Как все началось... - Мартон Сандра

Слейд закрыл глаза. Ну вот и все.

Было скверно знать, что Лара принадлежит другому мужчине. Сотне мужчин, как он подозревал. Но что у нее ребенок… Что другой подарил ей ребенка…

— Привет.

Он вздрогнул, повернул голову и увидел женщину, проскользнувшую на соседнее сиденье.

— Здесь занято? Я не заметила, чтобы здесь кто-то сидел, и я подумала…

— Думаю, не занято. Она улыбнулась.

— Хорошо, тогда я — Жанет.

— Жанет, — отозвался Слейд. Приятное имя. Приятный голос. Приятное личико. Он кашлянул. — Все дело в том, Жанет, что ты теряешь время. Или мне придется потерять его для тебя.

Ее улыбка застыла.

— Извините?

— О, это долгая личная история, Жанет, и я не в настроении ее рассказывать. Так что приятного полета, и ничего от меня не жди. Ну как, уразумела?

Женщина вскочила с кресла.

— Вы сумасшедший!

Слейд коротко, резко хохотнул.

— Да, — устало согласился он, — и это тоже. Он повернулся к иллюминатору. За темным стеклом выплыло лицо ребенка. Чернильно-черные волосы, глаза цвета дыма…

Слейд схватил наушники, нацепил их и настроил на канал тяжелого рока. Все что угодно, только чтобы мозги перестали метаться. «Все что угодно», — подумал он, откинул голову и закрыл глаза.

В «Эспаду» он попал ночью. Кармен услышала, как он входит в заднюю дверь.

— Это я, Слейд, — поспешил сказать он, пока она не переполошила весь дом.

Кармен улыбнулась, заторопилась к нему и крепко обняла.

— Ты совсем не изменился, с тех пор как был мальчишкой, — сказала она, не отпуская его, — всегда возвращался в дом, когда остальные давно спали.

— А ты всегда выгораживала меня перед стариком, улыбнулся он и поцеловал ее в щеку. — Посмотри на себя, ты еще прекрасней, чем прежде.

— А ты все такой же потрясающий врун, — сказала она, покраснев. — Ты голоден? Могу разогреть что-нибудь от обеда или сделать тебе бутерброд — как захочешь.

— Все, чего я хочу, так это горячий душ и выспаться за ночь. Кто-нибудь уже приехал?

— Ты братьев имеешь в виду? Тревис прилетает завтра, Гейдж тоже.

Слейд ухмыльнулся.

— И Гейдж тоже? — Он наклонился, снова поцеловал хозяйку в щеку. — Знаешь что, Кармен? Так хорошо быть дома!

Это правда было хорошо.

Утром стало еще лучше, когда он увидел Кэти.

— Слейд, — закричала она, бросившись в его протянутые руки. — Кармен сказала, что ты здесь. Когда ты успел? Почему не разбудил меня? Как здорово, что Тревис и Гейдж сегодня приезжают, да?

— Уф, слишком много вопросов. Дай хоть кофе заварю. Рад тебя видеть, дорогая.

— Я так счастлива, что ты побудешь здесь немного! Кэтлин снова его поцеловала, затем заварила кофе и налила ему и себе. — До этого я вообще не была уверена, что кто-нибудь из вас приедет.

— Так ты же сразу сама заявишься с хлыстом! — Слейд усмехнулся. — Силы своей не знаешь, дорогая!

— А что, мой красивый брат имеет проблемы с женщинами?

— Я? — Слейд поставил чашку, подошел к плите и наложил себе яичницы. — Забыла, с кем дело имеешь? Я их люблю, я их и бросаю.

— Ты не ответил на мой вопрос. Слейд вздохнул. Его сводная сестра умела быть настойчивой.

— Я бы не назвал это «проблемой». Просто… эээ… кое-какие неприятности.

— Что случилось? На сей раз ты полюбил, а тебя кинули?

Слейд нервно усмехнулся.

— Кэти, дорогая, не то чтобы я не ценил твою любознательность, просто…

— Просто не желаешь этого обсуждать.

— Здесь нечего обсуждать. Как я уже сказал, были некоторые затруднения.

— Ладно, уговорил. Может, я могла бы помочь в твоей… в твоих затруднениях.

