Четыре короля - Акулина Вольских

у загадочного владельца хоть толику правды. Хоть что-то, что смогло бы внести ясность.

– Ник, вы считаете себя хорошим человеком?

Фергюссон неопределённо хмыкнул и покрутил в руке фишку.

– Это и есть ваш вопрос?

– Не совсем. Но всё же, хотелось бы услышать ответ и на него.

– С некоторыми оговорками. Ведь не бывает абсолютно хороших или плохих людей.

– Не бывает. Но если судить по поступкам. Каких в вашем арсенале больше?

Мужчина провёл рукой по затылку, чуть взъерошил волосы и озорно посмотрел на Алису. Привычно строгий, элегантный образ теперь разбавлялся мальчишеской непосредственностью.

– Думаю, примерно одинаково. Признаться, я не гонюсь за чистотой души. Но и откровенным негодяем себя бы тоже не назвал. Я правильно понимаю, вы готовите почву для главного вопроса? – он улыбнулся уголком рта.

– Да, что-то вроде.

– Не томите меня, Мелисса. Я уже извелся в нетерпении.

Тон голоса мужчины понижался, становясь похожим на шуршание морских волн о гальку. В любой другой ситуации такой откровенный флирт смутил бы девушку, но сейчас было не до смущения.

– Ну что? – поторопил он. – Вы передумали спрашивать? Или я ещё недостаточно страдал?

– Думаю, достаточно, – Алиса внутренне собралась и подняла глаза. – Знаете, Ник, вы правы. Не бывает абсолютно хороших и плохих людей. Человека определяют поступки, намерения. Чем-то мы можем гордиться, о чём-то сожалеть. И если с хорошими поступками всё более-менее понятно, то в остальном дела обстоят уже не так однозначно.

– Что вы имеете в виду?

Мужчина сложил локти на стол и чуть наклонился корпусом к Алисе.

– Иногда даже плохой поступок можно частично оправдать, если человек сожалеет о содеянном.

– Возможно.

– Так вот, я хочу спросить вас… О каком поступке вы жалеете больше всего?

Фергюсон с удивлением посмотрел на нее, несколько раз поморгал, прежде чем заговорить.

– Что ж… Вы и правда неплохо подготовили почву. Я ждал чего угодно, но…

– Вы обещали честный ответ, – словно испугавшись, что Ник откажется от данного слова, напомнила Алиса.

Лицо Ника стало серьезным. Былая весёлость и лёгкость растаяли вместе с улыбкой. Он встал со стула, поправил полы пиджака и указал Алисе рукой на служебный коридор.

– Давайте поговорим об этом в моем кабинете.

Девушка кивнула и прошла вперед. Резкие изменения в облике владельца напрягали. Тем больше радовало нахождение снаружи полицейских. Алиса незаметно нашарила телефон в кармане брюк. Мужчина отвлёкся на менеджера, и, пользуясь возможностью, Алиса открыла книгу контактов, разыскала номер Тревора и зажала смартфон в руке, готовая в случае чего послать сигнал. Фергюсон вскоре догнал её и шел в нескольких шагах позади. Собранный и прямой. Дойдя до двери кабинета, Алиса остановилась, позволила мужчине пройти вперед и открыть ей дверь.

Помещение было немного старомодным, но обставлено со вкусом. У окна стоял крепкий дубовый стол с изящной лампой. Два шкафа с книгами располагались по бокам. В дальнем углу Алиса увидела сейф с серьезным замком.

Мужчина приглашающим жестом указал на кресло, подошел к одному из шкафов, достал оттуда бутылку бренди и два стакана. Налил в каждый стакан по пальцу и протянул один Алисе.

– Спасибо.

Ник поставил бутылку на стол и тихо заговорил:

– Знаете… Вам удалось разбередить старую рану… Я уж было думал, что все это в прошлом, – он сделал паузу, затем быстро выпил содержимое стакана, положил локти на стол, задумчиво посмотрел куда-то на стену и потом устремил взгляд на девушку. – Вам известно, как называется казино?

– «4К»?

– «Четыре Короля», если точнее. И вот почему…

Фергюссон поднялся со своего места и подошел к стене, указывая на фото, висящее на ней. Алиса встала и подошла ближе к рамке. С фотографии на неё смотрели четверо молодых мужчин, даже юных. Одного из них девушка узнала сразу.

– Это вы? – указала она на парня со светлыми волосами. Ник улыбнулся ей.

– Верно. Это я и мои друзья. Мы дружили с детства. Семь лет назад мы решили открыть казино вместе. «Четыре короля». Мы в шутку называли себя так, будучи подростками. Эрни, – Ник указал пальцем в высокого симпатичного парня. – Он был червовый король. Зак – трефовый, Митч – бубновый. Мне достались пики.

Ник улыбался своим воспоминаниям. Но улыбка была скорее грустной. После небольшой паузы он продолжил:

– После открытия казино прошел год и… Я стал замечать, что не все в порядке с финансами и, так уж вышло, обвинил в этом Эрни… Я сам не верил в это, но факты… Эрни, конечно, всё отрицал. А я настаивал. Мы тогда здорово поссорились. Прежде такого не было. Эрни всегда был спокойным, не склонным к конфликтам. Но тогда взбесился, ушел, хлопнув дверью… А на утро мне сообщили, что ему воткнули в спину нож в какой-то подворотне и украли бумажник.

– Мне очень жаль вашего друга, – искренне посочувствовала девушка. Мужчина опустил голову и кивнул. Затем посмотрел прямо на Алису. Взгляд его был тяжелым и пристальным.

– Вы хотели знать, о чем я жалею?

– Да, – голос девушки дрогнул.

– Я жалею, что поверил тогда ложным слухам и обвинил самого честного человека из всех нас. Его смерть многое изменила в моей жизни. С тех пор меня очень сложно обмануть, Мелисса.

Он как-то загадочно посмотрел на девушку. Алиса сглотнула, изо всех сил пытаясь справиться с эмоциями. Ник махнул головой, словно стряхивая с себя воспоминания, и на его лице вновь появилось дружелюбное выражение. Под маской радушия явственно читалась боль, скрыть которую, по-видимому, было не под силу.

– Полагаю, я ответил на ваш вопрос?

– Более чем.

Ник отошёл обратно к столу, поднял бутылку бренди и налил немного в стакан.

– В таком случае, извините. Я бы хотел остаться один.

– Конечно.

Угнетенное настроение мужчины разом наполнило стены кабинета. Радостные звуки, доносившиеся из зала теперь казались неуместными. Острое чувство вины кольнуло в груди. На секунду показалось, что подозрения в адрес Фергюссона и вовсе лишены оснований. Но мысль о том, что иные люди, дабы спасти самих себя, способны