Лаура Дэниелз - Тайной окруженная

Миссис Киттен была постоянной клиенткой салона «Орхидея». Посетила его в числе первых, как только он открылся, и с тех пор наведывалась регулярно. Ей было за семьдесят, поэтому ее интересовало несколько специфических процедур. Массаж лица, питательные маски, но в первую очередь — отбеливание кожи, на которой с возрастом появляются пигментные пятнышки. Миссис Киттен их ненавидела и всячески старалась от них избавиться, поэтому появлялась в салоне частенько. Для этого ей приходилось ездить из Ист-Виллидж, пригорода Филадельфии, но она по этому поводу не жаловалась, говорила, что у нее излишки свободного времени, а так не нужно придумывать, куда его девать.

Интересно, что ей понадобилось? — думала Джини, спеша следом за Лу в косметический кабинет.

Переступив порог, она услышала знакомый голос:

— Привет, Джини.

Исходил он со стороны специального, больше похожего на стол косметического кресла, на котором лежала клиентка.

— Здравствуйте, — улыбнулась Джини. — А вы, простите, кто?

Клиентка назвала ее по имени, следовательно, принадлежала к категории постоянных. Конечно, Джини знала их всех, вопрос же ее был обусловлен тем обстоятельством, что все лицо клиентки, кроме глаз и рта, было закрыто салфетками, увлажненными питающим кожу составом. Из-за этого клиентка отчасти походила на мумию — с той разницей, что была жива, здорова и могла разговаривать.

Правда, Лу не позволила ей болтать.

— Вы должны лежать спокойно, — сказала она. Затем, повернувшись к Джини, добавила: — Это миссис Бобински.

— О, как это я вас не узнала! — вновь улыбнулась Джини.

— Спасибо, милая, — произнесла та, косясь на Лу. — Это хорошая примета — к деньгам!

— Миссис Бобински! — укоризненно покачала головой Лу. — Ведь весь эффект от косметической маски пропадет! Мышцы лица должны находиться в покое, а вы их напрягаете.

— Молчу, молчу…

— Возьми скорее трубку, — взглянула Лу на Джини. — Человек ждет.

Та поспешила к телефону.

— Добрый день, миссис Киттен, простите, что заставила вас ждать.

— Здравствуй, детка, — послышался знакомый, чуть надтреснутый голос. — Ничего страшного… Я хотела договориться о визите.

— Зачем же было утруждаться, — с некоторым удивлением произнесла Джини. — Вы у нас всегда желанный гость, приезжайте в любое время, я лично вами займусь.

— О, благодарю, детка, но дело в том, что на этот раз я прошу тебя приехать ко мне.

Джини удивилась еще больше.

— К вам?

Спа-салон «Орхидея» предоставлял услуги на выезде — в частности, в Нью-Йорке, для манекенщиц Энди, — но миссис Киттен никогда не пользовалась этой возможностью. Хотя как-то раз Джини сама предложила ей подобный вариант.

— Спасибо, детка, — ответила та, — но я не хочу лишиться маленьких праздников, которые устраиваю себе, отправляясь в салон «Орхидея». Каждая такая поездка для меня будто выход в свет. В моем возрасте это много значит. Ведь большую часть времени я провожу в одиночестве. Моя дочь замужем, у нее своя жизнь, у внука своя… А у вас и поболтать можно, и немного оздоровиться, и прическу сделать, и продолжить борьбу с этими мерзкими, ужасными, отвратительными пятнами, из-за которых кожа у меня становится… как у старухи!

Джини тогда улыбнулась втихомолку: странновато было слышать это «как» от человека почтенного возраста. Но вместе с тем и порадовалась, ведь благодаря ее салону миссис Киттен больше не чувствует себя одинокой.

Однако сейчас она даже слегка встревожилась.

— Э-э-э… могу я спросить, у вас все в порядке?

— Да, детка, все замечательно, — сказала миссис Киттен. — Кроме одного: они расползаются!

Джини не нужно было объяснять суть последней услышанной фразы: разумеется, речь шла все о них же — об ужасных, мерзких и отвратительных…

Правда, это не объясняло непривычного нежелания миссис Киттен ехать в салон.

— Ну а в остальном? — вновь спросила Джини, пытаясь осторожно разведать обстановку.

— Говорю же: все прекрасно! Внук вот неожиданно нагрянул из Нью-Йорка. Такая радость, не передать. Омрачается лишь одним: я никого не ждала, поэтому выгляжу как замарашка. Нужно срочно привести себя в порядок, поэтому и звоню тебе.

— А ехать не хотите, да?

— Верно. Точнее, я бы с удовольствием, но не хочется оставлять внука. Сама посуди, детка, только мальчик появился, притом ненадолго, всего на уик-энд, а я собираюсь и уезжаю! Скверно, правда?

— Да-да, понимаю, — сказала Джини.

— В то же время хочется выглядеть хорошо, — продолжила миссис Киттен. — Массаж лица, волосы уложить, да и легонький макияж не помешал бы, как ты думаешь?

— О, это никогда не помешает! — подхватила Джини.

Возможно, кому-то покажется странным, но ей нравились игры ее пожилых клиенток в молодость. От их затей веяло оптимизмом. Порой у самой Джини поднималось настроение, когда она видела, какими ухоженными, будто помолодевшими покидали некоторые клиентки ее салон — миссис Киттен, миссис Треверс, миссис Керри… Удивительно, но эти пожилые дамы были красивы! По-своему, какой-то особенной, осенней красотой…

— Может и смешно красоваться перед собственным внуком, — заметила миссис Киттен. — Ас другой стороны… хи-хи-хи… перед кем же еще красоваться женщине моего возраста?!

Джини невольно улыбнулась: похоже, старушка пребывала в прекрасном расположении духа.

Бывают же счастливые женщины! — подумала она. И все потому, что миссис Киттен любит «правильного» мужчину. Не модельера Энди Прейза, а собственного внука… как его там зовут. Кстати, не мешало бы выяснить, миссис Киттен моя постоянная клиентка, и ей понравится, если я буду знать имя ее любимого внука.

— Так что, детка, чтобы я не трясла костями, не тащилась в салон — и, главное, не тратила драгоценное время, — приезжай-ка ты ко мне, а? Разумеется, все будет дополнительно оплачено, на этот счет не сомневайся.

— Что вы, миссис Киттен! Постоянным клиентам моего салона положена скидка…

В телефонной трубке прошелестел скрипучий смешок.

— Приятно слышать, детка. Против скидки ничего не имею, только не в данном случае. Считай, что это специальный заказ. Поэтому и оплата будет специальная, нечто вроде премии, понятно?

Джини тоже рассмеялась. Разговаривать с миссис Киттен было одно удовольствие, не то что с Энди.

— Понятно! В таком случае, и я ничего не имею против премии.

— Значит, приедешь?

Джини задумалась. Ей очень хотелось оказаться полезной милой старушке, но в ее автомобиле в последнее время барахлил карбюратор, поэтому она старалась не ездить на большие расстояния.