Слейд посмотрел на сестру: улыбка Кэти излучала невинность. Занятно было бы представить, как он начнет ей рассказывать о Ларе. «Ну, — скажет он, — понимаешь, дорогая, есть одна малышка, с которой я переспал, а потом не видел ее долгое время. И встретил в ближайшие пару недель. Все дело в том, что мы не можем отделаться один от другого, хотя друг друга… ммм… недолюбливаем — и… о, а я упомянул, что у нее есть ребенок? Такой маленький мальчик с чернильно-черными волосиками…»

— Слейд. — Кэтлин коснулась пальцами его ладони. Слейд, что случилось? У тебя такой вид, будто ты увидел привидение.

— Ничего, все отлично, я в порядке. — Он тяжело вздохнул и изобразил подобие улыбки. — Просто в последнее время у меня немного сумасшедшая жизнь. Пара дней с тобой, Тревисом и Гейджем, и я буду как огурчик.

— Вот это да! — послышался низкий голос. — Как это мой сын, моя плоть и кровь, допустил, чтобы папа не присутствовал при его душевных изменениях.

Слейд напрягся и обернулся. Джонас Бэрон стоял в дверях, сухощавый, прямой и высокий, как всегда.

— Отец, — вежливо проговорил Слейд, — рад тебя видеть.

Джонас усмехнулся.

— Как бы не так.

«Вот именно», — подумал Слейд.

Не все в этом мире можно забыть.

К тому времени, когда приехал Тревис, Слейд чувствовал себя почти прежним.

А вот Тревис явно нет. Он чуть не убил Слейда за шуточку, которую тот отпустил по поводу его пристрастия к блондинкам.

— Что ты хотел этим сказать? — наступал на него Тревис. В былые времена это означало, что вскоре они начнут кататься по земле и мутузить друг друга.

Впрочем, кое-что все же меняется, и Тревис, вместо того, чтобы повалить его, вздохнул, пробормотал извинения, и они замяли дело. Тревис замял, а Слейд только притворился. Что-то грызло его старшего брата, вполне вероятно, что-то, связанное с женщиной.

Женщины оставались загадкой. Едва Слейду начинало казаться, что ключ найден, как он натыкался на новую стену.

Следующим появился Гейдж, и все были шокированы, узнав, что Натали ушла от него. Что же это с ними со всеми происходит?!

Однако постепенно все пришло в норму. Тепло семейного очага размягчило души, раздался смех, шутки, выяснилось, что Тревис оказался прав по поводу раздела имения, которое, как оказалось, никому не нужно, кроме Кэти, но Джонас не мог смириться с мыслью, что она не Бэрон по рождению.

— Повезло же Кэти, — пробормотал Слейд и отправился с Гейджем и Тревисом на сеновал.

Они сидели и шутили о том о сем. К ним присоединился Грант Ландон, адвокат старика. Он оказался хорошим парнем, но, черт его дери, у него не было проблем с женщиной.

«Что же в женщинах такого? — думал Слейд, одеваясь на вечер. — Почему их совершенно нельзя понять?»

Натали бросила Гейджа? Слейд недоуменно покачал головой — это невозможно было даже представить.

Он взял галстук, повязал вокруг шеи и посмотрел в зеркало.

«Проклятье», — выругался Слейд. Галстук никак не завязывался, один конец был слишком длинным, другой — коротким. Можно пойти к Кэти, попросить ее. Она умеет. Женщины всегда все умеют. А Лара? Умеет она завязывать галстук? Когда-нибудь завязывала своим экс-мужьям? Он никогда бы не спросил имя того парня, или чем он занимался…

Или какого цвета у него волосы. Или глаза.

— Пропади все пропадом… — Слейд сдернул галстук, сунул его в карман, рывком открыл дверь и пошел вниз, в гостиную.

Через два часа он уже был в порядке. Так, по крайней мере, он себя убеждал. Надо только почаще себе это повторять, и тогда сам поверишь.

Именно это он шепнул Кэти, когда она танцевала с этой старой змеей, кузеном Лейтоном, а потом — сыну Лейтона, Грею, который искренне ненавидел своего отца; а после — Марте, когда целовал ее в щеку и сказал, что она была почти самой прекрасной женщиной в этой комнате.

— Какая очаровательная ложь, — заметила его мачеха, улыбаясь, — но, поскольку она исходит от самого красивого мужчины здесь, я ее ценю. — Она взяла его под руку. — Почему ты не танцуешь? Все женщины, достигшие половой зрелости, ждут не дождутся, когда ты окажешься столь любезен и разобьешь их сердца.

Слейд расхохотался.

— Обещаю сделать все что смогу, чтобы оправдать их ожидания. А как ты? Как это отец выпустил тебя из поля зрения?

Марта улыбнулась и взяла бокал шампанского с подноса официанта.