Гвендолин Кэссиди - Век любви

– Меня разбудил не звук твоих шагов, а скорее какое-то шестое чувство. Когда я вышел из дома, ты была уже в седле. – В серых глазах Пита на этот раз не было насмешки. На мгновение его взгляд задержался на нежном изгибе ее рта, и Сандра поспешно опустила глаза. – Мы сегодня с утра перегоняем одно стадо. Если хочешь, поедем с нами, – неожиданно предложил он.

– Предлагаешь заключить перемирие? – выпалила Сандра и тут же пожалела о своих словах, увидев, как он нахмурился.

– Вообще-то я об этом не думал, но пусть будет так, если тебе нравится. Завтрак в половине седьмого, выезжаем в семь. Только не забудь…

– Слушаться приказаний, – с иронией докончила за него Сандра. – Можешь мне поверить, эти слова навеки запечатлелись у меня в памяти.

Пит выразительно посмотрел на руку девушки, напыщенно прижатую к груди. Ей и в голову не пришло, какие мысли может вызвать этот вполне обычный жест у мужчины. Он медленно улыбнулся.

– Хорошо, если так.

5

Пит и Сандра вернулись в дом. Джон с Полли, судя по всему, еще не вставали, и Пит ушел мыться в ту ванную, что была ближе к их спальне, предоставив Сандре воспользоваться второй.

Надев свежую рубашку и заплетя волосы в толстую косу, чтобы не лезли в глаза, девушка была готова ровно к назначенному времени. Она слышала, как Пит спустился вниз за несколько минут до нее, однако в столовой не оказалось ни души, хотя доносившиеся из кухни звуки свидетельствовали о том, что завтрак будет готов с минуты на минуту.

С веранды Сандра увидела работников, седлавших коней. Среди них находился и Пит. Небрежно поставив ногу на нижнюю перекладину загородки, он беседовал с каким-то пожилым мужчиной.

– А ты сегодня ранняя пташка! – К перилам подошел Джон.

– Ты тоже, – откликнулась Сандра и чмокнула брата в щеку.

Джон вздохнул.

– У меня ведь нет выбора.

– Неужели здесь все настолько не так, как ты себе представлял? То есть, я хочу сказать, ты должен был представлять работу на ранчо…

– Ну что об этом говорить, Сандра! Я уже здесь, дел по горло, так что давай оставим эти пустые разговоры. К сожалению, пока ничего изменить нельзя. Моя жена—славная женщина и…

Сандра с интересом заглянула в лицо брата, ища на нем проявления более глубоких чувств.

– И это все, что она для тебя значит?

– Я не влюблен в нее до безумия, если ты это имеешь в виду, – признался Джон. – Но она от этой сделки ничего не теряет.

– Еще как теряет! – Сандра слишком разозлилась, чтобы подбирать слова. – Ты же обманул ее, Джон!

– Да что ты вообще об этом знаешь? – в свою очередь вышел из себя брат. – Ты же не скиталась восемь лет по белу свету в поисках работы. Можешь мне поверить, такая жизнь – не подарок!

– Но ты всегда мог вернуться домой, – возразила Сандра. – Я бы сама прислала тебе денег, стоило тебе лишь заикнуться о том, что ты нуждаешься.

– Вернуться к чему? Даже если бы мне удалось найти работу, то все равно негде было бы жить. Судя по тому, что ты писала, в твоей квартире даже кошка не поместится.

– Мама приняла бы тебя с распростертыми объятиями!

– Она-то, может быть, и приняла бы, да этот тип тут же вышвырнул бы меня снова!

– У этого типа, между прочим, есть имя – Келвин, – сухо заметила Сандра. – Если уж тебе невмоготу звать его папой, так хоть согласись на этот компромисс. Он никогда не делал тебе ничего плохого.

– И об этом ты тоже ничего не знаешь.

Сандра была потрясена горечью, прозвучавшей в голосе брата. Она в смятении посмотрела на Джона, не веря своим ушам.

– О чем ты говоришь? – с трудом выговорила девушка. – Я не помню, чтобы он хоть раз тебя пальцем тронул, даже когда ты переходил все границы.

На лице Джона дернулся мускул:

– Посмей он меня тронуть хоть пальцем и я бы его убил! Ему это было прекрасно известно. Он даже денег мне дал, чтобы я убрался подальше. Тысячу фунтов в обмен на обещание исчезнуть из его жизни. – Увидев сомнение на лице сестры, Джон пожал плечами. – Хочешь – верь, хочешь—нет. Сам-то он вряд ли в этом признается.

Нет, он не лжет, решила Сандра. Обычно так не лгут. Девушке трудно было смириться с тем, в каком свете предстал перед ней отчим, однако это объясняло многое из того, чего она прежде не понимала. Например, они с матерью были совершенно убиты решением Джона бросить все и отправиться странствовать, зато отчим даже не удивился. Если мать когда-нибудь узнает о том, что он сделал, одному Богу известно, как она отреагирует!

– Почему ты мне раньше ничего не сказал? – расстроенно спросила она.

– Потому что это ничего бы не изменило. Ты ведь еще училась в школе и собиралась поступать в университет. Я не хотел портить тебе жизнь.

– А я так и не поступила… Сама, конечно, виновата. Мне говорили, что я недальновидна, но я не желала слушать.

– А этот… Келвин тоже учил тебя жить?

– Да нет. Но очень обрадовался, когда я объявила, что стану моделью. Лишний рот, сам понимаешь…

Джон с любопытством взглянул на сестру.

– Но ведь у тебя наверняка не такая уж скверная жизнь. Или я ошибаюсь?

– Да, есть и похуже способы зарабатывать на хлеб, – согласилась Сандра. – И денег мне всегда хватало, хотя я и не стала знаменитостью. По-моему, вся беда в том, что я просто не создана для такой жизни. – Сандра с трудом устояла перед искушением поделиться с братом своими горестями и сбросить груз с души. Все-таки удержалась—у Джона полно своих проблем, незачем вешать на него лишние. Чем раньше она выбросит из головы прошедшую историю, тем лучше. Девушка заставила себя улыбнуться: – В общем, все это очень печально и слава Богу, что все уже позади.

– Стало быть, ты серьезно говорила о том, что хочешь бросить работу?

– Да. – Сейчас Сандра была в этом еще больше уверена, чем два дня назад. – Наверное, возьмусь за любое дело, которое мне предложат, лишь бы платили, а заодно будет время осмотреться и подыскать что-нибудь более подходящее.

– А как насчет того, чтобы остаться здесь? Сандра коротко рассмеялась:

– Ну, милый, на это у меня мало шансов.

– Могут и появиться, если правильно себя поведешь. Пит, по-моему, уже созрел, осталось лишь сорвать…

– Это не для меня! – отрезала Сандра, ощутив болезненный укол в сердце. – Я еще жить хочу.

Последовавшее долгое молчание она нарушила первой – ей не терпелось задать брату вопрос, не дававший ей покоя со вчерашнего дня.

– Почему ты не сразу сказал жене, что у тебя есть родные?

На лице Джона ничего не отразилось, и Сандра поняла – он давно уже знал, что она рано или поздно об этом спросит.

– В тот момент так было проще.

Объяснение оставляло желать лучшего, однако Сандра сообразила, что другого все равно не дождется.