Вайолет Уинспир - Дом незнакомцев

— Надя…

— Нет, Пол, только не говори о том, что можно было бы сделать для меня, если бы только я поверила. Я теперь пустая раковина. В девятнадцать лет я пустая, бесцельная вещь, обреченная лишь лежать словно бревно и считать проходящие пустые минуты. Я принимаю это. Пусть будет так, как есть!

Он взял ее руки и сжал их — холодные, вялые, словно у покойника. Он вспомнил живые, трепетные руки Марни Лестер, пробегающие по клавишам фортепьяно с прирожденным пониманием и мощью. Он взглянул на окно, и темные глаза Нади проследили этот взгляд.

— Тебе нравится твоя новая секретарша, Пол?

— Да, она способная девочка. Теперь я не представляю, что бы я делал в офисе без нее.

— Мне сказали, она хорошенькая.

Он кивнул. Потом непринужденным тоном проговорил:

— Не хотела бы ты с ней познакомиться, Надя? Знаешь, она твоя ровесница.

— Неужели ей тысяча лет? — Надя рассмеялась, и это было жутко, потому что в ее смехе не было ни молодости, ни надежды. — Ох, Пол, о чем будет говорить со мной твоя хорошенькая секретарша? О том, как она весело проводит время? О своих многочисленных поклонниках? О своем великолепном, безоблачном будущем в объятиях обожающего мужа?

— Я так не думаю, Надя.

— Ты хочешь сказать, что она хорошенькая и у нее нет поклонников?

— Возможно, есть. — Он нахмурился, подумав об Эрроле Деннисе. — Я не вникаю в ее личную жизнь, но мне в самом деле приходило в голову, что вы с ней можете найти общий интерес в музыке. Как ты слышишь, она очень талантливая маленькая пианистка.

Но Надя беспокойно заворочалась на подушке:

— Я не очень хорошая компания, Пол. Мой призрак напугает ее.

Он легко рассмеялся:

— Не думаю, что Марни так легко напугать, дорогая моя. Повидайтесь с ней ненадолго завтра. Новое общество тебя немного развлечет.

Но прежде чем Надя успела ответить, дверь комнаты распахнулась и вошла Илена. Она была завернута в прелестный шелковый плащ, совершенно такой же, как у арабских бедуинов, и бриллианты сверкали и искрились в ее маленьких ушках. Она любила театральные появления, и в ее бензиново-голубых глазах заплясало веселье, когда они встретились с глазами Пола.

— Cheri, как солидно ты выглядишь!

Она подбежала к нему и быстро поцеловала, он польщено улыбнулся. Потом она повернулась к кровати.

— А как сегодня чувствует себя моя Надя? — спросила она.

— Все хорошо, Илена. Мне нравится твой плащ.

— Чудесный, правда? — Илена возбужденно рассмеялась и погладила шелк рукой в драгоценностях.

— Илена, бога ради, не испытывай наше терпение и покажи, что на тебе под плащом, — приказал Пол.

Шелк шелестяще распахнулся, и у Пола перехватило дыхание. На Илене было облегающее платье цвета красной гвоздики, а ее руки и плечи казались ошеломляюще белыми. Надя оглядела кузину.

— Ты выглядишь чудесно, Илена, — сказала она, — но грудь открыта до неприличия.

— Ты права, милочка! — Левая бровь Пола вопросительно изогнулась, пока он разглядывал свою невесту. — Нельзя чем-то закрепить эту штуку? Я буду весь вечер обливаться потом, опасаясь, что она свалится до талии в ту самую минуту, когда посол будет говорить тост.

— Не говори ерунды, ми-и-лый! — Она взмахнула ресницами в его сторону. — Это такая модель, и оно не может упасть. Его прижимают маленькие косточки. Вот, потрогай. — Она взяла его руку и прижала к прелестному, облегающему шелку. — Вот тут, глупый ты человек. Я в полной безопасности.

На него повеяла благоухающая многозначность ее духов, и тепло женского тела вспомнили его пальцы, и огонь потек по венам, и ему до боли захотелось остаться с ней наедине. Вечера, которые они проводили вместе, казалось, всегда были наполнены другими людьми. Если они шли в театр, их непременно сопровождала компания друзей. И невозможно было зайти в ресторан, чтобы Илена не приметила там каких-нибудь знакомых, а потом кто-то обязательно приглашал их поужинать, вместе. Сегодня за посольским столом они будут сидеть не вместе и, вероятно, смогут потанцевать вдвоем лишь пару раз.

— Милочка, нам обязательно идти на это посольское мероприятие? — спросил он. — Я бы с большим удовольствием съездил в «Сурреискую мельницу». У них там просто великолепно кормят…

— Ну разумеется, нам необходимо идти, Пол! — Илена выглядела просто шокированной. — Я заказала это платье специально, и там будут мои друзья из Парижа. У Лины Кабо для меня столько новостей…

— Да, — прервала ее Надя, — она сможет рассказать тебе, собираются ли они расстрелять Рене или оставят гнить в тюремной камере до конца его дней.

Пол моргнул, а Илена бегом бросилась к кровати. Она прижала Надю к своему шелестящему шелку и надушенной коже и стала осыпать ее экстравагантными галльскими нежностями. Надя всего мгновение терпела это. Потом высвободилась из объятий кузины.

— Вы опоздаете в посольство, — сказала она.

— Cherie, — Илена погладила темные волосы кузины, — неужели Рене стоит таких переживаний?

— Ах, оставь меня в покое, Илена. — Надя спрятала лицо в подушку. — Отправляйся на свои танцы, пожалуйста.

— Да, пойдем. — Пол повел Илену к двери.

— Но мы не можем ее так оставить! — запротестовала Илена. — Вдруг она опять что-нибудь с собой сделает!

— Я не оставляю ее, — ответил он. — Я пришлю кого-нибудь посидеть с ней. Ей уже дали успокоительное, так что некоторое время она будет спать.

Когда они пришли в офис, он снял трубку и позвонил в сестринское бунгало. У Скотти в этот вечер был выходной, но она не будет возражать, если придется полчаса побыть с Надей. Он не думал, что девушка снова попытается покончить с собой, но рисковать не стоило. Кто-то взял трубку, и он попросил позвать Скотти.

— Извините, мистер Стиллмен, но сестра Траскотт и некоторые другие пошли посмотреть фильм в «Доминионе».

Он узнал голос Марни и после секундного колебания спросил, не сможет ли она сама посидеть с Надей полчасика.

— Я уже иду, — ответила она, и он положил трубку с чувством облегчения.

— Твоя секретарша необычайно услужлива, Пол. — Илена достала пудреницу и стала изучать свои губы, но поцелуй, которым он наградил ее в Надиной комнате, не повредил помаду. — Ты обучаешь ее на медсестру?

Он нахмурился, почувствовав легкое ехидство в голосе Илены.

— Марни чертовски любезна, она вызвалась посидеть с Надей, — резко ответил он. — После целого дня работы на машинке, а это немножко более утомительно, чем делать массаж лица в салоне красоты, чем, вне всякого сомнения, была занята ты.

— Брось свой сарказм, — метнула на него взгляд Илена. — Ты злишься, как избалованный мальчишка, потому что я не захотела поехать в эту твою буржуазную «Мельницу», которая тебе так нравится. Мне совсем не нравится, что мне за шиворот падают пауки, когда я ужинаю под деревом. Я не забыла прошлый раз, знаю, тебе показалось очень смешно, когда эта огромная полосатая штука упала мне на плечо.