Ким Ригерт - Счастливая находка

— Я ищу фотографа, — сообщил он. — Обладающего собственным видением.

Беркли крепче стиснул телефонную трубку.

— Видением?

— Да. Я беседовал с Сюзи… С Сюзи Лэнг, знаете?

Ее Грег тоже знал. И даже очень хорошо. Сюзи являлась его агентом — лучшим специалистом в своей области. Но не только. Она была влиятельной особой. Сюзи знала всех. И сводила деловых партнеров.

— Мисс Лэнг упомянула о вас. В связи с чем мне хотелось бы посмотреть ваши лучшие работы. Те, которые вы сами считаете таковыми. Важен вопрос видения. У вас оно есть. И у меня тоже. Мне нужен фотограф, чье видение способно интерпретировать мое собственное. Сюзи показала мне один ваш снимок, и я подумал, что мы могли бы… что вы именно тот человек, который нужен. — Пшигода помолчал. — Вообще-то, кроме вас, меня заинтересовал еще один мастер. Но я хочу понять, как вы мыслите, насколько вы весомы, что ли… Мне необходимо снимков двадцать-тридцать. Сможете подобрать?

Разумеется.

Вот этим и занимался Грег в студии. Просматривал и сортировал фотографии, составляя так называемое портфолио, которое наилучшим образом рекомендовало бы его, отражало бы его видение мира.

Ему очень хотелось получить этот престижный заказ. И он полагал, что Нэнси должна участвовать в подготовительном процессе.

Беркли вынужден был признаться себе, что девчонке действительно удалось произвести на него впечатление. Безусловно, только в профессиональном смысле. Она смышленая, задает правильные вопросы и обладает хорошей фотографической интуицией. Более того, Нэнси начала докапываться до основ его техники. Грег знал, что она изучает его рабочие методики. Поэтому решил вызвать ее в студию.

И не беда, если она опоздает на ужин к Дейву Степлтону. А еще лучше — если вовсе не придет.

В общем, Грег позвонил Нэнси. И, хотя у него немедленно возникли сомнения в том, стоило ли это делать, он тут же отбросил их.

Однако вновь заколебался, ощутив, как с первой же минуты, когда Нэнси вошла в студию и взглянула на него, между ними возникло сильнейшее чувственное напряжение.

— Что? — резко спросил Беркли, одновременно и нападая и защищаясь. — Злишься, что вызвал тебя сегодня на работу?

— Ни капельки. Просто… ты мог бы попросить нормальным тоном.

Грег скрипнул зубами. Разумеется, мог бы! Однако очень редко делал это. Кроме того, если бы он попросил, то имел бы все шансы получить отказ. А так Нэнси не оставалось ничего иного, кроме как приехать.

— Я чему-то помешал? — с вызовом поинтересовался Беркли. — Возможно, свиданию с мистером Степлтоном?

Глаза Нэнси на миг расширились, затем она прищурилась.

— Я всего лишь ужинаю с Дейвом. Не более того. У меня есть жених. Чак.

Это имя она выставила перед собой словно щит. Грегу даже почудился металлический лязг. Они с минуту смотрели друг на друга.

Наконец Беркли прерывисто вздохнул и кивком указал на дверь, ведущую в заднюю комнату.

— Идем. Пора приниматься за дело.

До появления Нэнси он успел снять с полок коробки и папки со старыми снимками. Сейчас Грег выкладывал на стол их содержимое, попутно рассказывая о ночном звонке Пшигоды, а также о том, чего хотел от него модельер с такой труднопроизносимой фамилией.

— Пшигоде требуется мое видение. Он желает понять, как я осмысливаю предмет съемок, как подчеркиваю самые значимые детали и что у меня получается лучше всего.

Нэнси кивнула, показывая, что все поняла. При этом ее светлые кудри подпрыгнули.

Грег открыл папку со своими самыми сильными снимками. Теми, которые некогда привлекли к себе всеобщее внимание, которые заставляли людей останавливаться и смотреть, которые сделали ему имя.

Нэнси внимательно разглядывала их, откладывая некоторые в отдельную стопку.

А Беркли тем временем принес еще несколько папок.

— Надо рассортировать фотографии по типу настроения, которое они отражают, — заметила Нэнси, подходя поближе к нему.

И вновь Грег ощутил знакомый, присущий ей одной аромат. Он напрягся. Но почему-то не захотел отодвинуться.

Нэнси взяла из его рук снимки и принялась просматривать их. Беркли молча наблюдал за ней.

А Нэнси полностью сосредоточилась на своем занятии. Грега она, казалось, не замечала вовсе.

Сложив несколько стопок, она придвинула некоторые к шефу.

— Взгляни-ка!

Эти работы отличались от тех, что выбрал сам Грег. Они не были столь выразительны, однако в них присутствовала тонкость, приглушенность тонов, нежность.

— По-моему, это не совсем то, что нужно, — пожал Беркли плечами. — Боюсь, на тебя повлиял мой рассказ о роде занятий Пшигоды.

— Какая разница? Ему нужно твое видение.

— Вот оно! — Грег указал на более конкретные и содержательные снимки.

— Эти фотографии не отражают полной картины.

— В таком случае эти, — указал он на стопку, отобранную Нэнси, — не отражают вообще ничего.

Она еще раз внимательно просмотрела отобранный материал, потом в задумчивости кивнула.

— Наверное, ты прав. Но все же у тебя есть работы, похожие на те, что понравились мне, но чрезвычайно выразительные.

— Интересно, какие же?

— Которые напечатаны в книге про Элен Аркрайт.

Взгляд Беркли сразу потускнел.

— Нет.

— Но они мягче, полнее…

— Нет.

— И даже лучше, чем выбранные тобой…

— Нет, я сказал!

Нэнси посмотрела ему в глаза. Некоторое время он выдерживал ее взгляд, потом нехотя отвернулся.

— В книге отличные фотографии, Грег, — тихо произнесла она. — Они открывают тебя с совершенно другой стороны. В них есть интимность. Чего не найдешь в других работах.

— Все это в прошлом, — резко возразил Беркли. — С тех пор я сильно изменился.

— Бесповоротно?

— Да, — твердо сказал он.

Однако Нэнси все не могла успокоиться.

— Такие хорошие фотографии! Ну почему ты не хочешь их показать?

— Да оставь ты их в покое! Вот что нужно Пшигоде. Это снимки с показов мод. Просмотри и выбери лучшие.

Они работали до самого вечера, иногда споря по поводу того или иного фото. В какой-то момент Грег наткнулся на снимки, сделанные в день первого появления Нэнси в студии. С тех пор он не просматривал их. Хотя временами искушение было очень велико. Но Беркли не поддавался ему.

Однако сейчас это нужно было в интересах дела.

Грег стоял, упершись ладонями в стол, и смотрел на разложенные фотографии. Они отличались от остальных.

Нэнси отличалась.

Другие девушки смотрелись гладко, профессионально, отчужденно и неприступно. В Нэнси ощущалась… нежность. Она была живой. Беркли собственной кожей почувствовал ее трепет. И сразу напрягся. Затем с трудом проглотил ком в пересохшем горле.