Телохранитель для Снежной Королевы - Эмма Райц

– Да. И не собирался ни на что претендовать. До сегодняшнего дня.

– Ты так уверен, что у нас получится сменить привычные роли?

Белинская легко вздрогнула, когда тёплая ладонь Павла коснулась её подбородка, повернув лицом к нему. Костров многообещающе улыбался, всматриваясь в немного напуганные глаза Юли. В них читался не только страх перед будущим, но и слабо тлевший уголёк симпатии, который – теперь он был в этом уверен – оставалось лишь раздуть до полноценного пламени любви.

Скай невесомо коснулся подушечкой большого пальца края нижней губы Юли и подался вперёд, но остановился сантиметрах в десяти от её лица. Зрачки в светло-зелёных глазах Снежной Королевы резко расширились, а на скулах заиграл румянец.

– Ну, со мной как бы и так всё понятно. А ты, по-моему, уже в шаге от.

– От чего?

– От почётного звания моей спутницы.

Белинскую мгновенно охватил жар: от корней волос до самых щиколоток. Весь последний час она смотрела на своего бывшего телохранителя так, будто видела его впервые, и задавалась глупым вопросом: как могла столько лет не замечать в нём мужчину? Того самого: сильного и мощного не только физически, но и морально.

Его мужское начало откровенно заполняло собой пространство, вибрировало в воздухе, возможно, даже гасило сотовую связь. Единственное, чего оно НЕ делало, не подавляло. Не крушило бездумной хищной силой всё вокруг. Костров даже в собственном проявлении владел собой: защитник, воин, охотник… Спутник. Вот почему он все эти месяцы молча следовал за Юлей и подхватывал её раненую душу там, где остальные отворачивались. И делал это не за деньги, а по любви. Осознание этого простого факта снова заставило Белинскую ощутить себя в центре яркого пламени. Не обжигающего. Не уничтожающего. Ласково гревшего каждый миллиметр её кожи, каждую клеточку тела.

Приятные мысли Юли были неожиданно прерваны звонкой трелью смартфона. Она встрепенулась и уставилась на уведомление в центре дисплея: «Услуга оказана».

– Какая услуга?..

Скай с любопытством покосился на её гаджет:

– На «Госуслугах»? Может, что-то с недвижимостью или налогами?

– Господи, – Юля рассмеялась, развернув сообщение целиком. – Я ночью заполнила анкету на смену фамилии. Быстро они.

– Всё? Снова Наумова?

– Ага…

– За это надо выпить! – Павел забавно вскинул кружку с кофе. – За Наумову Юлию Викторовну!

– За неё, – Снежная Королева тепло улыбнулась и подняла свою.

* * *

На обратном пути они снова шли через сквер, взявшись за руки. Пушок почувствовал смену настроения хозяина, поэтому, пританцовывая, бежал впереди и часто оглядывался. Блондинка ему определённо понравилась: её ботинки опьяняюще пахли натуральной кожей, а сама она дружелюбно улыбалась и нежно трепала его за ухо, пока кормила сочной сосиской, обёрнутой в пышное слоёное тесто.

Скай, сплетаясь пальцами с Юлей, чувствовал, как за спиной вырастали мощные крепкие крылья, а привычное ощущение безнадёжности шло трещинами и постепенно рассыпалось на мелкие осколки. «Снова Наумова», мечтательно щурясь от густого снегопада, таяла рядом с Костровым от непривычного ощущения мужской заботы и, несмотря на последние напряжённые месяцы, чувствовала себя на десять лет моложе. Бабочки в её животе трепетали, и им было плевать на лёгкий декабрьский морозец.

– Куда поедем?

– Э… – Юля растерянно запнулась, когда Скай подвёл её к пикапу, обутому в «зубастую» зимнюю резину. – Не знаю… Может, в центр? Последние зимы я стабильно трудоголила в конце года…

– Погнали, – Павел открыл ей пассажирскую дверь и помог усесться. Потом усадил Пушка и сам сел за руль. – В центре красиво. И я даже рад, что ты почувствуешь всю тамошнюю прелесть именно со мной.

– Жаждешь выстроить для меня позитивные ассоциации с праздником? – хихикнула Наумова. – Умно.

– Боже, с кем я тягаюсь? – он хохотнул в ответ и вырулил на проезжую часть.

«Че как успехи? Блонда потекла?» – на дисплее его смартфона высветилось сообщение от Майорова. Костров чуть не поперхнулся и максимально незаметно ответил: «Всё гуд, потом расскажу».

Центр Москвы полыхал тысячами гирлянд и миллионами огней в преддверии Нового года, щедро осыпая москвичей и гостей столицы позитивом на каждом углу. Скай, памятуя плотность народных гуляний, выудил из бардачка спецпропуск и сунул его под стекло, а потом спокойно припарковался в одной из близлежащих улиц.

– Ловко, – хмыкнула Юля.

– Удобно, – усмехнулся Костров, выходя из машины.

Спустя десять минут они в обнимку медленно шли по праздничной заснеженной Манежной, утыканной уютными деревянными домиками с сувенирами, согревающими напитками и фастфудом. Гигантская новогодняя ёлка искрилась тёплыми огоньками и сверкала блестящими игрушками, возвышаясь над весёлыми гуляниями. Пахло хвоей, корицей, апельсинами и лёгким морозцем. Толпы улыбающихся и смеющихся людей хаотично бродили между сувенирными лавками, аттракционами и огромным гладким катком.

Пушок, вновь затянутый в ненавистный намордник, шёл вплотную к колену Кострова, часто озираясь. Гулять в тихом парке ему нравилось намного больше, чем в многолюдных местах.

– Боже, как красиво… – от восторга и одновременного осознания, как много она упускала, окунаясь в работу с головой, Юля прослезилась и ещё плотнее прижалась к плечу Павла. – Настоящее волшебство.

Скай молча прижался губами к её виску и с наслаждением влюблённого наркомана вдохнул сладковато-травяной аромат её духов, смешавшийся с запахом кофе и шерсти от пушистой шапки. Сердце стучало, сбиваясь с ритма, и всё, чего ему хотелось, это вот так стоять посреди московской зимы и бесконечно долго обнимать свою Снежную Королеву, не думая и не заботясь ни о чём.

Откуда-то сбоку раздались подряд несколько щелчков. Костров по профессиональной привычке тут же обернулся, пряча за собой Юлю, и с облегчением усмехнулся:

– Медведя хочешь?

– Какого медведя? – Наумова выглянула из-за его плеча.

– Плюшевого.

Предложение было забавным, словно с кадров какой-то старой романтической комедии, да и к большим плюшевым игрушкам Юля никогда не испытывала любви, считая их бесполезными пылесборниками. Но именно в этот момент ей вдруг до ужаса захотелось…

– Давай.

Они подошли к домику с тиром, и Костров, отдав Юле поводок, взял в руки простое пневматическое ружьё, ловко зарядил его и сделал пробный выстрел по стоявшим в пирамиде фигуркам. Прицел, как он и думал, был немного сбит, но для опытного снайпера с многократно подтверждённой квалификацией подобная неурядица не являлась проблемой. Он снова сфокусировался на мушке с учётом отклонения и попал точно в цель. Ещё восемь метких выстрелов, и слабо скрывавший своё недовольство хозяин тира махнул рукой в сторону витрины с медведями.

Скай красноречиво усмехнулся и, забрав поводок, кивнул Юле:

– Выбирай, какой нравится.

– Вот этот, – она подхватила полуметрового пухлого мишку цвета кофе с молоком с тёмно-синим бантом. – На тебя похож.

– Чем?!

– Хмурится, прям как ты иногда, –