Натали Иствуд - Ребро Адама

— Да при чем тут дело Стентона! — возразила Шейла и тут же спохватилась: — Извините, что перебила, но в последнее время я действительно не в лучшем виде. — Она помолчала и, опустив глаза, призналась: — Это все Артур Эшби. — При обычных обстоятельствах Шейла едва ли стала бы откровенничать с начальством, тем более жаловаться на своего бывшего мужа, но Томас Бридлингтон был не просто боссом, но и другом. — Знаете, Томас, иной раз мне кажется, что у Артура одна-единственная цель в жизни. Превратить мою жизнь в ад.

— Ну что ты городишь! — проворчал Томас. — Если Артур и мешает тебе жить, то лишь потому, что ты сама его постоянно провоцируешь.

— Да нет! У него просто прирожденный талант отравлять мне жизнь. — Шейла помолчала и тихо сказала: — Но я пришла к вам совсем по другому поводу.

— Знаю. — Томас вздохнул. — Завтра ты нас покидаешь.

Шейла молча кивнула.

— Пришла сказать последнее «прости»? — ухмыльнулся Томас.

— Вроде того…

— Надеюсь, когда ты напишешь свой бестселлер, ты к нам вернешься?

— Ну конечно! — с поспешностью ответила она. — Томас, вы же знаете, как я люблю свою работу. И вообще, я буду скучать.

— Верю-верю. Выше нос, прелестное дитя! — Томас погладил ее по голове. — Ну что ты раскисла?

— Вы же знаете, что мой бывший муж работает вместе с прокурором Сторнуэем над книгой о деле Стентона, — не поднимая глаз, пробормотала Шейла. — И теперь, боюсь, нам предстоит встречаться даже чаще, чем прежде.

— Послушай, я же тебе почти что в отцы гожусь! Мне-то ты можешь сказать: что, собственно, между вами произошло?

— Да ничего особенного. — Шейла пожала плечами. — Просто между нами всегда стоял и всегда будет стоять эгоизм.

— Говоришь, эгоизм? — переспросил Томас. — Чей же?

— Разумеется, его! — Она нахмурилась. — А почему вы спросили?

— Просто пришло на ум высказывание мадам де Сталь, — сказал Томас таким тоном, будто на днях беседовал с этой романисткой. — «Любовь — это эгоизм вдвоем».

Шейла вскочила.

— Ну, мне пора! У меня в десять встреча. Я забежала на минутку.

— Место остается за тобой! — успокоил ее босс. — Удачи тебе!

— Спасибо! — У Шейлы защекотало в носу. — Томас, спасибо вам за все.

— Ну и как долго ты собираешься отсутствовать? — спросил у Артура главный редактор «Ньюсуик».

— Полгода. А может, и меньше. — Артур принялся раскачиваться на спинке стула. — Да, пожалуй, даже меньше.

— Если можно, перестань раскачиваться! — ворчливым голосом проговорил Джон Крауби, листая перекидной календарь и делая в нем какие-то пометки. — Значит, ты вернешься к концу октября?

— Именно так.

— Ну что ж, лично я не возражаю. Насколько я понимаю, ты хочешь приступить к новой работе незамедлительно?

— Хотелось бы.

— Артур, я-то согласен, но, как ты сам знаешь, это против наших правил. — Джон снова принялся листать календарь. — Не знаю, как к этому отнесутся там, наверху. Я сообщу тебе о решении правления сразу же.

— Спасибо, босс. Полагаю, «там наверху» будут рады от меня избавиться! — с беспечным видом заметил Артур.

— Не знаю, как они, но я на самом деле рад! — хмыкнул Джон, не поднимая головы от бумаг.

Артур так и не понял, шутит босс или нет.

— Что я вижу! — раздался голос Артура. — А я всегда считал, что истинная леди не станет самолично заправлять машину!

Шейла подняла голову: по другую сторону колонки стоял ее бывший муж и тоже заправлял машину.

— А кто же, кроме меня, это сделает? — холодно заметила она. — Больше некому. — И кому, как не тебе, это знать? — хотелось ей добавить.

— Ах да! Ты же всегда стремилась к полной независимости, — произнес Артур с издевкой, а про себя подумал: ты всегда стремилась доказать, что ни в чем не уступишь мужчине!

— Просто убедилась на собственном опыте, что могу рассчитывать только на себя, — парировала Шейла, завинчивая крышку бака, и подумала: не на тебя же рассчитывать!

Артур следил за ней, облокотясь на колонку.

— В этом никто и не сомневался, самостоятельная моя! — ответил он, подумав при этом: да ты и обо мне славно позаботилась! Так славно, что окончательно отбила охоту завязывать серьезные отношения с женщинами.

— Самостоятельная? — эхом повторила Шейла, недоуменно вскинув брови. — А по-моему, ты всегда полагал, будто я нуждаюсь в постоянной опеке. — Во всяком случае, всем своим видом показывал, что она ничего в этой жизни не может делать самостоятельно, мысленно добавила она.

— А мне-то казалось, что я всего-навсего должным образом о тебе забочусь, — примирительным тоном сказал Артур, умолчав о том, что опекать ее он не взялся бы и под страхом смерти.

— Видно, мы с тобой по-разному понимаем заботу. — Шейла вздохнула. — У меня сложилось впечатление, что ты хотел, чтобы я целиком от тебя зависела.

— Боже упаси! — Он повесил пистолет на стойку и завинтил крышку бака. — Ну где мне с тобой справиться!

— Пожалуй, я поеду, — с досадой ответила она. — А то еще скажу что-нибудь этакое, о чем потом буду жалеть. Если это возможно.

— Чтобы ты — да о чем-то пожалела?! Уверяю тебя: вот это точно невозможно! — Артур смотрел, как Шейла расплачивается за бензин, и вспоминал их первую встречу. Тогда она тоже на него жутко рассердилась.

5

— Арти, а тебе не кажется, что вам обоим давно пора зарыть свои томагавки и покинуть тропу войны? — спросил Стэнли. — Тебе самому еще не надоели все эти игры?

— Надоели до смерти, — буркнул Артур, просматривая запись телефонных разговоров.

— Ну так в чем же дело?

— Дело в том, что я не знаю, где именно моя бывшая жена собирается зарыть свой топор.

— Арти, я серьезно.

— Я тоже.

— Пора бы вам помириться! — говорила Аманда. — Ну сколько можно?

— Сколько нужно! Так бы и разорвала его на куски.

— Но ведь ты же его так любила! — продолжала Аманда.

— Просто тогда мне так казалось, — угрюмо отозвалась Шейла. — Но я ошибалась. — Ну конечно же она его любила, но была глупа и ничего не смыслила в жизни.

Пока Артур не появился в Норфолке, Шейла не так часто о нем вспоминала. Она запретила себе думать о нем и лишь по ночам, ворочаясь без сна в постели — «широкой, как Канзас, и холодной, как Аляска», как говаривала героиня «Долины кукол», — представляла себе, что он рядом. Спрашивала себя, как он живет? И не влип ли в какую-нибудь историю? С его неуемным характером от него можно ожидать чего угодно. Шейле вспомнился один эпизод из их семейной жизни…

— Представляешь, уже две недели о Памеле Мак-Лински ни слуху ни духу, — сказал Артур, глядя на экран телевизора. — Мне поручили написать статью. Что я и сделал. Это моя работа. Вот и все.