Карен Смит - Деловая женщина

По мере приближения к дому усиливался запах роз. Интересно, кто так любит цветы, сама Кит или хозяин ее дома?

Они поднялись по деревянным ступенькам, Кит вставила ключ в замок, открыла дверь, вошла в кухню и включила свет, в первый момент ослепивший их. В доме было жарко, и на лбу Грея тут же выступили капельки пота.

– У меня в холодильнике есть лимонад. Мы можем взять его и посидеть на крыльце.

– Отлично.

Кит вынула два стакана из буфета. Два кота крадучись прошмыгнули на кухню. Грей нагнулся, чтобы почесать их за ушами.

– Как их зовут?

– Это Байрон. – Она показала на кота, которого он гладил.

Второй, черно-белый, перевернулся на спину, тоже требуя внимания.

– А тот?

– Китс.

Грей усмехнулся:

– Робкими их не назовешь.

– Нет. Они просто очень дружелюбны. Завтра Байрон отправится в больницу играть с детьми.

– Как это?

– Я состою в обществе «Домашние любимцы для людей». Каждый месяц в одно из воскресений мы относим своих животных в педиатрические больницы, и дети с ними играют. Если бы вы знали, на скольких грустных лицах расцветают улыбки, когда появляется котенок или щенок!

Грей подумал о Диди, о том, что она работает в зоологическом магазине. Она любила животных, и они отвечали ей тем же.

Кит взяла два стакана лимонада, вышла на улицу и расположилась на крыльце.

– Извините, у меня нет садовых кресел. Я все трачу на ремонт гостиной.

Грей сел рядом с ней, отпил глоток лимонада и поставил стакан на ступеньку.

– Вы уже выбрали мебель?

– Я даже ее заказала. Привезут меньше чем через две недели.

Запах роз все усиливался. Грей повернулся к Кит:

– Чудесный сегодня вечер.

Она тоже поставила стакан на ступеньку.

– Даже пение?

Кори улыбнулся:

– Даже пение. Хотя я не думаю, что это станет моим хобби.

– У вас хороший голос.

– Вот у вас действительно замечательный голос.

В светлых волосах Кит запутался луч света, прокравшийся из кухни на крыльцо. Ее глаза были такими яркими и блестящими, голос таким нежным. В вороте платья видна была нежная кожа, казавшаяся такой же шелковистой, как и волосы. Грей хотел ее, и это было не просто желание, а мучительная жажда.

Он поднял руку, она не отстранилась, но посмотрела ему прямо в глаза. Он провел ладонью по ее щеке. Ее кожа была мягкой и теплой.

– Кит – это ваше настоящее имя?

Хриплый голос Грея так подходил этой непроглядной ночи, этой окутывавшей их тишине.

– На самом деле меня зовут Катарина.

– Имя вам идет. Так звали принцесс.

Выражение ее лица изменилось. Она опустила глаза, и Грей не мог понять, о чем она думает.

– Что-то не так?

Кит покачала головой. Кори приподнял ее подбородок кончиками пальцев.

– Скажите мне.

– Я с трудом верю комплиментам мужчин. Трент был в этом мастером. Я ничего не могу поделать с собой, каждый раз начинаю размышлять, что за ними стоит, искренни ли они.

– Неужели вы думаете, что каждой женщине я говорю, что у нее красивый голос и имя, подходящее для принцессы? – Грея это даже повеселило.

– Не знаю.

Кит была такой осторожной, потому что когда-то очень страдала, и Кори прекрасно это понимал. Но, с другой стороны, он чувствовал, что она женщина, доверяющая своим инстинктам. Он еще раз погладил ее по щеке.

– А я думаю, знаете.

– Грей, я больше не полагаюсь на свои ощущения. В прошлую среду вы сказали, что…

– Я помню, что я сказал, и я был не прав.

Кори явно поспешил, когда утверждал, что ему хочется только поговорить с ней, ни он, ни она не заблуждались на этот счет.

– Коль скоро мы заговорили о моих мотивах, я должен признаться, что я действительно говорил все это не просто так. Мне очень хочется поцеловать вас снова.

– Правда?

– Если у вас нет каких-то возражений, конечно.

Кит покачала головой и пробормотала:

– Возражений нет.

Грей медленно начал наклоняться к ней, смакуя ожидание, волнение и страсть в ее глазах. В этот момент ему хотелось обнимать и целовать ее, ни о чем не жалея и не тревожась о том, что будет завтра.

Кит затрепетала, когда Кори обнял ее. Когда он тронул ее плечо в «Музыкальной шкатулке», она была удивлена и встревожена. Но только до тех пор, пока он не извинился. Тогда она догадалась, что он тоже не знает, что делать с этим непостижимым влечением, которое они испытывали друг к другу. Решение вытащить его на сцену было простым порывом. Ей хотелось, чтобы он засмеялся, улыбнулся, чтобы он получил удовольствие.

Когда же Кит пригласила его к себе домой, это уже не был порыв, она сделала это вполне осознанно. Но в тот момент, когда его руки обвились вокруг нее, она подумала, что совершила ошибку. Его губы коснулись ее как-то пытливо, как будто хотели найти что-то такое, чего не обнаружили в прошлый раз.

Грей снова нежно поцеловал ее, и Кит стало казаться, что на свете нет лучшего места, чем это. И ничего другого она не хотела бы делать…

Его руки скользнули в ее волосы и стали убаюкивающе покачивать ее. Он прижал ее к себе, и где-то глубоко внутри она почувствовала приятную ноющую боль. Она приоткрыла губы, и Грей воспользовался ее приглашением. Все изменилось. Мягкость и медлительность превратились в требовательность и быстроту, от которой кружилась голова. В мире никого больше не существовало, только Грей – тепло, страсть, причина снова верить, что мечты сбываются.

Ей хотелось почувствовать его силу, хотелось унять боль и томление, рожденные этим поцелуем. Кит потянулась к нему и крепко сжала его плечо, провела рукой по рельефным мышцам под рубашкой; Грей застонал, крепче прижал ее к себе и глубже проник в ее рот, коснулся языком ее нёба. Сердце Кит бешено стучало.

Рядом запел сверчок. Грей отстранился и хрипло пробормотал:

– На улице так же жарко, как и в доме.

Кит еще не пришла в себя от его поцелуя и с трудом заставила себя улыбнуться.

– Конечно, сейчас же июль.

Он провел пальцем по ее подбородку.

– То, что мне так жарко, никак не связано со временем года.

Кит понемногу начала успокаиваться. Она глубоко вздохнула и собралась с мыслями.

– Грей, я вынуждена еще раз спросить вас. Может быть, вы хотите работать с другим консультантом?

– Нет. А вы сами что об этом думаете?

– Я сделаю все, чтобы помочь вам. Если я пойму, что не справляюсь, я передам эту работу кому-нибудь другому.

– Меня вполне это устраивает.

Он взял ее руку и положил себе на колено, провел по каждому пальчику от основания до ногтя. Эта ласка была такой нежной и чувственной, что Кит снова задрожала.

– Хотите завтра позавтракать со мной?

– Я бы с удовольствием, но утром я поеду в больницу с «Любимцами». Может быть, поздний ленч?