марком ничего вчера не было? Или я просто напилась вина и ничего не помню?

Данилов хрюкнул и отвернулся от меня, освободив от плена своей лапищи. Натянув одеяло до подбородка трясущимися руками, я обернулась и посмотрела на Марка. Убедившись, что он спит, тихонько выползла из постели и, найдя на полу свой халат, судорожно натянула его на себя.

Спать совершенно расхотелось. Я проверила Машеньку, которая тоже сладко спала, и пошла умываться. Потом спустилась на кухню, прихватив с собой радионяню, и зарядила кофеварку. Тревожные мысли о том, что мы с Марком переспали, не давали мне покоя. Прислушавшись к своим ощущениям в причинном местечке, я всё же пришла к выводу, что ничего не было, но лучше бы спросить об этом на всякий случай Данилова.

Он не заставил себя долго ждать. Явился ещё до того, как я кофе сварила. Уже в костюме, свежий и причёсанный.

– Доброе утро, любовь моя! – просиял он ярче солнца. – Сделай мне тоже, пожалуйста! – кивнул на мою кружку.

Я отдала Марку свой напиток, а себе принялась варить заново. Так неловко было видеть его сейчас после того, как он трогал мою обнажённую грудь.

– Доброе утро, Марк. Почему я проснулась голая? Ты не знаешь случайно? – набравшись смелости, спросила я и покраснела.

– Ты уснула вчера, – прихлёбывая кофе, ответил он. – Я перенёс тебя в кровать и снял с тебя халат. Ну, не в одежде же спать? Правда же?

От мысли, что Даниилов мог разглядывать меня голую, щёки вспыхнули ещё сильнее. Какой ужас!

– Значит, это ты перетащил меня к себе?

– А кто ещё?

– Зачем? Я думала, мы будем жить по разным спальням?

– Здрасьте! Ты моя невеста? Жена почти? Как же мы будем по разным комнатам?

– Кстати, о свадьбе, – перевела я тему. – Нам нужно назначить дату. Мама хочет прийти и мои братья тоже.