Его рождественский подарок - Дженна Роуз

любили, особенно когда он был пьян и вел себя как сумасшедший. И что он сделал? Он начал слишком много и часто напиваться.

Дейзи кивает.

— Понятно.

— Довольно скоро стало ясно, что он больше не может это контролировать. Он начал проваливать задания, которые должен был сдавать легко, и был на грани исключения из колледжа.

— Это ужасно!

Я улыбаюсь. Дейзи всегда была такой милой и заботилась о других людях. Это было одно из качеств, которые мне в ней так нравились, и так приятно видеть, что оно никуда не делось за последние пять лет.

— Мы с ним всегда были близки, поэтому я поговорил с ним об этом, — продолжаю я. — Конечно, потребовалось много убеждений и большой работы, но мне наконец удалось вовлечь его в программу, и в последний раз, когда мы разговаривали, он был трезвым два с половиной года.

Я вижу, как моя история проникает в ее мысли, и механизмы ее разума начинают крутиться и жужжать, пока она обдумывает мое предложение. Она всегда выглядела очаровательно, когда думала о чем-то, и это тоже не изменилось.

— Ты сделаешь это для меня, Крейг? — спрашивает она. — Ты поможешь мне с мамой?

— Конечно, Дейзи, — отвечаю я. — И послушай, я знаю, что то, что я сделал, было неправильно, и я знаю, что твоя подруга советовала тебе быть осторожнее со мной или что-то в этом духе, но Дейзи, я бы сделал для тебя все.

Глава 9

Дейзи

СЛОВА КРЕЙГА потрясли меня до глубины души. Я даже не знаю, как их осмыслить.

Сначала он появляется здесь совершенно без предупреждения, потом говорит, что готов помочь мне с мамой, а теперь он только что сказал то, что только мужчины в кино говорят женщинам.

Я мечтаю? Я действительно сплю?

— Ущипни меня.

Красивые глаза Крейга загораются, и он смеется.

— Что?

— Ущипни меня, — повторяю я, беря его руку и прижимая ее к своей щеке. — Потому что я отказываюсь верить, что это действительно происходит.

— Я не собираюсь тебя щипать, Дейзи…

Я заставляю большой и указательный пальцы Крейга сжать мою щеку до боли, но он быстро отстраняется. Он не хочет причинить мне боль, и от этого он мне нравится еще больше. Боже, все те чувства, которые я испытывала к нему еще в старшей школе, вспыхнули с такой силой. Как будто они там тлели, просто ожидая, когда к ним добавят еще топлива, а теперь, с возвращением Крейга, они бушуют, как огонь, готовый сжечь всю вселенную.

Я даже не осознавала до конца, как сильно скучала по нему, пока он не появился снова. Думаю, я бы оставила эти чувства позади или под собой… спрятала их глубоко внутри себя, как я обычно поступаю со всем в жизни.

Если бы я никогда больше не увидела Крейга, я, вероятно, не позволила бы себе подумать о нем пару раз. Но теперь, что бы ни говорила Марисса, я снова влюбляюсь в него… сильнее, чем когда-либо прежде.

— Нет, еще не сплю, — говорю я ему.

— Ну, хм. — Он улыбается. — Если бы ты действительно видела сон, это был бы довольно конкретный сон. Я имею в виду — во сне был бы я в роли Санты и это была бы корпоративная вечеринка во время Рождества? Если бы ты придумала это из ниоткуда, я бы очень забеспокоился.

Мы оба смеемся.

— Это было бы случайно, — признаю я. — Но несмотря на то, как я была шокирована, увидев тебя тем вечером… вспоминая об этом… ты был чертовски хорош.

— Да? — Крейг ухмыляется, сверкая мне своей очаровательной улыбкой. — Если бы ты меня не знала… если бы у нас не было истории… ты бы подошла и села мне на колени?

Я чувствую, что краснею. Но почему? Мы с Крейгом раньше встречались. Мы спали вместе буквально прошлой ночью. Не то чтобы мне было чего смущаться.

— Возможно, — застенчиво отвечаю я, глядя на свои колени. — Ты бы поверил мне, если бы я сказала тебе, что была хорошей девочкой?

Сначала я ощущаю тепло его руки, прежде чем ощущаю, как грубая, мозолистая кожа касается моего подбородка, когда он поднимает мое лицо, чтобы посмотреть на него.

— Я надеюсь, что ты была хорошей девочкой. Потому что это означало бы, что ты не была ни с кем, кроме меня.

Что-то в его словах пленит меня. Как будто на меня накинули цепи, окутывая, чтобы соединить с ним. Цепи, от которых я никогда не хочу убегать. Внезапно я чувствую себя привязанной к дому, которому всегда хотела принадлежать.

— Крейг… не была, — говорю я тихо. — Я не была ни с кем, кроме тебя.

Выражение его лица меняется, а глаза наполняются волнением и желанием.

— Это правда? Ты говоришь мне правду, Дейзи?

— Конечно, — отвечаю я. — Ты знаешь, как мне было трудно даже встречаться с тобой из-за моих проблем с доверием к мужчинам, поэтому, когда ты ушел… для меня это был конец.

Губы Крейга приоткрываются, словно он собирается ответить, но ничего не говорит. Вместо этого он наклоняется и целует меня. Все мое тело становится податливым под ним. Я принимаю его поцелуй и откидываюсь назад, давая ему понять, что принадлежу ему, прошу его о большем и в то же время говорю ему, что он может делать со мной все, что хочет.

Он прижимается своим телом к моему, и я наслаждаюсь теплом, весом и мускулатурой, которая удерживает меня под ним. Когда он оказывает большее давление, я инстинктивно поднимаю бедра, чтобы прижаться к нему. Мои грубые инстинкты сейчас одолевают меня. У меня нет другого выбора, кроме как подчиниться им. Нет причин даже думать о том, чтобы их загасить.

Я доверяю этому человеку. Доверяю Крейгу.

Я хочу его в своей жизни больше всего на свете.

Я вскрикиваю, когда он подхватывает меня под бедра и переворачивает на живот. Парень делает это с такой легкостью, как будто я ничего не вешу, и это просто затрагивает все женские побуждения и инстинкты, которые есть во мне, так, как я никогда раньше не чувствовала.

В ответ я приподнимаю бедра и оглядываюсь на него через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, что его глаза полны похоти, как он хватает мои штаны и стягивает их до лодыжек, стягивая сразу и трусики.

А потом он меня шлепает.

— Боже, посмотри на эту задницу, — рычит он.

У меня чуть не случается сердечный приступ. Я не знаю, что делать. Крейг никогда раньше не