Джоанна Брендон - Никогда не уступай

— Спокойной ночи, — сказала Эбби охрипшим голосом.

Майк коснулся кончиком пальца ее рта, прошелся по его изгибу, задержавшись на пышной нижней губе. Медленно, очень медленно он вплотную приблизился к алому рту Эбби и прихватил зубами ее припухшую губку. Эбби почувствовала, что его язык скользит по ее губе и затаила дыхание, как всегда испытывая истому.

— Спокойной ночи, Майк, — пробормотала она.

— Хорошо, Эбби, я понял. Спокойной ночи. — Он кивнул и повернулся, чтоб уйти.

Это только начало, и ему надо пока довольствоваться этой маленькой победой. Он безумно желал ее, но еще больше боялся отпугнуть грубым поспешным натиском.

Эбби продолжала стоять и немигающими глазами смотрела ему вслед. Наконец она открыла дверь квартиры и вошла внутрь.

«И что же ты делаешь?» — спросила она у своего отражения в зеркале ванной комнаты. В зеркале она увидела растревоженные глаза с поволокой. Палец непроизвольно потянулся к губе, которую всего лишь минуту назад ласкал Майк. К лицу Эбби прилила краска, когда она вспомнила, что не только не сопротивлялась, но даже охотно ответила на его поцелуй.

Со стоном раскаяния отвернула она кран и поспешила встать под душ, нисколько не заботясь о том, что хлынувшая вода может либо ошпарить, либо заморозить ее. Через две минуты она выскочила из-под душа и стала быстро растирать дрожащее тело. «Если он снова пригласит меня куда-нибудь, я откажусь», решила она, скользнув под легкое покрывало.

Решимость Эбби поколебалась, когда она увидела, как Майк входит в бар, и уж совсем покинула ее к моменту его закрытия. А когда в ранний час следующего дня она забралась в постель, то ощутила себя счастливой вдвойне. Во-первых, из-за того, что было воскресенье и ей не надо было возвращаться на работу до среды, а во-вторых, из-за предстоящей поездки в Седро Вули она не сможет встретиться с Майком даже случайно.

Вечер среды выдался на редкость спокойным. Эбби была рада этому еще и потому, что хотела, чтобы Триш показала ей, как делать напитки, которые Эбби еще не приходилось приготовлять самой.

— Вот здорово, — обрадовалась Триш. — Понимаю, что для тебя это не очень хорошо, но все же очень рада, что у нас было немного посетителей.

— Я тоже. — В глубине души Эбби радовалась еще тому, что никого из Саммерсов не было видно. — И раз уж у нас есть время, поучи меня смешивать коктейли.

— С удовольствием, как только ты овладеешь и этим искусством, то мы, если устанем, всегда сможем подменить друг друга… Ничего, со временем научишься, — подбодрила Триш Эбби после того, как та испортила очередной «Май-тай». — Только побольше терпения.

— Ах, тебе легко говорить, — удрученно проговорила Эбби.

Она во все глаза смотрела, как уверенно Триш делает «Текуилу Санрайз». Вдруг Эбби осенила догадка.

— А я знаю, почему ты такой спец по этому напитку. Из-за Лиса.

— А вот и нет. Любимый коктейль Лиса «Ром и Семерка». А «Санрайз» он пьет только тогда, когда Майк угощает, потому что он дороже.

— Вот негодник! — рассердилась Эбби. — А Майк об этом знает?

— Вероятно. От взгляда Майка немногое укроется.

К ужасу Эбби, в этот момент она услышала голос Майка.

— Ты снова упоминаешь мое имя всуе, Триш?

Эбби обернулась и встретилась с Майком взглядом. Он торопливо приближался к ним, и глядя на то, как он идет, Эбби подумала, что в его походке есть что-то хищное.

На нем были выходные брюки, модные туфли и голубая рубашка, открывающая загорелую бронзовую шею. В одной руке он держал плетеную корзинку для пикников, через другую был переброшен спортивный пиджак.

— Я помню, ясно выразилась, что больше не хочу тебя видеть, — заметила Эбби сердито, изнемогая от сердцебиения и озноба.

— Да? — Легким наклоном головы Майк подал знак Триш, чтобы та оставила их одних.

— Не смей опять изображать из себя… — вскипела Эбби, крепко вцепившись в невозмутимо стоящую Триш.

— Я не нужна тебе, Эбби, — заявила сообщница Майка, осторожно высвобождая руку у искавшей ее помощи растерявшейся женщины.

— Тебе нужен только я, Абигайль, — уверенно заявил Майк. — Когда ты наконец поймешь это?

Он поставил корзинку и, увидев, что Эбби собирается последовать за Триш, схватил ее за запястье.

— Предлагаю тебе ужин. Я заметил, что ты питаешься кое-как. — Майк изобразил на лице возмущение. — Ты слишком тощая. Я люблю, когда на моей любимой женщине чуточку больше жирка.

— Тогда перестань тратить на меня время и найди себе пухленькую курочку.

— Но ты мне нравишься, и когда на твоих костях появится чуточку больше мяса, получится как раз то, что мне нужно, — сказал Майк, ухмыляясь.

Эбби грустно покачала головой.

— Это смешно, Майк.

— Что?

— Ты, я — у нас ничего не получится.

— Получится, если я постараюсь.

Голос его был на редкость нежным и мягким. Он откашлялся, на секунду им овладело отчаяние, потому что ему показалось, что он никогда не сможет сломить ее упрямство и недоверчивость. Но потом он подумал о том, как сильно любит эту упрямицу, настоящую Абигайль Дункан, которая предстала перед ним в момент, когда поддалась своему чувству и перестала сопротивляться. Та Абигайль была не похожа ни на одну женщину в мире. Она была самой красивой, самой умной, самой желанной, самой — ну, словом, она олицетворяла собой все то, чего он хотел в этой жизни и к чему стремился.

Ее страх, ее сомнения, стремление оттолкнуть Майка нисколько не охлаждали его пыл, потому что он твердо верил: рано или поздно они будут принадлежать друг другу. Он верил — они были созданы друг для друга, и в конце концов Эбби поймет это. А пока…

— Надеюсь, ты любишь сандвичи с мясом и кукурузой. И если добудешь нам пару кружек пива, то я позабочусь обо всем остальном.

Когда Майк усадил Эбби и положил ей на колени льняную салфетку, она почувствовала себя маленькой избалованной девочкой. И нельзя отрицать: это ощущение ей понравилось.

— Ну вот, красавица, — прошептал Майк и то ли случайно, то ли с умыслом, вставая, коснулся своим лицом ее лица.

Стараясь не обращать внимания на сладкую дрожь, пробежавшую по спине, Эбби откусила сандвич.

— Ой, действительно вкусно, — удивилась она.

— А почему тебя это удивляет? — слегка возмутился Майк. — Я, знаешь ли, превосходный повар.

Эбби не знала, что и думать. Вопреки ее желаниям Майк Саммерс нравился ей, и она ничего не могла с этим поделать. Он самый привлекательный и сексуальный из всех мужчин, которые когда-либо встречались ей. Майк был еще и очень милым, остроумным и обаятельным. Он готов был расшибиться в лепешку, чтобы угодить ей.