Эва Киншоу - Забава

Семейство Гилл прибыло в полном составе, и Торри в сногсшибательном маленьком черном платье была тут же окружена толпой репортеров и фотографов, старающихся собрать как можно больше материала для колонок светской хроники.

Джон О'Кинли, высокий и импозантный, вел себя дружелюбно, без тени высокомерия. Он очаровал леди Энн своей краткой речью, в которой, ни разу не намекнув на навязанную ему роль спасителя, дал понять, что всю жизнь мечтал объединиться с сэром Рональдом Гиллом.

Торри не могла не заметить, что ее родители облегченно вздохнули. Это можно было скрыть от кого угодно, но только не от нее. Казалось, они совсем забыли о разрыве ее помолвки с Пирсом.

Девушка с интересом наблюдала, как Джон О'Кинли ведет себя в светском окружении. Нельзя сказать, чтобы в украшенном золотой лепниной зале «Тасмании» было очень много гостей. Но, помимо членов правления «Гилл компани» с женами, здесь присутствовали представители рекламных агентств, многочисленные репортеры, операторы телевизионных компаний, а также насколько местных финансовых воротил. Глядя на все это блестящее и вместе с тем разношерстное общество, Торри впервые отметила для себя, как меняются люди в такой обстановке.

Отец выглядел бодрым и общительным, и ее будущий муж, очевидно, способствовал этому. Джон О'Кинли, естественно, находился в центре внимания. Казалось, все присутствующие в зале женщины смотрят только на него. Одни открыто улыбались, ловя ответный взгляд, другие поглядывали на него украдкой...

Пожалуй, лишь одна рыжеволосая девушка приветствовала Джона, вызывающе сверкнув зелеными глазами. Столкнувшись с ней в дамской комнате и, в свою очередь, удостоившись язвительного взгляда, Торри сделала для себя вывод, что эта девица наверняка была довольно близко знакома с Джоном.

Ее внимание привлек высокий, худой мужчина в мешковатом, нескладно сшитом костюме и с толстой тростью в руках. Он подошел к Джону и бесцеремонно похлопал его по плечу.

— Рад видеть тебя, старина, — оживленно воскликнул он. — Давненько мы не виделись, должно быть, лет десять-пятнадцать прошло?

— Пожалуй, что так, Тедди. Что ты здесь делаешь? — спросил Джон, и Торри отметила, как неуловимо изменилось выражение его лица: глаза чуть-чуть прищурились, губы напряженно сжались.

И неудивительно, подумала девушка. У этого человека был хитрый бегающий взгляд и неприятная подобострастная улыбка.

— Тружусь, Джон, тружусь, деньги с неба не падают. Я теперь работаю в рекламе, сам знаешь: волка ноги кормят, — сказал Тедди и звучно рассмеялся. — Значит, ты решил увеличить свою империю? — добавил он, поглядывая вокруг и задерживая похотливый взгляд на Торренс. — Все яркие бабочки слетаются на огонек! — хихикнул он снова.

— Ты совсем не изменился, Тедди, — холодно бросил Джон и, неприязненно взглянув на собеседника, отвернулся, давая понять, что разговор закончен.

Тот невозмутимо пожал плечами и направился к бару.

В самый разгар вечеринки Джон подошел к чете Гилл.

— Я уговорил вашу дочь пообедать со мной сегодня вечером. Вы не возражаете, если мы уедем прямо сейчас?

От неожиданности Торри едва не поперхнулась коктейлем, но взяла себя в руки и, когда ее родители одновременно повернулись к ней, уже была в состоянии спокойно улыбнуться и кивнуть.

— Конечно, — хором сказали сэр Рональд и леди Энн и, взглянув друг на друга, рассмеялись.

— Идите, — добавила миссис Гилл. — Мы позаботимся, чтобы все было в порядке.

Джон взял Торри за руку и повел к выходу. Оглянувшись, она увидела, что ее родители удивленно смотрят друг на друга. Это выглядело так забавно, что при других обстоятельствах она бы, наверное, засмеялась.

Ресторан, куда привел ее Джон, назывался «Лобстер клаб» и в последнее время считался одним из самых модных в Аделаиде.

В зале стоял полумрак, лишь свечи в сверкающих хрустальных подсвечниках и огромный аквариум, в котором плавали экзотические рыбки, наполняли помещение зыбким мерцающим светом.

— Мистер О'Кинли и мисс Гилл! — В голосе метрдотеля звучало почтение. — Какая честь!

Джон усмехнулся.

— Надеюсь, Джозеф, вы можете устроить нас так, чтобы мы не привлекали внимания?

— Всегда держу резервный столик для подобных случаев, — ответил тот. — Не то, что газетные сплетники, даже ваши лучшие друзья не найдут вас здесь, если вы так желаете, конечно.

— Спасибо, Джозеф, это подойдет.

Торри молча просматривала меню. Стайка официантов суетилась вокруг, сервируя стол. Потом появилась корзинка с горячими булочками и два коктейля в высоких запотевших стаканах.

Потягивая «кампари» с апельсиновым соком, она сказала:

— Я все еще не могу понять, как так получилось, что я никогда не слышала ничего о тебе прежде?

— Прежде, чем столкнулась со мной у родителей?

— Да. Мне пришлось выуживать информацию у своей подруги.

— И, конечно, в первую очередь она поведала тебе о моем отце?

Торри кивнула.

— У мужа Фифы два хобби — собственный дом и автогонки. Он просто помешан на них, знает все и про всех. Тебя никогда не тянуло пойти по стопам отца?

Джон посмотрел на нее сквозь пламя свечи, и она заметила веселые искорки в его глазах.

— Нет.

Торри скорчила гримасу и глотнула свой коктейль.

— Исчерпывающий ответ, — пробормотала она.

— Я простился с иллюзиями на его счет очень рано, когда мне было лет шесть. Отец доставлял массу хлопот моей матери, таскал меня по всему миру на авторалли, и, насколько я помню, его всегда сопровождали красивые женщины.

— И прилипалы, подобные Тедди, — усмехнулась Торри.

— Ты очень проницательна, — заметил он.

— Кстати, на приеме была одна рыжая особа с зелеными глазами, — поморщилась девушка, — весьма привлекательная... Мне кажется, вы знакомы, — продолжала она, — и это навело меня на мысль... Как часто мне предстоит встречаться с такими, как она?

— Ты хотела бы иметь их список?

— Просто я должна быть готова к любым неожиданностям, — объяснила Торри. — Ты как-то цитировал «Король и я», но я тоже видела этот мюзикл и помню текст почти слово в слово... Как это? — Она наморщила лоб, вспоминая. — «Девушка должна быть подобна цветку, дающему мед одной пчеле... мужчина может жить, как пчела, собирающая мед... Перелетая с цветка на цветок, пчела должна оставаться свободной. Но цветок не может перелетать от одной пчелы к другой», — процитировала она. — Ты именно так представляешь себе наш брак? О, извини, я совсем забыла, что мужчинам нравится, когда их окружает много женщин.

На этот раз она заметила в его глазах искру восхищения.